Демон в порядке - Ива Лебедева

— Спасибо. — Я благодарно улыбнулась. — Идите. Я посижу тут, с ним.

Джонатан бросил последний взгляд на сгорбленную фигуру, на меня — и тихо вышел, бесшумно закрыв за собой тяжелую дверь.

Я опустилась на ковер рядом с Элиасом, прислонившись спиной к прохладному дереву стеллажа. Усталость навалилась внезапно — тяжелая как свинец. Три дня поисков, нервотрепки, надежд — и вот он, результат.

Мы проигрывали. Я проигрывала. Лукас побеждал, даже не входя в дом. Зажмурившись, постаралась сдержать подступающие слезы. Не время!

И тут — слабое движение рядом. Элиас поднял голову. Его глаза были все еще мутными, но в них горела искра узнавания. Он смотрел на меня. Губы беззвучно шевельнулись. Потом его рука, тяжелая, неуклюжая, поднялась. Не ко мне, а чтобы указать на узкую, почти незаметную арку за высокими стеллажами. Ту самую, что вела в архив или отдельный кабинет. Туда, где пульсировал золотисто-зеленым светом кристалл.

Сердце екнуло, забилось как бешеное. Элиас вспомнил!

— Ты… ты хочешь туда? — прошептала я, хватая его руку. Она была холодной. — К Источнику?

Элиас не ответил, но глаза засветились ярче. Он отчаянно боролся с новой волной беспамятства. Этого было достаточно.

— Ладно, Редиска, — я вскочила на ноги, подхватывая его под мышки, — держись.

Глава 34

Я втащила Элиаса в узкую арку, едва не сбив со стеллажа старинный фолиант. Йорик проскочил первым. Воздух здесь был другим — тише, плотнее, пропитанным тем самым золотисто-зеленоватым пульсирующим светом, что исходил от кристалла, вросшего в пол посреди крошечного архива.

С трудом усадила Элиаса на холодный камень пола прямо у кристалла. Он тяжело дышал, плечи вздрагивали, а рога казались еще острее на фоне бледной кожи.

— Держись, Редиска, — прошептала я, прижав его ладонь к неровной, теплой поверхности кристалла и усаживаясь рядом, спиной к стеллажу. — Ты же помнишь?

Йорик устроился у наших ног, внимательно наблюдая. Минуты тянулись мучительно медленно. Я не сводила глаз с Элиаса, ловя малейший признак возвращения. Его дыхание постепенно становилось ровнее, глубже. Напряжение в плечах чуть ослабло. Пальцы, лежащие на кристалле, перестали сжиматься в судороге и лишь слегка касались поверхности. Туман в глазах начал рассеиваться, уступая место усталому, но уже более осознанному взгляду. Он моргнул, медленно переводя взгляд с кристалла на меня. В зеленых глубинах мелькнуло узнавание: слабое, но настоящее.

— Мар… го? — хрипло выдавил он.

Слезы брызнули у меня из глаз от неожиданного облегчения. Я кивнула, не в силах говорить, лишь накрыла его руку ладонью.

— Я здесь. Я… я дома.

Элиас слабо кивнул, снова закрыв глаза, но теперь это было похоже на концентрацию, а не на бегство. Рука под моей ладонью потеплела. Я почувствовала, как он начал пальцами водить по граням кристалла — почти ласково, как бы ощупывая знакомую мощь. Рога в волосах стали визуально меньше, втягиваясь обратно.

Мы сидели так, может, минут пятнадцать. Тишину архива нарушало только ровное дыхание Элиаса, далекое тиканье часов из библиотеки и ритмичное пульсирование света кристалла. Оно было успокаивающим, как биение огромного сердца. Пока вдруг…

Ровное золотисто-зеленое сияние вдруг вздрогнуло, сменилось на мгновение резким, почти белым всплеском, а затем замерцало тревожными, неровными вспышками. Как предупреждение. Как сигнал тревоги.

Мое сердце упало. Адреналин ударил в виски. Лукас? Джонатан? Хаос прорвался? Интуиция кричала: опасность рядом. Здесь, в библиотеке.

— Сиди тут, — резко прошептала я Элиасу, вскакивая на ноги. — Не выходи. Йорик, стереги!

Я бросилась к арке, ведущей обратно в основное помещение библиотеки. Сердце бешено колотилось. Что там? Кто там?

Я выскочила из-за стеллажа как раз в тот момент, когда тяжелая дверь библиотеки бесшумно приоткрылась, и в проеме возник Джонатан. В руках у него был поднос: две миски с каким-то подобием похлебки, кусок хлеба и миска воды для Йорика.

— Мисс Марго? — Он остановился, увидев мое, наверное, перекошенное тревогой лицо. — Я принес поесть. На кухне почти пусто, но кое-что нашлось. Как… как он? — Джонатан оглядел библиотеку, его взгляд скользнул по стеллажам, письменному столу, часам… и совершенно безучастно прошел мимо той самой арки, за которой скрывался архив и кристалл.

Он смотрел прямо на то место, но, по-моему, видел лишь глухую стену стеллажей с книгами. Как будто арки и не существовало.

Прежде чем я успела что-то сказать или осмыслить это открытие, из-за стеллажа рядом с той самой «невидимой» аркой вышел Элиас. Он держал на руках Йорика. Вид у него был почти нормальный. Лицо бледное, усталое, но глаза — ясные, осознанные. Рога практически исчезли.

Джонатан вздохнул с явным облегчением, его лицо просветлело.

— Слава всем силам! Выглядите вы несравненно лучше. Действительно, воздух здесь особый. — Он снова бросил беглый, ничего не видящий взгляд в сторону архива и перевел внимание на поднос. — Поесть надо. И вам, мисс Марго, и вам, мистер. Силы нужны.

Я перевела дух, стараясь скрыть бурю внутри. Архив скрыт. Джонатан его не видит. Кристалл — только наш секрет. И мой Редис вернулся.

— Да, — мой голос все еще дрожал от адреналина, но я взяла себя в руки, — отличная идея. Спасибо, Джонатан. Пойдем в холл?

Элиас кивнул, с силой сжав мою ладонь, — наверное, чтобы больше никуда не сбежала.

Мы вышли из библиотеки, оставив за спиной пульсирующий в невидимой нише Источник и сотни стражей времени, отсчитывающих минуты до начала мести Лукасу.

Впереди был ужин при тусклом свете керосиновой лампы в холле, под тревожным взглядом теней хаоса. И битва, где знание было нашим единственным мечом, а скрытый кристалл — последней надеждой.

Ужин в холле был хоть и небогатым, но достаточно вкусным. Мы сидели при свете единственной керосиновой лампы, отбрасывающей гигантские, пляшущие тени на стены.

Только сейчас я наконец заметила, что вокруг все снова начало обрастать зловещими пылевыми комками. Хаос, почуяв слабину, возвращался.

Йорик, получивший свою миску с похлебкой, в которую я накрошила хлеба, жадно все вылакал и тут же улегся в ногах, настороженно вглядываясь в сгущающиеся сумерки за окнами.

Элиас сидел, опершись локтями о стол, почти