Всегда с тобой - Хармони Уэст

Откуда мой преследователь мог узнать мой номер? Нет, скорее всего, это просто спам-рассылка.

Но моему облегчению приходит конец, когда экран снова загорается очередным звонком.

Я медленно выдыхаю. Затем провожу большим пальцем по экрану.

Никто из нас не произносит ни слова.

Я даже не слышу ничьего дыхания, как бы близко я ни прижимала телефон к уху.

— Алло?

По-прежнему ничего.

— Ответь мне. — Голос, который выходит из меня, громкий, но дрожащий. — По крайней мере, наберись смелости что-нибудь сказать.

Снова тишина. Вскоре раздался звуковой сигнал окончания вызова.

— Эй, милая? — С лестницы доносится напряженный голос мамы. — Ты можешь спуститься сюда?

Я проскальзываю вниз, как призрак. Все, чего я хотела, это не быть невидимой девушкой, прячущейся в тени. Теперь я получила то, что хотела, и все, чего я хочу, это снова стать невидимой. Быть той, о ком никто не заботится настолько, чтобы следовать за ней, мучить её, быть одержимым.

Мама стоит на подъездной дорожке, прижимая обе руки к груди. Стоит перед полицейской машиной.

На двери гаража кто-то большими печатными буквами написал баллончиком: "ШЛЮХА".

Каждая буква — удар под дых. Я обхватываю руками живот, как будто если я стану достаточно маленькой, то исчезну.

Сколько людей проезжали мимо и видели это? Когда мама это увидела?

Я отправляю сообщение Джордану.

Мой преследователь разгромил наш гараж…

Его реакция последовала незамедлительно.

Уфффф

Я сейчас приеду. Скоро буду.

Мне почти хочется сказать ему, чтобы он не приезжал. Я не хочу, чтобы он видел эти слова, очевидно, оставленные для меня. Но я также хочу, чтобы он обнял меня и сказал, что все будет хорошо.

Мама жестом подзывает меня, и я направляюсь к ней и полицейскому, хотя все, чего я хочу, это забраться обратно в постель и зарыться лицом в подушку. Бывают дни, когда не стоит просыпаться.

Офицер протягивает мне руку. Он похож на доктора Эйвери из "Анатомии Грей", и, несмотря на ситуацию, мама явно благодарна.

— Привет. Офицер Джексон. — Когда я не отвечаю, он добавляет: — Мэдди, верно?

— Верно.

— Твоя мама позвонила нам по поводу вандализма. — Он кивает в сторону гаража. Как будто я могла это пропустить. — У тебя есть какие-нибудь предположения, кто мог сделать что-то подобное?

— Я точно знаю, кто это сделал.

Они оба удивлены этим.

— Кто? — Спрашивает мама.

— Ну. Я не знаю их имени, — признаюсь я. — Но в Сети есть кое-кто, кто преследует меня.

Мама поворачивается ко мне лицом, широко раскрыв глаза.

— Преследует тебя?

Мне следовало рассказать ей об этом некоторое время назад. До того, как все стало так плохо. Я была глупой, думая, что тому, кто это делает, станет скучно и он остановится сам.

— Они следили за мной некоторое время. Делали по-настоящему жуткие фотографии, присылали мне сообщения с угрозами, электронные письма, крали мою одежду.

— Какие фотографии? — Спрашивает мама. — Какая одежда? Что происходит?

Я смотрю офицеру Джексону прямо в глаза.

— Они также преследовали Софи Мариано.

Он поднимает руки.

— Хорошо, хорошо. Давайте вернемся назад. Когда это началось?

— Эм. Несколько недель назад.

Мамины губы сжимаются.

— Почему я только сейчас слышу об этом?

— Я не думала, что это так важно. Я думала, они уйдут. — Я поворачиваюсь обратно к офицеру Джексону. — Но потом я узнала, что у нас с Софи один и тот же преследователь. Я думаю, может быть, что бы они с ней ни сделали… — Я не могу заставить себя закончить мысль вслух.

Брови офицера Джексона сходятся на переносице.

— Откуда вы знаете, что это один и тот же человек?

— Майлз показал мне скриншоты.

— Майлз Мариано?

— Да. Брат Софи.

Офицер Джексон и мама обмениваются взглядами.

— Я буду честен с вами, мисс Янг. Я бы не поверил Майлзу Мариано на слово.

— Нет. — Я не могу сдержать разочарования, которое сквозит в моем голосе. — Он показал мне скриншоты. Я видела доказательства.

Мама пощипывает переносицу.

— Дай мне посмотреть.

Я достаю свой телефон, чтобы показать ей сообщения. Она несколько секунд хмуро смотрит на экран, затем протягивает мой телефон офицеру Джексону.

— И что вы собираетесь с этим делать?

Меня переполняет облегчение. Мама на моей стороне. Она верит мне. Видит, как это страшно. Она собирается положить этому конец.

— Мы мало что можем сделать с тем, что у вас здесь есть, — признает он.

— Вы ничего не можете сделать? — Я стараюсь, чтобы мой голос звучал убедительно, сердито, но вместо этого я звучу как маленький, напуганный ребенок.

Мама обнимает меня одной рукой.

— Нам нужны документы, удостоверяющие личность, — говорит он.

Как будто я должна выяснить это сама. Они полиция — проводить расследование — их работа. Почему вся тяжесть выслеживания моего преследователя ложится на мои плечи?

— Разве это не очевидно? Это тот парень Мариано.

Я напрягаюсь под маминой рукой.

— Нет, это не так.

— Уважаемая. Вы только что сказали, что пропала ваша одежда. Есть только один человек, который мог проникнуть в вашу комнату так, чтобы мы не заметили.

— Я знаю, что это не он.

— Каким образом?

Я не могу сказать ей, что пробралась в комнату Майлза. Определенно не в присутствии офицера Джексона.

— Эм. Он пригласил меня к себе. И он пошел в ванную, а я как бы осмотрелась. В его комнате не было ничего из моих вещей.

Мамин голос повышается на октаву.

— Ты с ним тусуешься?

Офицер Джексон выходит вперед, чтобы вмешаться.

— У вас есть система безопасности?

— Нет, но какое это имеет значение, когда этот мальчик прокрадывается через дверь спальни моей дочери? Что нам нужно, так это засов.

— Это хороший первый шаг. Следующее, что я бы сделал, это достал камеру слежения. — Он поворачивается ко мне. — И сохраните улики. Это поможет выстроить ваше дело — даст нам то, с чем можно работать.

Офицер Джексон оставляет нам свою визитку и просит позвонить ему, если нам что-нибудь понадобится. В тишине мы с мамой находим щетки и уксус, чтобы отскрести краску из баллончика с гаража.

— Ты должна рассказывать мне об этих вещах, детка. Больше никаких секретов, хорошо?

Я киваю, хотя мама уже справляется со стрессом из-за своего повышения и копит деньги на все мои расходы на колледж. Последнее, что я хочу сделать, это добавить еще одно бремя.

— Какая одежда у тебя пропала?

— Пижамные шорты и нижнее белье. — Мое лицо краснеет при мысли о том, что кто-то роется в моих ящиках и берет мои стринги. От того, что мне пришлось