Золотая клетка - К. Лумари

Как бы тяжело это не было признавать, я думал о ней как о своей с тех пор, как встретил ее.

Я устало потер висок, потому что знал, что у Лиама что-то припрятано в рукаве. Знание этого пока работало в мою пользу. По крайней мере, я знал, что он не будет настолько глуп, чтобы попытаться убить меня. Я заполз в свою палатку и впервые за последние три дня смог сразу заснуть.

— Аспен!

Мой голос был хриплым от крика боли, и, как всегда, это было ее имя. Оно безупречно стекало с моих губ. Выросший в этом доме, я всегда был один. Я был не очень общителен, поэтому не был близок со своими сверстниками. Мой отец всегда работал, а Хильда … Я заставил себя не думать о ней. В моем нынешнем состоянии это только усугубило бы ситуацию.

Потом я вспомнил, что видел ее — маленькую светловолосую девочку, которая жила в моем доме.

Когда я был маленьким, я удивлялся, почему она не ходит в мою школу. Почему она жила в нашем доме. Когда я спросил своего отца, он сказал мне, что однажды я пойму. Я часто бродил по дому, пытаясь хоть одним глазком взглянуть на нее. Она всегда была со своей матерью, пряталась за ее спиной, и я был очарован. Она была прекрасна. Лучик солнца в нашем мрачном доме.

Потом, когда Хильда начала приходить в мою комнату, я совсем забыл о ней. В моей голове был туман, никаких мыслей. Все, чего я хотел — это оцепеневшего блаженства, однако она, спотыкаясь, вышла на улицу, девушка с волосами, подобными солнечному свету, так же, как и я, увязла в этом гребаном доме.

Моя рука горела, как сука, и мне ничего не оставалось делать, кроме как кричать. Может быть, я бы не испытывал боли, если бы у меня было больше денег, но мне просто нужно было продержаться, пока не получу остальные активы моего отца.

Я заплатил пожарным и копам.

Я не мог не думать о том, что было бы, если бы Аспен выбрала меня?

Громкий раскат грома эхом разнесся по всему лесу, заставив меня проснуться. Я хватал ртом воздух. Черт, да мне просто повезло, что надвигался шторм. Мне не нужно было выходить из палатки, чтобы понять, что наступила ночь.

Дождь начал барабанить по палатке, и это дало мне повод, в котором я нуждался, чтобы выбраться. Как только я вышел, ночь озарилась огнями. Я пробирался по лесу, направляясь к тропинке, которую запомнил с того момента, как прибыл сюда.

— Как бы то ни было, я возвращалась к той ночи тысячу раз. В своих поисках свободы я потеряла абсолютно все.

Ее слова сводили меня с ума.

Пока я шел, мне на глаза никто не попался. Я мог видеть огни в других домиках, но я просто продолжал свой путь к Аспен. Оказавшись у её двери, я поднял руку и постучал.

— Уходи, Лиам, — закричала она.

Ее слова привели меня в ярость.

— Открой чертову дверь, питомец, — прокричал я сквозь дождь.

Я был готов к тому, что она и мне тоже скажет отвалить, но обнаружил, что улыбаюсь, когда услышал, что она открывает дверь.

— Ты мог бы вломиться, как в прошлый раз.

— Это то, чего ты хочешь? — Спросила я, протискиваясь внутрь. — Чтобы я ворвался сюда?

Она прикусила губу и не ответила на мой вопрос. Вместо этого она сделала шаг ко мне.

— Ты насквозь промок.

— Это можешь быть ты через несколько минут, — возразил я.

Теперь, когда я был здесь, мой член пульсировал. Я хотел погрузиться так глубоко в нее и забыть обо всем, что было между нами.

— Позволь мне включить огонь, — сказала она, не глядя мне в глаза. Она сделала шаг к камину, но я остановил ее.

— Не надо, — прошептал я.

Даже если бы его удалось сдержать, я не думал, что смог бы справиться с пламенем.

— Но тебе нужно согреться.

— Не в таком смысле.

Мой голос был напряженным, и я не хотел выходить и говорить это. Я ненавидел то, что этот инцидент сделал меня слабым.

Аспен, казалось, поняла, потому что сменил тему.

— Пойдем, тебе нужно принять душ. — Она взяла меня за руку и повела в ванную. Только когда я почувствовал, что она прикасается ко мне, я вспомнил, что так и не надел перчатку обратно. Она отпустила меня, и мне сразу же захотелось вернуться к ней. Аспен включила для меня воду и, отрегулировав температуру, повернулась ко мне.

— Ты можешь справиться с горячей водой или просто с теплой?

— Теплая — это хорошо, — сказал я, не глядя на нее.

Когда-то давно я обычно принимал обжигающий душ, чтобы обезболить себя и почувствовать, что смываю боль. Теперь, если бы я сделал это, я бы вспомнил о пламени.

— Я принесу тебе полотенце.

Она ушла, не сказав больше ни слова, и я на мгновение задумался, какого черта я делаю. Теперь было слишком поздно отступать. Может быть, жизнь наконец-то вернула мне часть того, что она у меня отняла.

Как только я закончил, то заметил полотенце прямо у двери. Я был так погружен в свои мысли, что не заметил, как она открыла дверь, чтобы оставить полотенце. Обернув полотенце вокруг талии, я убедился, что оно надежно закреплено, прежде чем выйти.

Свет был выключен, и единственный источник света исходил снаружи. Это было немного, но как раз достаточно, чтобы разглядеть ее черты. Аспен сидела на диване, и ее пристальное внимание было приковано ко мне.

— Ты можешь занять кровать, — сказала она тем мягким голосом, который я так жаждал услышать.

— Не будь смешной, и ложись на гребаную кровать. — Мой член подпрыгнул от собственных слов.

Она не сказала ни слова, но медленно встала, подошла к кровати и забралась под простыни. Я последовал за ней. Когда я подошел к кровати, она откинула одеяло, чтобы впустить меня.

— Почему ты не пошла со мной?

Мой вопрос тяжело повис в воздухе, когда я скользнул под одеяло. Я лег и посмотрел в потолок.

— У меня никогда ничего не было, поэтому, когда появилась возможность для моей свободы, она ослепила меня. Я не знала точных деталей того, что я