Цвет ночи - Пола Хейтон

— Рози не должна была впускать тебя! — заявила она высокомерно.

— Я убедил ее, что ты меня хочешь повидать.

— Нет, не хочу. — Мэндж постепенно обретала уверенность. — С минуты на минуту ко мне должен прийти очень важный посетитель. Тебе придется уйти.

Джеймс улыбнулся. Эта его улыбка всегда сводила ее с ума.

— Я просто поражен, что ты считаешь меня таким важным, Мэндж.

— О чем это ты? — Она даже заморгала.

— Дорогая Мэндж! А как ты думаешь, почему я здесь?

— Не знаю… — Но тут до нее начало потихоньку доходить. — Неужели ты мой анонимный компаньон?

Джеймс усмехнулся.

— Думал, ты еще раньше догадаешься.

Мэндж была так обескуражена, что едва могла говорить.

— Значит, это ты? — спросила она наконец.

— Кто же еще?

— Но… но… — Она уже думала, не сон ли это. — Почему? Ты же хотел прикончить мою фирму; так зачем тебе в нее вкладывать деньги?

Джеймс обошел стол и приблизился к Мэндж.

— Что значит «прикончить»? — спросил он. — Зачем мне делать это, черт возьми.

— В общем-то, незачем. Но ты это делаешь. И прекрасно понимаешь, что я имею в виду. Или ты посмеешь отрицать, что твой центр теперь будет в Оксфордшире?

Джеймс удивленно поднял брови.

— А… так тебе известно…

— Понимаю, что не должна была знать это, — отрезала Мэндж. — Оказалось, мне одной из всех не полагалось знать правду.

— На то была причина… — Начал было Джеймс, но она перебила его снова.

— Знаю я эту причину. Никто из других, нанятых тобой для внутренней отделки в «Грэнтоне», не мог приступить к работе до того, как закончится первый этап, и чтобы их умаслить и сохранить, ты нашел новое здание. Никто из них не живет здесь, поэтому им легко перебраться в другое место. Но для меня все по-другому.

— Для тебя все всегда по-другому, — согласился Джеймс, но явно имел в виду совсем не то, что она.

Он не собирался оправдываться и сочувственно смотрел на Мэндж. А она не могла понять, как это он умудряется абсолютно не заботиться о ее чувствах и в то же время проявлять заботу. Но остановиться уже не могла и продолжала:

— Ты не собирался меня ставить в известность, чтобы я не забрала рабочих, а они смогли довести ремонт до конца. А потом бы ты продал особняк дороже. Так намного выгодней.

Мэндж говорила обидные вещи, но на Джеймса это не производило никакого впечатления.

— Удивительно, насколько ты обо всем осведомлена, малышка, — только и сказал он.

— Я встретила Энни. Она совершала прощальный обход по особняку и сгорала от нетерпения поведать мне, как она увлечена твоим новым планом.

— Эта куколка способная, — задумчиво сказал Джеймс. — Она уже побывала в Хилрос-Хаузе и прислала первые эскизы. Конечно, она может тебе не нравиться, но нельзя отрицать, Энни — талантливый дизайнер.

— Начхать мне на нее, — разозлилась Мэндж. — Я думаю, что именно благодаря ее несравненным талантам ты и доверял ей все свои планы.

Джеймс ухмыльнулся.

— Не было никакого смысла оставлять ее без дела в Грэнтоне, — спокойно объяснил он.

— А меня оставить без дела можно? — с обидой и болью спросила Мэндж. — Я для тебя просто подрядчик, с которым можно утрясти все проблемы по возвращении.

— Никогда так не считал.

— Да неужели? Во всяком случае так ты все представил для Флоры.

— Когда это я ей говорил? — поразился Джеймс.

Мэндж избегала смотреть на него.

— Я видела твою записку на столе утром после… — Как это сказать, она не знала, но нашла выход: — После того как ты уехал. Я знаю, мне не следовало читать ее. Я случайно зашла в твой кабинет и в этот момент увидела в записке на твоем столе название «Грэнтон». И прочла… Выяснила все насчет твоих планов.

Мэндж старалась выглядеть правой.

— Так вот в чем дело, — вздохнул Джеймс. — Дорогая, почему ты не спросила меня об этом?

— Я собиралась, но потом встретила Энни, а она, оказывается, все знала. — Мэндж смотрела вниз на свои руки, не в силах взглянуть ему в лицо. — Ясно, что только от меня все держали в секрете.

Она старалась не волноваться, но в конце ее голос дрогнул.

— Поэтому, когда я позвонил, ты стала трепаться, что занималась со мной любовью за деньги.

— Да, — неожиданно вырвалось у Мэндж. — Я хотела сказать… Я не притворялась…

Но поздно было оправдываться. Джеймс взял ее за руки и притянул к себе. Так как он сидел на столе, их глаза оказались на одном уровне, и Мэндж некуда было деваться от его пытливого взгляда. Она попыталась высвободиться, но не могла вырваться из его крепких рук.

— Мэндж, — сказал он, — как ты думаешь, почему я купил твою фирму анонимно?

— Даже не могу представить! — пробормотала она, опуская глаза. Меньше всего ей хотелось сейчас ощущать тепло его тела, прикосновение сильных пальцев к своим запястьям. Или наоборот, ей от этого было хорошо? Ведь стоит наклониться чуть вперед и…

— Это было единственным способом пробиться к тебе.

Мэндж не смотрела на него, но чувствовала на себе пристальный взгляд и изо всех сил старалась не поддаться искушению.

— Зачем было все так усложнять? Продал бы особняк, и я бы уже совсем не имела к тебе отношения.

— Да при чем тут это? Ты не поняла, что ли? Я не продаю особняк! И не собирался этого делать.

От удивления Мэндж вскинула голову и уставилась на Джеймса.

— А что ты собираешься с ним делать?

Чем дольше она смотрела в его глаза, тем слабее становилось ее негодование. Джеймс улыбнулся ей.

— Это зависит от тебя.

— От меня?

— Я считал, что мы можем жить в нем, — просто поведал он. — Ты же сказала мне десять лет назад, что в таком доме хорошо жить семьей. И я тоже думаю, что лучшего не сыскать. Ну, что скажешь?

Мэндж была вообще не способна думать в этот момент. Она могла только смотреть на него и чувствовать, как ее душа начинает понемногу оттаивать.

— Конечно, если ты действительно не хочешь знать меня больше, то я продам этот дом, — продолжал Джеймс. Он вдруг перестал улыбаться и стал серьезным, даже крепче сжал ее руки. — Я не смогу без тебя, Мэндж.

— Что ты говоришь? — Она не поверила своим ушам.

Джеймс поднес ее руки к губам.

— Я говорю, что люблю тебя. Я не хочу потерять тебя снова, малышка. Я хочу, чтобы ты всегда была рядом, чтобы я мог протянуть руку и коснуться тебя. Хочу по утрам видеть твою улыбку, хочу по вечерам приходить домой к тебе. Я хочу, чтобы ты вышла за меня замуж.