Морозный рассвет - Кира Купер

Что же делать? Отправляться в столицу? Я не бывала там ни разу, и лишь в теории представляю нравы той жизни. И уж точно я понятия не имею, где искать Брига с Джимом.

Так ничего толком и не решив, я отправилась в свою спальню. Обещая самой себе обязательно прийти к мало-мальски завершенному выводу в ближайшие дни, дальше так продолжаться не может. Но судьбе, как всегда, было угодно внести свои коррективы.

Сидя возле окна, я рассматривала заснеженные горы, когда услышала мелодию. Красивая и печальная, она заставляла сердце тоскливо сжиматься. Музыка была полна боли и грусти, которая удивительно совпадала с тем, что было в моей собственной душе.

Захотелось понять, откуда она идет. Я как завороженная пошла на звуки, что лились из гостиной. Хельга решила сыграть перед сном? Никогда не слышала эту мелодию прежде.

Я спустилась вниз. Факелы на стенах горели, но тускло, гостиная была освещена лишь огнем камина. И все же я разглядела того, по чьей воле рождалась эта гармония.

– Морган…

Он даже не стал оборачиваться, звук сделался чуть тише, ровно настолько, чтобы смогла услышать его глухой голос:

– Ты слышала о Гримме?

– Да, проклятый композитор.

– Кто-то называл его великим, – я не видела лица мужчины, но показалось, будто он невесело усмехнулся.

– Ходили слухи, что его дар послан ему самим дьяволом, а звуки его произведений наделены убийственной магией, – пыталась припомнить, что слышала о музыканте, жившем лет триста назад. – Он служил темным силам, которые и даровали ему талант.

В этот миг раздался особенно громкий аккорд, от которого слегка вздрогнула.

– Ты в это веришь? – спросил шаман так же тихо.

– Я… не знаю, не задумывалась никогда, – проблеяла, пытаясь догадаться, к чему он клонит.

Или это снова всего лишь игры в светскую беседу?

– А если подумать сейчас?

Пожала плечами:

– Все возможно. Не слышала его произведений. Он же…

– Под запретом властей. Как я мог забыть.

Я стояла в проходе, все еще не зная, для чего сюда явилась и как уйти, но мужчина словно в очередной раз подслушал мои мысли:

– Подойди.

Он не шевелился, только пальцы парили над клавишами, и говорил без привычной уже угрозы. Я повиновалась, сократив расстояние до рояля медленным шагом. Словно во сне, завороженная волшебной мелодией, приблизилась, остановившись ровно за прямой спиной шамана, обтянутой в белый шелк.

Из угла, царапая половые доски, подлетела еще одна банкетка.

– Садись.

То была не просьба, но приказ, и вновь, не зная, почему, я выполнила его. Теперь мы были очень близко, я чувствовала исходящее от него тепло, словно сидела у пламени, а не живого человека. Щеки тут же опалило необъяснимым жаром.

– Дар, как ты выразилась, у проклятого Гримма был только один, крошка Кэндис, – не поворачиваясь ко мне, произнес Морган.

– Какой же?

– Он любил музыку.

Я помолчала, чувствуя, как сердце начинает биться в такт мелодии. Удивительно.

– Вы были знакомы с ним лично?

– Ты даже не представляешь, как близко, – последняя нота, тягучая, неспешная, повисла в воздухе.

Думала, что сейчас он захлопнет крышку, но вместо этого мужчина накрыл ладонями мои, покоящиеся на коленях, отчего я на мгновение перестала дышать, и положил их на клавиши.

– Расслабь пальцы, – тихий голос раздался у самого уха. – Делай, что я говорю. И перестань вздрагивать, я тебя есть не собираюсь. Пока.

Я постаралась выполнить, о чем он просит, но напряжение от близости не позволяло.

– Вдохни поглубже. Вот так, уже лучше. А теперь просто слушай.

Это была самая странная игра на рояле, какую только можно себе представить. Шаман нажимал на клавиши поверх моих пальцев, делая это сначала настойчиво, но с каждым аккордом его давление становилось все невесомее.

Тягучая мелодия лилась словно отовсюду, рождая перед глазами неведомые образы. Они возникали сами собой, и вдруг я стала различать шум ветра, запутавшегося в ветвях столетнего дуба, журчанье кристально чистого ручья, что устремился к подножию горы, весело поигрывая прозрачностью воды в солнечных лучах, крик птицы, свившей гнездо на верхушке раскидистого дерева.

Мы будто были не в особняке, а посреди летнего леса, где воздух пропитан ароматом распустившихся цветов, небесное светило дарит долгожданное тепло, а где-то вдали прямо сейчас распускается невероятно яркая радуга…

– Ты чувствуешь? – мужской голос звучал словно сквозь вату, но я понимала, о чем он.

– Да…

– Хорошо.

Я не знаю, сколько это длилось, возможно, не больше минуты, или, наоборот, несколько дней, но, когда мелодия закончилась, с удивлением обнаружила: шаман больше не управляет моими пальцами, они летают по клавишам сами…

В смятении повернулась к нему, наткнувшись на насмешливый взгляд:

– Как…

– Музыку просто нужно любить, Кэндис, – хрипло произнес мужчина.

Непонимающе посмотрела на свои ладони, потом на мужчину. В этот раз встретить его морозный взгляд было почему-то не страшно.

– Я все равно не смогу повторить это без вас, – почему-то шепотом призналась я, уже не в силах оторваться от ледяного океана.

– Тебе и не нужно, – ответил он так же тихо.

– Вы… я… – сама не знала, что именно хочу сказать.

– Мы же перешли на «ты», – снова усмешка.

– Да, я… забыла.

– Что поделаешь, о вашей девичьей памяти ходят легенды.

– Боюсь, в них есть доля правды.

– Боюсь, даже больше.

Я перевела дыхание, чтобы скрыть нарастающую нервозность, но, кажется, только сделала хуже. Взгляд Моргана остановился на моих губах. Его лицо начало медленно склоняться к моему, пока я не почувствовала горячее дыхание.

Глава 22. Горький вопрос

– Вы… то есть ты… – Богиня! Я понимала, что может последовать, желала этого и страшилась одновременно. – Тебя долго не было. Ездил по делам?

Сама не ведаю, зачем задала такой вопрос, но он подействовал на него подобно ушату ледяной воды: застыл, тут же нацепив привычную маску равнодушия, выпрямился и бросил:

– Какая ты наблюдательная. Да, надо было кое-что утрясти. Надеюсь, мне не стоит отчитываться, что именно задержало меня в Мелике?

Я покачала головой, отметив, что он отлучался в столицу королевства.

– Хотела спросить, – начала несмело, но потом тряхнула головой и закончила: – Ты не нашел моих братьев? Я беспокоюсь о них.

Шаман откинул голову назад и внезапно расхохотался.

– Ты серьезно признаешься мне в том, что боишься за сопляков Нортов, хотя я сказал, что с ними будет, когда их встречу?

– Просто…

Наваждение схлынуло. Рядом со мной вновь сидел убийца и монстр.

– Скажи мне, прошу! Просто скажи, – повторила упрямо. Да, это было глупо,