Девочка Лютого - Саша Кей

— Карина, это мои люди. Их опасаться не надо. Они просто проверили объект… морщится и поправляется. — Проверили обстановку вокруг твоей квартиры. Дежурить они будут возле дома. Тебе, и в самом деле, лучше пока никуда не выходить.

— Как думаешь, это надолго? — жалобно спрашиваю я. — У меня скоро мама возвращается. Мне и за нее страшно, и я по ней сильно соскучилась. Думаю, она по мне тоже.

— Уверен, твоя мама понимает, что безопасность на первом месте, — неожиданно мягко успокаивает меня Макс. Надо же, я временно не дура и не идиотка.

— Не представляю, как рассказать ей про эту ситуацию, — в задумчивости слегка прикусываю губу, и Лютаев не выдерживает и проводит по ней большим пальцем.

Я чувствую его желание, но порыв страсти улегся. В этом жесте я, скорее, вижу выражение нежности.

— Мы постараемся решить этот вопрос быстро. Каплин, бегающий на свободе, не нужен никому.

— А быстро — это сколько? День? Два? Неделя? Месяц? Мне кажется, я сойду с ума сидя в одиночестве. И мне нужно поддерживать форму, — капризничаю я, удивляя этим саму себя. Наверное, мне просто хочется, чтобы меня пожалели. Но мужчинам такое невдомек. Вместо того, чтобы сказать пару ласковых слов, они сразу начинают чего-то решать.

Вот и Макс хмурится, думая о чем-то, и выдает мне свой вариант решения проблемы:

— Я бы предложил тебе пока пожить у меня, но мы оба знаем, что ты опять откажешься. Как ты смотришь на то, чтобы воспользоваться моим залом для тренировок? И форму сохранишь, и напряжение сбросишь. Говорят, некоторым физическая нагрузка помогает пережить стресс. Мне такой способ подходит, думаю, и тебе зайдет.

При упоминании сбрасывания напряжения при стрессе я краснею. Если бы я вовремя не остановилась, то сейчас я бы так была физически нагружена, что Олег бы до нас не дозвонился.

— Ну? Что скажешь?

Взвесив все за и против, прихожу к выводу, что Лютаев — знакомое зло, и иногда мы с ним даже можем договориться. Он не всегда ведет себя как козел, и нет, я его вовсе не простила. Я все еще злюсь. Но за свой обман, и что бы он там ни говорил, это был именно он, Макс мне должен. Так что даже если на самом деле он хочет, чтобы я отказалась, я его предложением воспользуюсь.

— Когда можно позаниматься? — спрашиваю я.

— Да хоть сейчас. Нам с Раевским пока не до спаррингов.

— Хорошо, подожди меня.

Макс, конечно неплохо меня успокоил, но оставаться одной не хочется. А так, за тренировкой я буду слышать их голоса, и думать, что где-то совсем рядом есть люди. После завершения этого всего, пожалуй, стоит записаться к психологу, я стала совсем нервная и дерганная.

В этот раз сумка значительно легче, но Макс все равно несет ее сам. И хотя наша беседа и мои последующие сборы занимают не так много времени, но все равно, не пять и не десять минут. На месте Олега я бы давно плюнула и ушла. Хотя, может, он зашел в квартиру, там же не заперто.

Но когда мы спускаемся вниз, Олег все еще ждет снаружи. Задрав солнечные очки на лоб, он прислонился к стене и ковыряется в телефоне. Услышав нас, Раевский поворачивает к нам лицо, и я понимаю, почему им сейчас не до спаррингов.

Если у Макса разбита губа, то у Олега под глазом шикарный фингал.

Глава 37. Танго с другим

— Судя по хмурому лицу Макса событие года не состоялось, — хмыкает он. — Надеюсь, это я помешал?

Не в бровь, а в глаз. Привычно краснею. Это становится прямо традицией.

— Заткнись, — тормозит веселье Олега Макс.

— Я бы послушала, откуда у вас такие украшения, — вставляю я свои пять копеек. На меня смотрят две пары глаз: одни — сердитые, а другие — насмешливые.

— Карина, заходи уже, — Макс подталкивает меня к двери.

Кто-то не очень хочет, чтобы я узнала эту историю.

Успеваю переглянуться с Олегом, который неожиданно мне подмигивает. Хм, это стоит расценивать, как согласие мне рассказать?

Мужчины идут на кухню греметь кофеваркой, а я устремляюсь в зал для занятий. Здесь есть почти все, что мне надо. Много свободного пространства, зеркало и умная колонка, которую я довольно быстро убеждаю поставить мне необходимую музыку.

Разогревшись как следует, я так увлекаюсь тренировкой, что не сразу отсекаю появление зрителя. Даже вздрагиваю от внезапных аплодисментов.

— И впрямь балерина, — поражается Олег. — Настоящая.

— А бывают не настоящие? — удивляюсь я.

Олег морщится:

— Да сейчас кого только балеринами не зовут, недавно видел в интернете американскую балерину — культуристка не иначе, мышцы как у меня, а все туда же балерина!

— Да, — соглашаюсь, — есть сейчас такие тенденции.

— Мне похрену, но я считаю, надо называть все своими именами. А ее балериной язык не поворачивается назвать.

— Ты ценитель? — что-то мне не верится. Я скорее представлю Олега в стриптиз клубе.

— Нет, — подтверждает мою теорию Раевский, но только наполовину. — Я люблю бальные танцы.

У меня отвисает челюсть.

— Что не ожидала? — хмыкает он. — Вообще-то я умею танцевать.

— Не ожидала, — признаюсь честно. — А… Что тебе нравится танцевать?

— Танго, разумеется.

Ну, разумеется. Я сто лет не танцевала с партнером, и в бальных я все-таки не так хороша. На самом деле, у бальников сложная школа, но мне хочется поразмяться.

— Как насчет пригласить девушку на танец? — в лоб спрашиваю я.

Раевский косится на свои мокасины, но так и я не в туфлях. Колеблется он недолго. Если ему действительно нравится танцевать, не думаю, что у него много для этого возможностей, если только на свадьбах друзей поддержать пару жениха и невесты вальсом.

Поиск музыки не занимает много времени, и мы отдаемся танцу. Олег действительно хорош в танго, определенно лучше, чем я.

Он подходит к делу действительно серьезно, и через некоторое время меня накрывает волнение, все-таки танго — это танец страсти. То как он прижимает меня к себе, как проводит ладонью между лопаток, как вклинивается своим бедром между моих. Как-то сразу вспоминаются его недавние намерения в отношении меня.

До этого мне приходилось вставать в пару только с профессионалами, и теперь я чувствую резкий контраст. Сравнивать их с Раевский — это все равно, что сравнивать антилопу и пуму.

Олег сегодня удивил меня своей разносторонностью, и, пытаясь отвлечься от его харизмы, я задаю вопрос на живо интересующую меня тему:

— Так