Лето в стиле ампир - Клио Найтис

По настоянию Фелисии свадьба была очень скромной. Фелисия в серебристо-белом подвенечном платье, которое перешло к ней от матери (это было единственное условие, на котором настаивал отец), счастливо улыбаясь, остановилась на пороге дома под руку с Гербертом. Теперь это будет их дом — Фелисии и ее мужа.

Герберт подхватил жену на руки и перенес через порог. Гости восторженно зааплодировали. Больше всех старалась Нэнси. Именно она ухитрилась поймать роскошный букет невесты, когда Фелисия, размахнувшись, с радостным смехом швырнула его в толпу гостей.

Шафером, как и предполагалось, стал Джордж Блэкли, который время от времени бросал на Нэнси внимательные удивленные взгляды. Казалось, он хотел задать девушке какой-то вопрос, но не решался. Нэнси, заметившая эти робкие знаки внимания, лишь лукаво улыбалась и опускала длинные темные ресницы.

Пока гости, возбужденно переговаривавшиеся между собой, заполняли роскошно убранный зал, Фелисия поднялась на второй этаж в приготовленную для нее комнату. Ей хотелось немного отдохнуть и заодно освежить лицо и поправить прическу. Нэнси увязалась за ней.

— Миленькая комнатка! — воскликнула Нэнси, с любопытством оглядывая небольшую, но очень уютную спальню. — Ты уже перевезла свои вещи?

— Да, я решила, что так будет лучше, — отозвалась Фелисия, поправляя перед зеркалом тончайшую фату. — Хочу, чтобы после свадьбы у меня было как можно меньше хлопот.

Но Нэнси, похоже, ее не слушала. Подругу занимали совсем другие мысли, которыми она не замедлила поделиться с Фелисией.

— Послушай, — начала она заговорщическим полушепотом, — этот шафер, ну Джордж, все время так странно на меня смотрит.

Фелисия удивленно покосилась на подругу.

— Он тебе нравится? — внезапно спросила она.

— Ну, — Нэнси пожала плечами, — в общем-то он ничего. Довольно симпатичный. Думаю, у нас могло бы что-нибудь получиться.

— Тогда у меня для тебя кое-что есть, — заявила Фелисия, подходя к шкафу. — Причем что-то такое, благодаря чему все получится наверняка.

Нэнси недоуменно уставилась на подругу, но та уже извлекла из шкафа серебристо-сиреневый шарф.

— Что это? — удивилась Нэнси. — Очень милый шарфик. Наверное, безумно дорогой. Но чем он может помочь?

— Тсс! — Фелисия приложила палец к губам. — Не мешай, а то все испортишь.

Нэнси послушно замолчала, во все глаза глядя на подругу.

В дверь робко постучали.

— Одну минуту! — отозвалась Фелисия, набрасывая на голову подруги шарф и проворно сооружая нечто вроде головного убора.

— Фелисия, что ты делаешь? — изумленно спросила Нэнси.

— Увидишь! — отозвалась Фелисия и подвела Нэнси к зеркалу. — Ну, что скажешь?

Нэнси повертелась перед зеркалом, оглядывая себя со всех сторон.

— По-моему, мне идет. Ладно, пойдем, нам пора. Слышишь, кто-то стучит?

Действительно, робкий стук вновь повторился. У Фелисии не было никаких сомнений в том, кто окажется за дверью.

— Я хотел сказать, что ваш отец… — Джордж Блэкли изумленно уставился на Нэнси. — Просит вас поскорее вернуться к гостям, — все же сумел он закончить фразу не отводя глаз от Нэнси.

— Спасибо, Джордж, — с улыбкой поблагодарила Фелисия. — Нам действительно лучше поторопиться. Гости ждут.

И она направилась по коридору к лестнице. Джордж и Нэнси двинулись следом.

— Но ведь это были вы! Тогда, на приеме у лорда Роуэлла! — Фелисия услышала голос Джорджа и украдкой улыбнулась. — Я сразу догадался, но теперь у меня не осталось никаких сомнений.

Хитрая Нэнси моментально поняла, о чем речь.

— Возможно, — лукаво отозвалась она. — Но, понимаете, мне бы не хотелось…

— Да-да, я понимаю, — поспешно заверил ее Джордж.

Эти двое отлично друг друга поймут, решила Фелисия, спускаясь по лестнице и бережно поддерживая рукой пышный подол.

Поздравления, торжественные речи, всеобщее восхищение, подарки… Фелисия была счастлива, но все же безумно устала. Она была рада оказаться наконец в их с Гербертом спальне и вытянуться на просторной кровати.

— Все-таки мы с тобой не совсем типичные молодожены, — задумчиво сказала она, обнимая мужа.

— Ну еще бы! — отозвался Герберт. — И историю нашей любви обычной никак не назовешь!

С этим Фелисия не могла не согласиться.