Светлая для Мажора - Анна Ласка

Поднимает глаза на меня, смотрит в самую душу. С ресниц срывается слеза… У меня мороз идет по коже, я не уверена что хочу слышать продолжения. Раз он тут, значит все обошлось. Да, Злата гениально….

— Иди ко мне — он так тихо это сказал, я еле услышала. Оторвалась от стены и иду к нему.

Он протягивает мне руку, даю ему свою и он тянет меня на себя.

— Расскажешь, что было дальше? — спрашиваю аккуратно.

Он кивает и молчит. Я подожду.

— Я очнулся, практически сразу. Егор так сказал. У меня были только ушибы и ссадины. Машина вся была в огне, от нее мало что осталось…

— Егор?!

— Да, так мы познакомились. Именно он мне вставлял мозги на место. У него не плохо получалось.

— Получается он спас тебя?

— Да.

Я опускаюсь ему на грудь и утыкаюсь лицом в его шею. Целую место, где бьется пульс.

— Он меня спас и надавал тумаков. Сказал, чтобы я взялся за ум. Егор вырос в детдоме. Он работал в сервисе у одного частника, но сервис быстро прогорел. Я его выкупил при условии с ним на половину. Он согласился тоже со свим условием, что он мне вернет сумму, которую должен был дать изначально. Мы быстро раскрутились. У нас еще три сервиса в соседних городах теперь, в прошлом году расширялись. Потом ситуация с Катюхой. Один парень с её работы просто помешался на ней. Следил, преследовал. Мы с ребятами ее охраняли. Но однжды не досмотрели. Он похитил и увез её на дачу к свое матери и держал в подвале. Мы успели, отец помог. Его начальник охраны работает четко. Все обошлось, но морально Катюха была разбита. Одно время мы с отцом даже нормально общались. Я даже стал, спокойно его воспринимать, но потом опять влезла его… И все опять вернулось на круги своя. Катя ему говорила, что она препятствует нашему с ним общению, но увы. Ей он верит больше.

— Но почему, она ведь получила твоего отца, что еще ей надо? — спрашиваю я.

— Чтобы меня не было в его жизни, я сын той женщины которую он любил до нее. Она мне так и сказала однажды, что она сделает все, чтобы меня не было в их жизни. Никаких воспоминаний из прошлого. У них родилась дочь пять лет назад.

— У тебя есть сестра? — он напрягается.

— Я её не знаю…

— Она не позволяет?

— Нет, но я и сам не хочу. Чему я могу научить ребенка только скандалам, дракам. — усмехается он.

— Дим перестань быть так к себе строг. Ты очень хороший. Ты пытаешься казаться грубым, злым, но это не так. Не нужно этих масок. Ты меня прости конечно, за то что я сейчас скажу. Но твоя мама поступила эгоистично, едь у неё был ты, а она получается выбрала твоего отца!?

— Я тогда гнал по трассе, после скандала с отцом. Ехал к ней на кладбище, там всегда я быстро успокаивался. Но я увидел тебя, когда ты мне открыла визор, ты как лик святой показалась мне, вся в обрамлении лучей. Такая красивая с голубыми глазами. Моя светлая девочка! Ты мой маяк, мое успокоение. Вчера, когда я думал, что ты меня и слушать не захочешь, ты меня удивила. Сама вышла, убитая вся, я так испугался. Что я погасил в тебе этот свет. Я так боюсь сделать тебе больно…. Так боюсь тебя потерять… Я думал я Милану разорву в клочья там, когда проснулся. Думал это ты лежишь рядом со мной, ведь я не помнил дошел я или нет. Не дошел…. Теперь мне страшно, что однажды ты, так вот раз и исчезнешь…

— Я тут с тобой. Я боюсь, что ты уйдешь.

— Не смогу — хрипло говорит он, — После вчерашнего, я хочу закинуть тебя на плечо, утащить в свою пещеру и никогда никуда не выходить.

— Пещерный человек — смеюсь я.

— Я сейчас говорю это на полном серьезе. Злат, мой самый страшный страх сейчас — потерять тебя.

— Дим, мы должны верить друг другу во всем. И не сомневаться, а если они появились эти сомнения, нужно разговаривать. Я глупо поступила убежав. Так страшно стало, что окажется правдой. А надо было устроить вам взбучку. — хихикнула я.

— Надо было! — утверждает он и смеётся. — Ты когда грозная, такая сексуальная.

— Дурак! — бью его по плечу.

Мы встречаемся глазами и замолкаем на мгновение. Смотрим долго друг на друга. Я опускаю глаза на его губы и снова в глаза, не знаю сколько это все длится, Дима наклоняется и набрасывается на мои губы жадным поцелуем. Не уступаю ему. Провожу языком по нижней губе и прикусываю её, затем снова облизываю место укуса и всасываю её, углубляя поцелуй все сильнее.

Дима рычит и встаёт, подхватывая меня на руки прижимая крепче к себе и выходит с балкона на кухню. Сажает меня на стол, разводит мои ноги и устраивается между них. Прижимая к себе крепко почти вдавливая в себя, показывая как сильно его желание. Снимает мою толстовку и очень нежно проводит пальцами по краю лифчика на груди. Кожа покрывается мурашками, я слегла выгибаюсь. С губ срывается тихий стон, а на лице Димы проскальзывает улыбка. Он наклоняется и проводит языком, там где только что были его пальцы. Заводит руку мне за спину, растегивает ливчик, спускает лямки по плечам, а языком ведёт в верх к шее и нежно целует место где бьётся пульс, а потом прикусывает и втягивает кожу. Опять будет засос. Лифчик падает на пол, я подцепляю его толстовку и тяну ее вверх. Дима мне помогает и откидывает ее в сторону. Провожу руками по его груди, спускаясь по его прессу к поясу джинс. Он напрягается и покрывается мурашками. Смотрим в глаза друг другу и нам не нужны слова, в них все и так видно.

Набрасывается друг на друга, целуемся как сумасшедшие. Руками растегиваем друг другу джинсы. Приподнимаюсь на руках над столом, Дима стаскивает их с меня вместе с трусиками. Делаю тоже самое с его одеждой, джинсы падают на пол. Он отпускает мои губы, вышагивает