Онлайн - связь - Аля Алая

— До понедельника, Вера, — Захар кивает и следит за тем, как Давид усаживает меня в свою дорогущую тачку. И мне бы радоваться, что у меня вроде все хорошо. Есть вот такой парень, и ухаживания занятого мужчины мне неинтересны. Но удовлетворения не чувствую, только больший раздрай.

— Зачем ты это сказал? — оборачиваюсь на Давида уже в машине.

— Потому что действительно хочу им быть — твоим парнем, — он мягко нажимает на газ, и мы удаляемся от ресторана. — И еще мне не понравилось, как Захар на тебя смотрит. Он твой начальник, и будет неприятно, если он пойдет по стопам Колесникова. Ты — красивая женщина, Вера. А он имеет власть.

— Захар себе такого не позволит, — качаю я головой, — он уволил этого гада, когда узнал правду, и поверил мне и девочкам. А Колесников — отец его невесты, так что, думаю, ты понимаешь, насколько все было сложно.

— Невесты? — Давид оборачивается на меня.

— Да, — подтверждаю, — так что ничего того, что ты подумал, Захар не сделает.

— Хорошо, — по его лице появляется улыбка. Слишком довольная, и меня это настораживает, — может, гонки? Тут рядом есть где прокатиться.

— Нет, спасибо, — выдыхаю, устало уставившись в окно. Вечер был слишком напряженным, и я опустошена.

— Брось, сделаем кружок и домой, — не слушая меня, Давид утапливает педаль газа в пол и начинает лавировать среди машин. Я даже не возражаю, поскольку мне откровенно страшно сейчас — бешеная скорость, непредсказуемые водители вокруг. А если где-то ремонт дороги или яма? Черт, я не хочу попасть в автокатастрофу.

— Выдохни, — ладонь парня накрывает мою и легонько сжимает, — я все и всегда держу под контролем. — Мне кажется, он забыл добавить «всех». Не думала, что у Давида есть такие замашки.

Медленно выдыхаю, как он просил, и оборачиваюсь на его профиль. Он расслаблен, держит руль двумя пальцами и всем своим видом излучает абсолютную уверенность в собственных действиях. Я даже немного поддаюсь ему, и паника отступает.

Где-то через двадцать минут мы выезжает к знаку «Дорога закрыта», и Давид его объезжает.

— Этот кусок сделали только вчера, — он оборачивается ко мне и тепло смотрит на наши сплетенные пальцы, — в самом конец разрушенный мост. Им займутся через неделю. А пока можно погонять.

— Тут темно, — я вглядываюсь в освещенную только луной и звездами дорогу, — а если технику забыли или что-то не доделали?

— Доверься мне, — Давид тянет мою руку к себе, и губы оставляют легкие поцелуи на пальцах, — садись за руль.

— Я последний раз водила лет сто назад, — мой голос неуверенно дрожит.

— Я буду рядом, — отстегнув свой ремень, Давид освобождает и меня. Затем быстро обходит машину и открывает мою дверь. Уперевшись одной рукой в низкую крышу, он протягивает мне вторую. — Ты рисковая девушка, Вера. Я это знаю. Отпусти себя.

Рисковая? Да с чего он это взял? Во мне из рискового только Адель была. И то ее уволили за непригодность к шлюшьей профессии. С какой стороны ни посмотри — я обычная серая масса. Но Давид смотрит сейчас так, словно нет во мне ничего обычного, и это в момент заставляет принять опрометчивое решение.

— Ты уговоришь и мертвого, — из меня вырывается смешок, и я протягиваю ему ладонь.

— Так и правда говорят, — Давид заразительно смеется, и его глаза сверкают опасным огоньком. Сам он в полутьме выглядит, на мой вкус, скорее демоном, чем ангелом. Крупно я ошиблась на его счет.

Он чинно подводит меня к водительской двери и сажает внутрь, пристегивает и все проверяет.

— Ты меня пугаешь, — комментирую я эти манипуляции.

— Настраиваю, — Давид присаживается рядом с дверью. — Педальку газа можно жать на максимум, она справа. Тормоз рядом. Перед мостом не перепутай.

— Ты просто, — сжимаю руками руль и всматриваюсь вдаль, насколько хватает света фар, — демон.

— Ангел мне нравился больше, — Давид проводит пятерней по своей светлой курчавой голове и запрыгивает на пассажирское сиденье. — Погнали!

— Ладно, — плавно жму на газ и буквально врезаюсь телом в спинку сиденья. — Ого, Давид.

— Все отлично, малышка, — его ладонь нажимает на мою на руле, — чувствуешь?

— Да, — пропускаю через себя адреналиновую волну и задерживаю дыхание. Деревья и техника проносятся с неимоверной скоростью. Шум мотора давит на перепонки и не перекрывается музыкой, долетающей из динамиков. Километры пролетают за секунды.

Фары выхватывают какие-то объекты впереди, и я дергаюсь.

— Подожди, — Давид сильнее нажимает на мою руку, и уже через пару секунд я понимаю, что мы несемся на тот самый разрушенный мост. Рядом стоит бетоноукладчик, несколько рабочих машин, строительная будка и насыпаны горы песка.

— Давид! — мое тело каменеет, а время замирает. В висках пульсирует от предчувствия чего-то неизбежного. Все мысли вылетают из головы, и я теряюсь, не понимая, что делать. — Тормоз, — раздается очень спокойно рядом, я тут же подчиняюсь, резко жму на педаль. Руки улетают с руля, когда он сам его выворачивает и дергает коробку передач. Нас заносит, раздается визг тормозов, и машину обволакивает белым дымом из-под колес. Тело, вжатое в сиденье из-за перегрузок, превращается в желе.

— Тише, Вера, — он уверенно держит руль, пока машина не замирает как вкопанная. На лице ни капли страха, только самый настоящий восторг, — ты отлично справилась для первого раза. — Хлопаю глазами и оглядываюсь по сторонам. Похвалу Давида воспринять нормально не получается. Мы же могли разбиться. Метров пять всего осталось до бездны. А если бы я не среагировала, если бы он не успел вовремя вывернуть как нужно руль?

— Что это было? — дергаю ремень безопасности и выбираюсь наружу. Преодолеваю короткое расстояние до разобранного моста. Меня пробирает еще сильнее, когда вижу плещущуюся внизу черную воду.

— Просто хотел, чтобы ты почувствовала жизнь острее, — он появляется за мной и присаживается