Ставка на любовь - Джули Шайн

— Ничего существенного не случилось, — наконец прервав напряженную паузу, солгала мисс Баррос и, мгновенно столкнувшись с испепеляющим взглядом мужчины, покрылась испариной.

— Но случилось?? — Зашевелились желваки Гая.

— Пообещай воспринять объяснение адекватно.

— Постараюсь.

— Гевин подловил меня в уборной. Начал приставать. Но я, вырвалась, ударив его, и сбежала, — умалчивая о постыдных деталях, протороторила модель. — Нола, возможно, заметила нас обоих в холле.

— Ты явно очееннь смягчила описание… — Берри кожей ощущала отрицательно заряжающуюся атмосферу, будто от актера исходили электрические разряды. — Дай мне ключи от машины, — внезапно потребовал он.

— Нет, — испугавшись несвойственной ему несдержанности и очевидного настроя, отрезала девушка.

— Ладно, вызову такси. — Вскочил со стула гость и быстро зашагал в прихожую.

— Успокойся, прошу тебя. — Кинулась она за ним и, крепко вцепившись сзади, заскользила по плитке пола.

Гай, не реагируя на всхлипы за лопатками, достал мобильный из валяющейся куртки и набрал номер бабушки. К великому облегчению модели миссис Харт сообщила внуку, что Гевин и Нола уехали на пару дней.

— Мы вместе, остальное не важно, — обойдя его, заключила Берри.

— Я такой кретин… Прости родная, прости, прости, прости, — повторяя с вселенским сожалением, обвил он девушку до хруста костей и, ругая себя за принципиальность и сомнения, зарылся лицом в шелковую копну.

— Ты все же объявилась, крошка! — иронично воскликнула Хизер, когда подруга, сразу заказав услужливо возникшему официанту травяной чай, присела за столик. — И выглядишь охренительно!

— Спасибо, — пока не привыкшая к новому имиджу, в котором Нола норовила понравиться Гевину сильнее, поблагодарила она, и машинально одернула короткое платье. — Извини за столь длительную тишину.

— Без обид.

— Зная твое мнение, не решилась поделиться новостью, — удрученно произнесла девушка. — Мне достаточно осуждения и бойкота родного брата.

— Не раскисай, вы скоро помиритесь, — ободрила ее телеведущая.

— Надеюсь. Ведь я ужасно виновата перед Гаем. — Заслезились глаза мисс Элдон.

— Да, ты смачно насолила им с Берри, — подсыпая специй в блюдо, подтвердила Хизер. — Но, стратег из тебя, как из меня послушница.

— Что это значит?

— А разве логично было освободить путь Гевину, не представляя, чего он хочет?

— Нет. Рискованно и, пожалуй, абсурдно, — не отрицала своей импульсивной глупости Нола. — Но, наши дороги, к счастью, сошлись.

— Встретившись на общей вчетвером, вам придется непросто, — озвучила сулящую им и совсем не радужную реальность мисс Майер.

— Думаю, Берри не настроена дружить, я тем более.

— Она гораздо лучше, чем ты считаешь.

— Мы с братом будем общаться и видеться без них. Точка! — вспылила девушка.

— Хорошо, не кипятись, — допив вино, отступила Хизер. — Наверное, так действительно безопаснее и комфортнее для всех вас.

— Да, определенно.

— Хватит о проблемах. Давай переключимся на приятную тему. — С предвкушением заиграла бровями телеведущая. — Расскажи про Гевина. И не забудь ублажить мое любопытство пикантными подробностями.

— Боже, он потрясающий! — в момент поменявшись в лице, прощебетала Нола. — Я покорена и влюблена до неприличия!

— Серьезно ты вляпалась. И, разумеется, змею искусителю удалось заманить тебя в райский сад и отведать вкусного яблочка? — заулыбалась подруга.

— У-гу. — Густо покраснев, смущенно закивала мисс Элдон.

— Совершенный грех стоил того?

— Тысячу раз. Мне, естественно, не с кем сравнивать, но Гевин бесподобен в постели.

— И эксцентричен.

— Что ты имеешь в виду? И откуда тебе известно об этом? — насупившись, взбудоражено посыпала вопросами девушка.

— От Берри. Его возбуждают публичные места, — пояснила Хизер, наматывая на вилку феттуччине. — Еще он фанат анала, — непринужденно добавила телеведущая и принялась за еду. А ее подруга, подавившись чаем, ошарашено захлопала ресницами. — Не надо удивляться. Твой парень не волшебный принц из сказки.

— Я понимаю, но многое осталось в прошлом.

— Поверь, мужчины не отказываются от своих сексуальных пристрастий. И если собираешься удовлетворять потребности Гевина, готовься избавиться от комплексов и стать похотливой сучкой.

— Со мной он не такой, — убежденно буркнула Нола.

— Ты с ним вместе всего четыре месяца. Тебя ждет немало открытий.

— Я боюсь мощи собственных чувств и тех вещей, на которые способна ради взаимности, а не его характера или особенностей.

— Ваши метаморфозы, помимо внешних, мисс Элдон, беспокоят даже меня, — оторопела Хизер. — Между любовью и патологической зависимостью тонкая грань. Не потеряй и не предай себя, детка.

Приехав в спа-центр подруги, где та чересчур дотошно собеседовала претендентку на вакансию администратора, модель, подравняв выгоревшие за лето на морском солнце кончики и выпив стакан тропического смузи, уже отсидев всю попу, маялась от скуки.

Их с Гаем путешествие по островам Французской Полинезии было замечательным, подарившим Берри не только незабываемые впечатления, уйму фотографий вдвоем и бронзовый загар, но и безмятежность в душе, хотя бы на этот недолгий, спасительный от самобичевания срок.

— Серж, передай, пожалуйста, Стоуни, когда она освободится, что я в «Прада», — попросила девушка веселого симпатичного мастера, стригшего ее, и сняла с вешалки сумку.

— Да, конечно.

— Спасибо.

Бесцельно побродив по залу бутика, расположенного неподалеку, и ничего не купив, мисс Баррос надела наушники, включила любимый рок и вышла на улицу. Как всегда, подпевая вслух, она свернула за угол здания и, тут же заметив знакомый шикарный «Бэнтли» на другой стороне перекрестка, неприлично выругалась. Проигнорировав, вновь образовавшегося на горизонте, шпиона, модель ускорила шаг и, не оглядываясь, направилась обратно в салон. Но ощущая спиной, крадущийся за ней, словно тень, объект, все-таки остановилась и, убавив громкость на ноль, резко обернулась.

Автомобиль сразу затормозил и владелец, опустив стекло, показал свое красивое, но непривычно хмурое лицо.

— Давай поговорим, — мягко зазвучал, запускающий толпу мурашек, тембр Гевина.

— И не рассчитывай, — пряча, ошпарившее жаром, волнение за холодным равнодушием, фыркнула она.

— Я буду держать руки при себе, клянусь.

— Нет.

— Берри, пожалуйста, — не сдавался