Король Вечности - Л. Дж. Эндрюс

Щепки дерева и черные шипы, окруженные облаками непроглядного дыма и пепла, разлетались над палубой. Члены экипажа карабкались по веревочным лестницам на высокие мачты. Большинство из них, как и Сьюэлл, дико хохотали, перемахивая с канатов через брешь между Вечным кораблем и меньшим судном с единственной мачтой в центре.

Десятки людей трудились над странными железными трубами, установленными через отверстия в корпусе, которые я никогда прежде не замечала. Один человек открывал крышку сверху, а другой наливал в нее янтарную жидкость, затем они вместе закрепляли ствол.

Сердце бешено заколотилось о ребра, когда конец орудия вспыхнул яростным взрывом пламени и дыма, выпустив между кораблями блестящую сферу размером с человеческий череп.

Что это было, черт возьми?

– Какого черта ты здесь забыла? – Бладсингер стоял у руля, крепко вцепившись в рукоятки штурвала. Его шляпа исчезла, на голове остался лишь черный платок. Сквозь тонкую ткань туники его мышцы пульсировали от напряжения, вызванного управлением кораблем.

– Немедленно назад, в камбуз. – Он остервенело уставился на меня, стиснув зубы.

– Сьюэлл ранен. – Я не дала ему и шанса возразить, прежде чем вбежала в его комнату и распахнула шкаф. – Белье. Простыни. Масла. Где все?

Я швырнула одеяла с койки, разбросала сапоги, туники и тонкий зеленый плащ. Видимо, Селин забрала масла и чистое белье, когда заставила меня помыться перед уходом. Я обернулась в сторону раковины, где под столом валялась опрокинутая корзина.

Корабль снова резко накренился, и я больно ударилась о край стола. Потерев ушибленное место и не обращая внимания на залитые горячей кровью пальцы, я схватила льняные тряпки и очищающее мыло.

Несомненно, рану придется зашивать, но если уж Кровавый певец не в состоянии остановить чертов корабль, то Сьюэллу придется обойтись подручными средствами. Забрав все необходимое, я стала продвигаться к выходу, но дверь с грохотом распахнулась. На пороге появилась Селин, чьи зубы превратились в острые клыки, а из глаз сочилась кровь.

Она склонила голову на одну сторону.

– Король приказал спустить твою задницу на нижнюю палубу.

– А с тобой что случилось?

– Ничего. – Селин похлопала себя по щекам и губам, затем криво усмехнулась и подцепила острые зубы, снимая их. Это оказалась вставная челюсть, служащая защитой настоящим зубам. – Устрашает тупых мужчин. А теперь спустись и сиди там.

Она жестом указала на борт корабля. Боги! Глубоко в море образовалась огромная воронка, а в бушующем водовороте метался другой корабль. Он был меньше, но с такой же темной обшивкой и тяжелыми парусами. Между Вечным кораблем и маленьким судном не видно конца пропасти, но команда выстраивалась вдоль борта, хватаясь за толстые канаты.

– Спускаемся. – Голос Ларссона возвышался над водоворотом.

Неужели он говорит серьезно? Я бросила взгляд на штурвал. От неожиданного заявления у Эрика отвисла челюсть. Он стоял, широко расставив ноги, и быстро вращал штурвал, пока тот не затрещал и не повернулся до упора.

Я схватилась за перила лестницы, ведущей на королевскую палубу, и с ужасом наблюдала, как корабль резко отклонился от курса и носом вперед бросился в водоворот. Прежде чем мысль, кричащая рвануть обратно через люк, промелькнула в голове, вода успела обрушиться на голову. Легкие обожгло клокочущее море, а разъяренные потоки водяного вихря затягивали и ударяли по телу, угрожая унести меня в пучину.

Корабль покачнулся, словно спускаясь по скалистому подводному холму. Яростный наклон и раскачивание корпуса взбудоражили мое нутро, а в следующий вдох форштевень снова устремился к поверхности. С неистовым толчком Вечный корабль прорвался сквозь белые волны на противоположную сторону водоворота.

Кровавый певец, контролируя давление на штурвал, напрягал все свое могучее тело. В его голосе чувствовалось волнение и раздражение, когда тот приказал команде готовиться. Знать бы еще, к чему.

– Держись крепче, земная фейри! – раздался высокий голос Селин над возгласами экипажа.

Я не оглядывалась, не задавала вопросов и только крепко сжимала перила. Корабль пронесся по буйным волнам, поворачивая, пока не прорезал море под новым углом. В следующий миг сквозь неистовый шторм раздался оглушительный треск, и грубый корпус Вечного корабля врезался в слабые борта вражеского судна.

Костяные шипы вонзились в деревянные стенки, пронзив второй корабль. Не было никакой паузы, никакого ожидания, перед тем как члены экипажа воспользовались такелажем и перепрыгнули с одной палубы на другую.

Чья-то сильная рука сомкнулась на моем затылке. Эрик с плещущейся яростью в глазах резко приблизил мой лоб к своему.

– Спускайся. Сейчас же.

– Сьюэлл ранен, – огрызнулась я. – Я не позволю ему истечь кровью, ты, подонок.

Эрик впервые обратил внимание на предметы в моих руках. Он бросил на меня пристальный взгляд, а затем обнажил свои клыки.

– Иди и закрой за собой этот чертов люк.

Не говоря больше ни слова, король дважды обмотал веревку вокруг запястья и перемахнул через борт в штормовое море, встречая врага лицом к лицу.

Какая-то щемящая тревога поселилась в животе, как жгучая досада, как кусок непереваренного мяса. Незачем беспокоиться о благополучии Эрика Бладсингера. Было бы лучше, если бы боги забрали его в потусторонний мир.

Я развернулась и, прогоняя тревогу, помчалась вниз по ступенькам под палубу.

Глава 18

Певчая птичка

– Сьюэлл. – Как ни странно, но мне удалось сохранить равновесие в дверном проеме и не пошатнуться. Отец всегда называл подобное умение приобретением морских ног. Даже на наших баркасах, плававших по бушующим волнам, требовалось изрядное мастерство, чтобы не вывалиться за борт.

Я приподняла добытые вещи, словно долгожданный трофей после яростной битвы, и торжествующе ухмыльнулась, обнаружив, что раненый еще дышит.

– Хитрый маленький лисенок, – слабо прокомментировал он мое появление.

Я опустилась рядом с ним на колени, внимательно изучая рану. Неглубокая, как он и предполагал, но, черт возьми, крови вытекло слишком много. Я осторожно положила кисть на рукоять.

– Думаю, мы сможем вытащить нож аккуратно, не дав тебе истечь кровью, но это будет малоприятно.

– Просто вытащи, лисенок. – Он вдруг подмигнул, демонстрируя один из своих приступов ясности.

– Не бойся. – Нервно хихикнув, я накрыла клинок чистыми тряпками, готовыми впитать кровь. Стоило обхватить рукоятку, как на лице появилась усмешка. – Я начинаю склоняться к мысли, что ты точно… – И без предупреждения выдернула клинок. Сьюэлл жалобно взвыл от боли, но испустил тяжелый вздох, когда я закрыла рану. – Осознаешь, что говоришь.

– Думай что хочешь, лисенок, – только и успел произнести он, как дверь с грохотом ударилась о стену.

– Не трогай его! – пронзительно закричала Селин. Кровь запеклась на ее косах и слиплась с