Золушка по-драконьи, или Это не мои тапки, милорд! - Наталья Самсонова

«Как бы так повежливее сформулировать вопрос? – задумалась я. И была прервана тихим, немного насмешливым советом:

– Лучше спроси прямо, душа моя.

– Ага, мы снова на «ты», – сообразила я, – свет мой.

– Ты моя истинная, – просто ответил он.

И меня обдало жаром, а после и холодом. О Вильхей, как же талантливо он играет! «Интересно, он бы обрадовался, если бы узнал правду?» Что-то мне подсказывало, что ему, как и другим мужчинам, хочется нежную принцессу, а не переселенку с хиэ и неудачным брачным опытом.

– Я хотела спросить, неужели находились самоубийцы, способные похитить королеву?!

– Отец примерно карал всех и каждого, – тут Эгерт неуловимо скривился, – но на третий раз Ее Величество была отправлена в Озерный Край.

– Она была рада?

Эгерт покачал головой:

– Нет.

– Но почему… Чем так хорош Озерный Край?

– Наместник так и не позволил ни одному порталу открыться на своей территории. Ло-Риэ пронизана портальными нитками, из-за чего перемещения практически невозможно отследить. А в Озерном Крае каждый портал как ярчайший след, по которому легко пройти.

– А магия? Получается, там мало магии?

– Да. Такова плата за безопасность. Именно поэтому маги стремятся покинуть Озерный Край, в то время как наместник всеми силами убеждает их остаться.

Карета мягко качнулась и остановилась. Эгерт выскользнул наружу первым, а затем помог и мне. Кучер громко причмокнул, и карета тут же умчалась.

– Это праздничный пирс, здесь могут пришвартоваться только развлекательные паромы.

Я глазела по сторонам, забыв обо всех тревогах. Кругом были цветы, ленты, над головами людей парили сотни летних зонтиков без ручек – чистая магия! А запах… Негромкий, приятный цветочно-медовый аромат.

– Сюда, прошу.

«И правда – магия, – пронеслось у меня в голове, когда я увидела белоснежный паром, увитый цветочными лозами. – Как же хорошо, что я промолчала».

– Он ведь не касается воды, – прошептала я.

– Конечно, – кивнул Эгерт. – Вейрна – норовистая и порожистая река, а ровнять ее дно… Проще зачаровать паромы. Разве у вас не так?

– Откуда же мне знать? – Я беспомощно посмотрела на милорда. – Мой бывший супруг никогда не брал меня в круиз.

– Прошу простить, – тут же отреагировал Эгерт. – Мне не следовало…

– Это мне не следовало его вспоминать, – я покачала головой. – Прошлое в прошлом.

– И ты бы ничего не хотела изменить, душа моя?

– Я…

Тут я задумалась. Если бы я не вышла за Игоряню, если бы Игоряня не залез на Светку, если бы я их не поймала, если бы я не загадала желание…

– Знаешь, свет мой, сейчас мне нравится моя жизнь. Пусть ко многому пришлось привыкнуть и от многого отказаться, но сейчас мне хорошо. Так что я бы ничего не поменяла.

– Как ни странно, но я бы тоже ничего не поменял. – Эгерт одарил меня долгим, подозрительно теплым взглядом.

Мы поднялись на борт парома. Возникшая было неловкость была разрушена капитаном и его очаровательным хиэ: крылатая змейка крутилась вокруг мужчины и норовила украсть его фуражку.

– Добро пожаловать на судно. Меня зовут Гарри Пристли, и я обещаю, что путешествие пройдет гладко, – отрапортовал мужчина.

И тут же рассмеялся: его хиэ все-таки удалось украсть фуражку.

– Молоденькая еще, – сказал мистер Пристли, – играть зовет. Прошу вас подняться на верхнюю палубу, для вас подготовлена зона отдыха и наблюдения.

Обернувшись на Эгерта, я с недоумением спросила:

– Других пассажиров не будет?

– Нет, – он улыбнулся, – этот паром наш на сегодня.

– Истинно так, – степенно подтвердил мистер Пристли. – Когда прикажете подать вино?

Эгерт посмотрел на меня, а я беспомощно развела руками:

– Я не знаю, свет мой.

– Тогда мы пока отложим, душа моя.

Поймав мою ладонь, ло-Арндейл устроил ее на сгибе своего локтя. Он явно был на этом пароме не в первый раз, потому что скрытую за цветочной композицией лесенку нашел сразу же. Точнее, он весьма и весьма уверенно меня к ней подвел.

– Такие ступени не подходят для прекрасных леди, – выдохнул он мне на ухо.

– Что…

Я не то что фразу договорить, я мысль сформулировать не успела! А он просто подхватил меня на руки и взлетел. Через несколько томительных секунд милорд опустился на верхнюю палубу и осторожно поставил меня на ноги.

– Испугалась?

– Изумилась, – я не собиралась признаваться в том, что мое сердце мигрировало в пятки.

– Это хорошо, – кивнул он. – Мне есть что еще тебе показать.

– Я тоже способна изумить, свет мой, – пропела я. – И ты даже не догадываешься, как именно.

Топ-топ-топ-топ!

Шмяк-шмяк!

– Кажется, эта лестница не подходит для твоих, м-м-м, спутников.

– Спутников, – повторил он за мной. – Да уж.

В общем, ло-Арндейлу пришлось слетать за кроссовками. И стоит признать, что парил он отменно. Если бы еще не выражение вселенской печали на красивом лице… Но тут уж я ничем не могла ему помочь, ведь в такой ситуации даже самое искреннее сочувствие будет звучать как издевка. Почему? А потому что в каждой руке у него было по кроссовке. Причем перепуганная обувка оплела его кисти шнурками!

– Сними их с меня, душа моя, – попросил он, пытаясь скрыть раздражение за улыбкой.

– Ну-ка, слезли, поганцы, – цыкнула я.

Шнурки на запястьях затянулись туже.

– Я перестал чувствовать пальцы, – глубокомысленно изрек Эгерт.

– Я сейчас возьму вот такие ножницы и порежу вас на тысячу мерзких лоскутков, – зашипела я, – вы как раз двигаться не можете!

Ш-шурх! Обе кроссовки в мгновение ока расплели свои шнурки и юркнули куда-то в сторону.

– Благодарю, – он растер руки, – присядем?

Зону для отдыха и наблюдения нам устроили просто потрясающую: два удобных глубоких кресла, меж ними высокий круглый столик. Сейчас на нем был лишь пышный букет цветов.

– Посмотри, ты вряд ли видела святилище с этой стороны.

Вскинувшись, я с искренним удовольствием полюбовалась цветущим парком. И… Статуями богов?

– Это знаменитые Блуждающие Отражения, – шепнул Эгерт. – Они гуляют вдоль реки. Регард и Идира, брат и сестра. Говорят, они до сих пор ждут своих истинных.

– Своих истинных?

– Потерянных и оплаканных. Люди верят, что боги создали истинность для того, чтобы найти свои утраченные половинки. Ведь для тех, кто предназначен богам, не найдется партнера в человеческом обличье.

– И тот, кто не найдет свою пару до самой смерти, после нее все равно будет счастлив. – Я чуть прищурилась. – Знаешь, свет мой, больше похоже на самоутешение. Богов-то не так и много!

Эгерт рассмеялся:

– Ты почти полностью повторила то, что я сказал своему наставнику. Мне было пятнадцать, и я был весьма самонадеян.

– Наказали?

– Всыпали розог, – он усмехнулся, – безо всякой жалости.

– Но мнение ты не поменял. – Я невольно улыбнулась.

– Не поменял. А