Презент от Железной леди - Анна Шевченко

Сколько времени я провела в этом черном плену — неизвестно. Проснулась я от того, что кто-то нежно, но настойчиво теребил меня за плечо. Голова была довольно ясной, но просыпаться все равно не хотелось. В комнате витал запах кофе. «Во Сашка дает! — удивилась я. — Уже и кофе в постель! И чего после этого ждать? Повторения медового месяца или появления очередной пассии?» Через силу открыв глаза, я увидела Игоря, а рядом — Грету с чашкой кофе на серебристом подносе. Я в одном белье лежала в номере Свенсонов на диване, а на стуле висел мой вычищенный костюм.

— С пробужденьицем вас, мадам Гончарова! — Игорь придал мне сидячее положение и подал кофе. — Пей давай и одевайся.

Тут мне вспомнилось все и захотелось снова забыться сном. Но, судя по тому, что вместо новой таблетки мне дали кофе, от меня ожидали не сна, а действий.

— Ну, как все прошло? — отведя Гошину руку с кофе, спросила я. — Где Татьяна?

— Пей, одевайся, потом пойдем к себе, там и поговорим.

Я торопливо осушила чашку. Напиток был очень крепким, сладким и довольно горячим. Как раз то, что надо для утренней бодрости!

— А здесь нельзя? — спросила я, по-солдатски быстро одевшись и застегивая сапоги.

— Нет, — решительно сказал Гоша и, попрощавшись с Гретой, повлек меня к лифту.

Мы поднялись на шестой этаж, прошли по длинному коридору и наконец попали в мой номер.

— Говори скорее! — потребовала я.

— С тобой вообще не говорить, а выпороть тебя надо. — Игорь скрестил руки на груди.

Я резким движением сняла с брюк ремень и подала его Гоше.

— Бей, только говори скорее!

— Тебя это возбуждает? — Он слегка наклонил голову и пристально посмотрел на меня. — Я учту на будущее.

«Гоша начал язвить. Это хороший знак. А то, что он шутит на постельную тему, хорошо вдвойне, — прикинула я. — Значит, он на меня больше не сердится. И вообще, видимо, все закончилось хорошо!»

— У меня две новости. Плохая и хорошая.

— Начни с плохой.

— Ситнюши пока нигде нет. Милиция прочесала весь парк, а одновременно идут поиски и и «Ривьере», и в «Прогрессе».

Мне стало плохо:

— Они ее убили! Я же говорила, что должна идти сама! А ты — милиция, милиция! Вот и доигрались!

— Успокойся, ты же еще не слышала вторую!

— А мне наплевать. Танюшки-то нет! — Голос у меня сорвался, и тут мой компьютер снова отказал. Началась форменная истерика: — Про-иади они пропадом, все эти бандиты вместе с ментами, которые ничего не могут сделать! Пропади пропадом Светлана Иосифовна вместе с ее фирмой и стоматологией в придачу!

В этот момент я в ярости швырнула в стену предмет своей гордости — один из акклюдаторов. Гипсовая модель разлетелась на мелкие кусочки. Эффект мне понравился, и я швырнула в стену вторую и, уже успокаиваясь, третью модель.

— Ну и темперамент! — восхищенно сказал Игорь. — Этим ты ей не поможешь. Разве что свое напряжение снимешь! Кончай стены портить! Сядь и послушай, что скажу.

— Не хочу ничего слышать! — рыдала я.

— А зря. При входе в парк милиция взяла двух бандитов. Судя по всему, это и есть Мирон с Косым.

— Правда? — не поверила я своим ушам.

— Чистейшая! И один из них, кажется, уже начал раскалываться. Так что есть надежда! — Игорь подошел к холодильнику. — Хочешь, я тебе минералочки налью?

— Налей, — всхлипывая, сказала я.

— Надо выпить весь стакан маленькими глотками. — Совет, данный Игорем, звучал как приказ, не выполнить который было смертельно опасно.

Вода была такой холодной, что начало ломить зубы. Кроме этого, у нее был какой-то странный привкус.

— Что ты налил мне, эскулап несчастный? Опять убойной силы снотворное?

— Что ты, милая, — прозвучало не нежно, а с огромной издевкой. — Это просто травки!

— Наркотики? — икнула я.

— Ага, — засмеялся Игорь, глядя на мою перепуганную физиономию. — Смесь валерьянки, мяты и пустырника. Только доза побольше, чем обычно…

— Ну ладно, — недоверчиво всхлипнула я, опускаясь в стоящее у стены кресло.

Что-то больно кольнуло меня пониже спины. Желая избавиться от неприятного ощущения, я привстала, чтобы вынуть мешающий сидеть кусочек гипса. К моему удивлению, пальцы ощупали какой-то маленький предмет, завернутый в фольгу. Я извлекла причинивший мне ноль комочек и, развернув фольгу, ахнула. У меня на ладони лежала удивительной красоты золотая серьга старинной работы, где посреди золотой вязи сверкал драгоценный камень приличного размера.

— А вот и бриллианты, — радостно сказал Игорь.

— Ничего себе. — Я удивленно вертела в руках сережку.

— Это что, в кресле лежало?

— Нет, я пока звонка от бандитов ждала, в нем всю ночь просидела. Видимо, сережка была и гипсе.

— Может быть, может быть… — Гоша сел на четвереньки и пополз под кресло. — Отойди-ка, ты мне мешаешь!

Некоторое время он внимательнейшим образом разглядывал ковер и вскоре с победным воплем распрямился:

— Нашел!

— Что?

— Да вторую серьгу. — Он с гордостью показал мне украшение. — Скажи мне, откуда у тебя эти челюсти?

— Светлана дала. Просила показать их профессору Сизову. — Не в силах стоять, я села в кресло.

Вертя серьги в руках, я тупо глядела на обломки гипсовых моделей и с каждой минутой соображала все хуже. Зато Гоша был полон энергии. Предположения из него били фонтаном:

— Ну, зачем прятать в гипс такие ценности, понятно. Хотя в банковском сейфе было бы надежнее. Но тебе-то она зачем их отдала? Держала бы при себе — и никаких проблем.

— Наверное, ошиблась и дала мне не ту модель.

— А если не ошиблась? Бриллианты, между прочим, не маленькие. Карата три. Может быть, стало опасно держать их при себе? Бандиты, к примеру, наехали?

Я вдруг представила себе хрупкую Светлану Иосифовну, прикованную к батарее, и у меня сжалось сердце. Меня вдруг посетила леденящая кровь догадка:

— Она не просто погибла в автокатастрофе. Ее убили.