Где начинается радуга? - Ирина Леухина

А так бы… я заставила бы страдать людей. Из-за собственной прихоти.

— Третье место, — ведущий выжидательно замолчал и осмотрел зал. — Занимает работа «Нимфы в лесу».

Жгучая брюнетка в красном выдохнула и улыбнулась. Она подошла к ведущему и приняла грамоту из его рук. А главный член жюри едва растянула губы и кивнула. Девушка помахала залу и встала в сторонке как первая медалистка.

— Второе место, — парень заглянул в бумаги и нахмурился. Пару секунд и он справился с помешательством и продолжил: — Работа «Афродита».

— Что? — не сдержалась непримечательная девица, по-моему. — Я должна была занять первое место.

Она надула губы и сложила руки на груди.

Неужто подкуп? Как я не люблю нечестную борьбу.

Член жюри глянула на девицу и прошипела:

— Радуйся, что вообще призовое место получила.

А она мощная, смогла подумать я. Дама в красной шляпке оказалась крепким орешком. Стальной взгляд подчинял любого. Наглая девица тоже просекла, что не потянет даму. Она только вздрогнула от ее взгляда и смиренно забрала приз.

То-тоже.

— Первое место, — прочистил горло ведущий. — Занимает работа, которая нас впечатлила. Своей чувственностью и оригинальностью. Малахитовая принцесса в своей работе «Охота на моряков».

Аплодисменты не дали дослушать название работы. Ноги подгибались. А пульс зашкаливал. Я живу ради этих моментов. Когда мой талант модели оценивают по достоинству. Когда на мне роскошный наряд, который я показываю на себе.

Дама подошла ко мне ближе и пожала мне руку. Ее голос тягучий как зелье ведьмы. Она прикоснулась своей щекой к моей и прошептала:

— Нужно тебя запомнить Малахитовая принцесса.

Она отошла от меня. Но ее слова еще в моей памяти. Спустя время ее голос кажется миражом. Но ее внимательный взгляд говорит громче ее слов.

Я сделала то, что хотела.

Я засветилась.

Проигравшие плачут кроме одной. В королевском синем наряде. Она с достоинством спустилась со сцены и гордо вышла из зала. Хороша девушка. Возможно когда-нибудь мы с ней встретимся на другом конкурсе.

Победители отправились на фуршет.

— Ксюша, — подхватил меня Рома. — Ты красотка! Мне уже поступило два предложения о выгодном сотрудничестве.

— Вижу, я оплатила твою работу, — подхватываю бокал с водой и делаю глоток.

— А то…

Рома убежал общаться с бизнес-партнерами. Дениса атаковали фотостудии. Арину тоже обрабатывают местные визажисты. Ведь ее аккаунт в сети популярен, но никто не знал, кто мастер. А тут она реальная стоит рядом с ними.

Все заняты.

А я как-то неожиданно осталась одна в толпе.

Мне бы хотелось здесь и сейчас увидеть Глеба. Чтобы он поздравил меня с победой и подарил букет.

А потом чтобы он поцеловал меня. Его поцелуи мне по-особенному нравятся. Заставляют чувствовать жизнь.

— Для принцесс все самое лучшее, — мужской голос вырывает меня. Букет белых роз перед глазами затмевают вид. А знакомый аромат сигарет и парфюма проявляют прошлые вспоминания. — Малахит превратился в принцессу на сцене. Тебе идет это платье. Могу купить его для тебя.

Поднимаю голову и вижу Матвея. На нем темно-синий костюм, белая рубашка и красный галстук. Как многие другие на этом конкурсе. Он одет со вкусом и с иголочки. Его наряд из дорогого материала и возможно даже сшит на заказ.

Он принадлежал к этому миру. И мир его принимал. Он вписывался в него. Я бы не смогла отличить его от местных гостей.

Такие мысли заставили вздрогнуть.

А Глеб бы смог вписаться в такое общество? К которому стремлюсь я.

— Или ты со мной не говоришь после моего сорванного поцелуя? — хмыкает парень.

Я беру в руки букет и утыкаюсь носом в него. Нежный едва уловимый аромат дурманил.

— Малахит, я был пьян.

— Я с тобой говорю. Если ты из-за этого здесь. Просить прощения желательно, но не обязательно. Потому что общаться нам с тобой не нужно.

— Малахит…

— Я сейчас с Глебом, Матвей. Пообещай мне не делать глупости. Я не хочу проблем ни в школе, ни в отношениях.

Отступаю как можно скорее от одноклассника, но он перехватывает меня за рукав. Его действия напоминают мне вечеринку. Как я не могла выбраться из его объятий. Паника закрадывается из тайных уголков.

Нервно глотаю скопившуюся слюну, но пытаюсь выдержать лицо и невозмутимо гляжу в его глаза.

— Малахит, ты серьезно? — прошипел Матвей. — Ты думаешь, что он может дать тебе всё чего ты достойна? Того, чего ты по-настоящему хочешь? Ты ведь хочешь высот карьеры. Это Я смогу дать тебе это. А он? Только проблемы и быт. Заботы о ребенке, истеричную мать, трусливого отца. Ты думаешь, он просто школьник? Да только он работает больше, чем некоторые.

— Разве это стало недостатком? — не выдержала я и оцепила руку парня. — Когда ответственность стала недостатком?

С гневом вглядываюсь в парня, а он берет у мимо проходящего официанта бокал и выпивает содержимое. На другой поднос ставит уже пустую стекляшку и с надменностью смотрит на меня.

— Ты собираешься остаться в нашем маленьком городишке? Или уехать?

Это был нокаут.

— Ты хочешь уехать, — продолжил бить меня он. — А Глеб не уедет. Ему нужна учеба, отмазка от армии и сестра. Что он выберет: тебя или маленькую сестренку. А ты? Успех столицы и богом забытое место.

Матвей надавил на мозоль.

Он ударил в солнечное сплетение своими словами.

Он сказал то, что я боялась признать.

То от чего бежала.

Смогу ли я просить о переезде парня у которого вся жизнь здесь. На столько ли я эгоистка?

— Я не оставляю надежды, — Матвей приблизился ко мне и поцеловал в щеку. А потом прошептал в самое ухо: — На тебя, Малахит. Я подожду.

И ушел. Я смотрела вслед парню. И что-то во мне разрывалось. Это что-то кровоточило внутри меня. Неужели это сердце так болит от правды. Неужели правда такая болезненная. Это больно.

НО.

Сейчас идет праздник. Мой праздник. Моя первая победа после смерти родителей. Я должна радоваться.

Цепляю на себя маску. Сейчас я рада. Потом буду решать как быть. Но не сейчас.

Сейчас у меня праздник.

Глава 25

— Опять урок у Марго, — вздыхаю я и прижимаюсь крепче к Глебу.

Мы стоим в тени углубления. И нас никто не видит. До урока осталось примерно десять минут. А после каторга этого дня закончится.

— Она опять над тобой будет стебать, — смеется Глеб и целует меня в висок. — Почему ты не можешь отвечать строго на ее вопросы? Не дополняя их своими комментариями.

— А я только так и делаю, — возражаю и отстраняюсь. — Разве