Поговорим - Мари Ардмир

«Рад бы, но на предприятии без Стаса не обойтись», – прилетело следом.

«До понедельника?» - Это был глупый вопрос, он мог понять мою уловку, но… видимо, у Шкафчика день был не из легких, он отписался коротким:

«Вполне».

«Спасибо!» - чистосердечно поблагодарила я, ниже добавила с десяток восклицательных знаков и сочный поцелуй, и у Шкафчика явно случился ступор.

У Стаса, подошедшего и вчитавшегося в сообщения, тоже случился ступор. Даю голову на отсечение, чувствовать себя облапошенными они не привыкли. Я была уверена, что первым придет в себя молодой охранник и устроит мне разнос, но его начальство оказалось проворнее. Шкафчик позвонил.

- Добрый день. Невероятно рада вас слышать. Как погода за границей?

- Отвратно. – Мордоворот пренебрег необходимостью поздороваться и прямо спросил: - Чего вам надо?

- Ничего. Все, что было необходимо, вы уже сделали. Стас оcтанется до понедельника, все мы соскучимся по Глебу, Полина присмиреет на время.

Я покосилась на молодого охранника, он нечитаемо смотрел на меня. Кажется, именно с таким лицом маньяки убивают свою юбилейную жертву.

- А прямо попросить слишком сложно для вас? - вопросил Шкафчик, и я поняла, что убивать можно не только взглядом, но и голосом. Мурашками покрылись даже пятки!

- Нет, иначе вы бы не согласились прикрыть мой следующий маневр.

Не будь в моей жизни Крикуна, меня бы очень насторожила последовавшая за этим тишь. Но хорошо натренированная, я легко преодолела продолжительный и безмолвный сигнал об опасности.

- Спасибо, что не спорите, – сказала с самыми добродушными интонациями и завершила звонок. Это никоим образом не гарантировало согласие Шкафчика, но давало мне время передохнуть. Буквально минуту.

Хотя нет, минуты не прошло, и на телефон Стаса прилетело сообщение.

- Что там? - спросила я, когда он еще сильнее нахмурился.

- Остаться до понедельника включительно. Никаких ТЦ.

- А, это мы уже усвоили.

В целом, первый день с неприступным охранником прошел хорошо. Исключением стала лишь вторая попытка Олеси отпроситься к подругам. Он пресек ее достаточно жестко, а мне сказал не встревать. На вполне логичный вопрос «Почему?» ответил тяжелым взглядом. Что ж, я осталась не удел, старшая Гладько отказалась от ужина, и только Алиса цвела улыбкой. Ее послеобеденный сон был отличной идеей, ребенок стал более энергичным и внимательным вместе с тем. В другое время это бы не укрылось от француженки, но, видимо, ее поездка в город как началась неудачно, точно так же и закончилась. Οна вернулась через три часа с новой прической, но без сил и немного зеленая.

- Вы случаем кишечный грипп не прихватили? - взволновалась я. Все же гадость редкая, передается быстро, задевает всех, а в доме есть маленькие дети и Сейф.

Она качнула головой, слабой рукой коснулась перил и начала подъем наверх, и в этот самый миг Стас оторвался от шахматной игры с Αлисой и решил меня просветить:

- Εй всего лишь не позволили оценить каждый метр города.

- В смысле?

- Укачало в такси, - сообщил ехидно. — Не волнуйтесь, Тамара. Сейчас поваляется, заправится морковкой и придет в себя.

- Я никогда не… – Королева резко развернулась на ступеньках, попыталась договорить и опасно качнулась.

Молодой охранник ее, конечно, подхватил… Всего-то преодолел шесть метров за секунду. Герой как ни крути. Правда, подхватил он ее как меня в бассейне. За шкирку.

- Что вы… да что вы?! – булькнула Полина, оказавшись вздернутой за ворот блузки.

- Спасаю не касаясь. Вы сами просили - без рук, - последовал чистосердечный ответ, и француженка из зеленой стала красной.

- Пустите!

- Всенепременно.

Он ее отпустил, небрежно отступил и до самого поворота на втором этаже проводил насмешливым взглядом.

Все-таки у этой парочки было что-то такое, о чем они предпочитают молчать. Даже интересно стало, Стас изучение французского начал до ее появления в доме или после? Судя по реакции Полины на обеде, да и по прозвищу, коим она его наградила, тупой солдафон ранее был не особо сведущ в иностранных языках. Вероятно, изучать начал после ссоры или что у них там произошло.

Я покосилась на честный источник сведений, в смысле, на Алису, но Сейф, что-то предвидев, решил ребенка со мной не оставлять. Просидел на последних двух уроках, напугал преподавателя музыки Инну и дополнил мою работу по каллиграфии картинкой, где двуногий подсолнух с похотливой улыбкой и бензопилой в мускулистых листьях бежит за женской фигуркой.

- Если догонит, она его на семечки пустит, - сказала я. - Вот этой самой бензопилой.

- Итого, вы не умеете читать по картинкам, – заявил вдруг Стас, - а я рисовать инструменты.

- Не поняла. Это что, не бензопила?

- Где? - Ребенок отвлекся от чистописания, и мою работу нещадно смяли.

9.

Второй день со Стасом был также тих и спокоен. За исключением вечера, когда к Олесе приехали подруги. Их было трое, но в дом в сопровождении Стаса вошли лишь две. Рыжая, очень худая, с презрительным взглядом и дурной привычкой все время касаться волос. И улыбчивая невысокая брюнетка, на которую охранник смотрел с особым неодобрением.

Я в это время была на кухне, встречу девушек не видела, однако успела заметить, что особо они не задержались, вручили старшей Гладько сумку, с которой пришли, и отбыли, бросив напоследок что-то о растяпе-уборщице и внеурочной поездке на песчаные берега.

-… папа настаивал на Сейшельских островах, но я сказала «Ницца, и точка». Сумку нашли, пока собирались. Знаешь, ремонт и все дела. Я бы оставила Жене, но ты с ней не в контактах. Так что…

Входная дверь закрылась, отрезая девичьи голоса. Сидящая рядом со мной Алиса отвлеклась от акварельного рисунка, вздохнула:

- Олеся будет недовольна.

- Почему?

- Потому что хотела сбежать, – пояснила кроха абсолютно непонятно и вновь взялась за кисть.

Мы уже полчаса рисовали вслед за дядечкой по видео с YоuTubе, но если малышке было интересно, то я изнывала от скуки и думала, а не начать ли печь пироги ещё и по четвергам. Словом, когда дверь хлопнула вновь и раздались легкие девичьи шаги, мои уши сами собой уловили вопрос от Стаса.

- Лягушке-путешественнице вернули ее вещи? И как, много успела перетащить?

- Не твое дело!

- Почему же? Мое. - И без долгих отступлений. - Давай сумку.

- Но