Если сердце любит - Юлия Сергеевна Ханевская

– Пожалуй, лучше вернуться к уроку.

– Согласен.

Его голос звучал напряжённо, и я тут же уцепилась за это. Сердце участило ритм, а душу сдавило от необъяснимого страха.

Прикрыв глаза, приказала себе не надумывать всякие глупости.

– На данный момент я единственная с редким даром? По известным канцелярии сведениям?

– Да. Двое других наследников ещё не вошли в нужный возраст и не проявили себя.

– Но есть и другие, фамилий которых я не знаю.

– Есть.

– И они не опасны?

Редмонд помедлил с ответом, что вынудило посмотреть на него.

– Тебе точно не стоит об этом беспокоиться.

– А я? Какие планы у Тайной канцелярии на меня?

Он коротким движением убрал проекцию. Передвинул второе кресло ближе ко мне, устанавливая его напротив, и сел.

– Для начала ты должна научиться пользоваться даром. Но сразу хочу предупредить: управление Временем не просто редкая способность. Это опасная, могущественная магия. И как любая другая сила, она имеет свою цену.

«Слуги Хроноса долго не живут, знаешь?»

Слова призрака эхом пронеслись в памяти. Уже тогда, в заколдованном доме, где мы с Виктором Орландом проходили испытание по рунам, я поняла, что с даром моим не всё так гладко.

Облизнув пересохшие губы, тихо спросила:

– Какую?

– Время. Как ни банально. Ровно те минуты, часы, дни, на которые остановишь текущую действительность или пустишь её вспять – ты заплатишь из собственных лет.

– Я быстро постарею? Или умру раньше положенного?

Он озадаченно моргнул и нахмурился. Видно, не задумывался о возможных вариантах. Я фыркнула, испытывая неуместную в данной ситуации веселость.

– Очень весомая разница, знаешь ли. Чем я буду платить. Годами юности или старости? От этого зависит, захочу ли вообще развивать в себе столь сомнительный талант.

– Боюсь, выбор невелик. Либо научишься и сможешь управлять этим, либо всё кончится неконтролируемыми вспышками магии, о последствиях которых можно только гадать.

Я помрачнела. Куда ни поверни, уткнёшься в стену.

Глава 19

Кольцо

В тот день Рабастан не успел рассказать, как же управлять магией Времени. Стряслось что-то очень важное, и его вызвали на работу. Единственное, он дал мне кольцо, которое должно как-то повлиять на способности в самом ближайшем будущем. Тонкая серебряная дужка без камней и каких-либо гравировок изначально была слишком широкой, но едва коснулась моего пальца, уменьшилась почти вдвое, плотно садясь на место.

Два дня ничего не происходило. А потом начали приходить странные сны.

Я видела события недавнего прошлого задом наперёд. Начиная от сегодняшнего дня, меня будто что-то подхватывало и тянуло назад во времени. Причём я была не зрителем! Мне приходилось в буквальном смысле проживать всё заново.

В первую ночь проснулась в холодном поту, сразу после того, как очутилась в камере без окон и дверей, прижатой к стенке Фергюсом Селвином. За окном царила серость раннего утра, а я не могла отдышаться, словно пробежала длинную дистанцию. Потом ходила сама не своя весь день, отмахиваясь от вопросов мамы и Алевтины по поводу самочувствия. Вечером Том снова хотел воспользоваться порталом, но я перенесла нашу встречу на следующий раз.

Во вторую ночь сон не продолжился с того момента, где оборвался. Он начался с начала. С сегодняшнего дня. Теперь я дотерпела дольше: до того, как голубая бабочка вспыхнула огнём на носу у Джейми. Эмоции переполняли, будто всё происходило на самом деле, а не в моём сознании. Я испугалась. И проснулась.

Третья, четвёртая, пятая ночь… По одному и тому же сценарию. Словно раз за разом попадала в собственный ад, проживая заново одни и те же события. Это изматывало. Сводило с ума. Когда-то меня выбрасывало в реальность раньше, когда-то позже. Но ни разу не удавалось пересечь черту первого нападения некроманта перед салоном леди Жюли.

Голубая бабочка, полыхнувшее пламя, крик сестры, жёсткая хватка колдуна, утягивающего в портал, – что-то да выталкивало меня прочь из сновидения. Бросало одну на смятой постели, измотанной и плачущей, дрожащей всем телом или же не способной лишний раз пошевелиться.

Я перенесла очередную встречу с Томианом, не ответила на письмо Фаба, практически не выходила из своей спальни.

Папа пропадал на работе, редко появляясь дома. В целом ему не до меня. Мама списывала моё состояние на стресс и лишний раз старалась не беспокоить. Я этому была только рада.

Рабастан со вторым уроком явился через неделю. Возникать с хмурой физиономией на моём пороге в этот раз не стал. О его прибытии сообщила мама. Осторожно постучав, она вошла и, окинув меня печальным взглядом, приблизилась.

Я сидела в кресле, поджав ноги под себя и пытаясь сосредоточиться на книге. В понедельник мне прислали список тем на неделю, которые нужно было самостоятельно изучить. Хоть ректор и пошёл навстречу графу Адальстейну, пускать на самотёк образование его дочери никоим образом не собирался. Вместе с письмом, скреплённым печатью академии, пришла посылка с учебниками.

К слову, домашнее обучение – совершенно не мой вид получения знаний.

– Детка, ты уже сама на себя не похожа! – Мама забрала увесистый том.

Захлопнула его и отложила на стол, на котором творился жуткий беспорядок: покосившиеся башенки из книг, отдельные листы вперемешку со смятыми или разорванными на мелкие кусочки. В последние несколько дней я обнаружила, что звук рвущейся бумаги неплохо успокаивает после очередного нелёгкого пробуждения.

– Всё, достаточно! Сегодня же мы с тобой отправимся на прогулку в сад. Хель собирается высаживать зимние цветы, а ты ему с этим поможешь. Хоть чем-нибудь займёшься. Ещё немного – и пустишь в это кресло корни!

– Я не хочу, – пробормотала в слабом сопротивлении, плотнее закутываясь в плед.

За окном было особенно мрачно. Солнце ни разу не показалось из-за серого полотна туч, но дождя так и не случилось. Возможно, к ночи разразится гроза. Может, повезёт и уснуть под грохот грома не получится.