В постели со зверем - Ева Левина

— Уж не беременна ли ты часом? — подозрительно посмотрела на меня бабушка.

— Что за глупости! Конечно нет!

Скандал не утихал и пришлось позвонить ожидающему меня Гордееву и попросить перенести рейс на несколько дней.

— Что за чёрт! София, я почти потерял терпение! Ты хочешь быть со мной или нет? — Алексей буквально рычал в трубку и я прекрачно понимала его негодование. Невольно вспомнился бывший, который тоже превращался в неадеквата, когда не получал от меня то, чего хотел. Грешным делом даже начала закрадываться мысль, что на нас с Лерой семейное проклятье, иначе как объяснить, что мужики вокруг нас зверели и превращались полных психопатов?

— Конечно хочу, Лёш, но маме и бабушке нужно привыкнуть к мысли о том, что я уезжаю.

Тяжелый вздох и уже более спокойный ровный голос:

— Хорошо, я переношу твой вылет на три дня. Но если тебя не будет, то я сам прилечу за тобой!

— Целую! Я тебя не разочарую! — облегченно выпалила я и повесила трубку.

Ну хоть здесь понимание и не большая отсрочка! А так у меня невезение по всем фронтам! Родня, которая не собиралась уезжать в ближайшие пару дней и Зафиров, снова вспомнивший о моем существовании. Я вообще всерьез думала о том, что все мои несчастья начались с той самой ночи четвертого марта, ведь за эти полгода я не просто упускала второго жениха, я еще и хлебнула по полной программе.

Больной на голову Давид как собака на сене, то не давал мне покоя, то бросал меня, а теперь заявился в самый неподходящий момент. Я что, кукла, которой можно поиграть и отложить на пару месяцев на полку?

Ну, нет!

Вздохнула и мысленно пообщала себе что эти игры в "горячо-холодно" со мной больше не работают. Я не просто хотела, чтобы он отстал, я хотела, чтобы он понимал, что теперь никак не сможет добраться до меня.

— Это твой депутат купил тебе все эти вещи, дочка? Ты очень дорого одета, — мама задумчиво крутила в руках новую блузку с биркой, цена которой была равна ее месячной зарплате.

— Нет, эти вещи я купила сама. Мам, перестань! Я не проститутка и не содержанка!

— Хорошо, хоть не беременная без замужества, а то то за какого-то Сергея замуж собиралась, то теперь за Алексея, срамота! — как всегда некстати вклинилась бабушка.

"Хорошо, что вы еще про Давида не знаете" — чуть не сорвалось с моих губ.

Разговор снова готов был перетечь в скандал, но меня отвлекла спасительная трель телефона.

Дашка.

Как же вовремя!

— Алло.

— София, душа моя, я звоню буквально на минутку… В общем вчера после твоего отъезда из ресторана, я стала невольным свидетелем неприятного разговора: Давид спорил с Вадимом. Громов уговаривал его еще немного потерпеть, а Зафиров был очень зол и буквально рычал на него… Говорил, что у него рвет крышу и он за себя не отвечает… Мол договор был о двух неделях, а длится это уже больше двух месяцев и охрану, отозванную по просьбе Вадима две недели назад он возвращает на место… Я вообще не поняла, о чем был спор… Он обычно такой холодный, спокойный как танк, а тут буквально рвал и метал. Как бешенный, ей богу. Если честно, меня просто разбирает любопытство, поэтому решила набрать тебе может ты что-то знаешь? У Миши не могу спросить, он будет зол, узнав, что я подслушивала…

— Не знаю, в чем дело. Ты же помнишь, мы расстались. Ладно, Даш у меня вторая линия.

Отключилась и не справившись с эмоциями шумно вздохнула. Это странно, но я была почти уверена, что разговор было обо мне. Зафиров упоминал о каких-то двух неделях, в которые упустил меня. Именно тогда началось общение с Алексеем. Это какой-то бред… Зачем следить за девушкой, которую ты бросил?

Что-то здесь не сходилось… Что-то все время ускользало, не давая увидеть полную картину. Только что?

На мгновенье задумавшись, я вдруг призналась себе, что какая-то ничтожная часть меня хотела вернуться к нему, несмотря на всю боль которую мне причил этот монстр. Однако разум и здравый смысл быстро победили сравнив все плюсы и минусы такого воссоединения. Пусть катится к черту, больной ублюдок!

Звонок с номера с одинаковыми цифрами, вырвал из раздумий заставив вздрогнуть. Легок на помине, псих! Понимая, что кошмар снова обьявился, нажала зеленую кнопку и холодно произнесла:

— Алло.

— Я так понимаю, что ты не одна, поэтому жду тебя внизу через пять минут, — низкий голос был спокоен и тих, и что удивительно, напрочь лишен приказного тона.

— Нет, Давид. Оставь меня в покое, — холодно ответила я.

— Если ты не спустишься, то поднимусь я, познакомлюсь с родней будущей жены, — а вот эти угрожающие нотки были уже привычными и знакомыми. Зафиров не изменился.

Все еще сомневаясь, мельком взглянула на бабушку и маму, ссорящихся между собой на предмет моей распущенности, решила, что еще и присутствие ненормального бывшего здесь будет сродни ядерному взрыву, поэтому бросила

— Я сейчас спущусь!

— Умница, — Зверь был доволен и, кажется, даже вздохнул с облегчением.

Оглядевшись, потихоньку прошмыгнула в коридор, и уже на выходе мне в голову пришла безумная идея.

Газовый балончик!

После летних событий я перестала носить его с собой и он пылился в первом ящике комода у входа. Быстро схватив и взболтав его, я, никем не замеченная, выскользнула за дверь. Спускаясь по лестнице, опомнившись, оглядела себя: простые джинсы и вязанный кардиган, на ногах домашние тапочки. Не очень… Но именно сейчас мой вид нисколько не смущал, потому что я знала, что сейчас Зафирова ни что не способно остановить. Ну что ж… меня тоже…

Сразу на выходе из подъезда, схваченная за локоть крепкой рукой моего мучителя, вскрикнула от неожиданности, не справившись с эмоциями.

— Меня не было два месяца, а ты уже нашла себе богатенького идиота? — темные глаза Давида горели яростью и настоящей животной ревностью.

— Где тот жестокий и хладнокровный мужчина, который мучал меня предыдущие полгода? Мне, кажется или ты ревнуешь? — парировала я.

Он не просто был взбешен, он уже во второй раз не скрывал от меня своих чувств, от чего во мне рождался страх, смешанный с каким-то детским азартом и решительностью. Хотелось достать его окончательно, пробить броню и вырвать из этого социопата настоящие живые эмоции.

— Я. ТЕБЯ. РЕВНУЮ. Если ты посмеешь уехать в Москву, я сверну тебе шею, — прошипел Зафиров.

— То есть тебя не