Обольщение миледи - Дениза Хэмптон

– Простите, мастер, – выдавил из себя Джос. Его голос прозвучал спокойно, а извинение – искренне. – От горя я совсем потерял голову. Я не хотел оскорбить ни вас, ни вашу дочь. Может, мне лучше покинуть ваш дом?

Альфред, видимо, расслабился и слегка поклонился, дав понять Джосу, что сочувствует ему.

– В вашем положении, сэр, любой бы человек так себя чувствовал. Оставайтесь, если вам угодно. Айва, ступай к матери, дай джентльменам возможность поговорить, – велел он дочери, намекнув на то, что ей не избежать нравоучений о неподобающем поведении.

Девушка поспешила уйти.

– Позовете ее, когда захотите приступить к завтраку, господа, – промолвил ювелир. Притворив за собой дверь, он спустился в магазин.

К этому моменту все друзья Джоса поднялись из-за стола. Оливковый цвет кожи Хью стал еще бледнее. Саймон и Алан склонили головы, словно в молитве. Стивен перекрестился.

Глаза Рейфа сверкали гневом, когда он произнес:

– Леди Кларис и Аделаида совсем дети! Каким нужно быть подонком, чтобы покуситься на жизнь младенцев? – спросил он, ни к кому конкретно не обращаясь.

– Уму непостижимо, – отозвался Стивен. Его лицо выражало печаль и недоумение. – Мы слышали только то, что рассказал человек, приехавший за тобой в Гливеринг. Что произошла вооруженная стычка и что твой отец погиб.

– Леди Беатрис, должно быть, сама не своя от горя, – мягко предположил Хью. – Она ведь души не чаяла в дочерях.

– Ты и представить себе не можешь, – промолвил Джос со вздохом. – Горе едва не убило ее, а я ничем не мог ей помочь.

– Проходи, присаживайся и поведай нам обо всем по порядку, – попросил Рейф, обняв друга за плечи. – А когда облегчишь душу, скажешь, чем мы можем быть тебе полезны.

Пока Джос и Рейф пересекали комнату, Алан наблюдал за опечаленным другом с другого конца стола.

– Ты говоришь, миледи мачехе совсем худо, а посмотри на себя! Ты в полном изнеможении!

Джос испустил хриплый смешок, окрашенный горечью. Если он и изнемог, то только потому, что провел прошлую ночь с дочерью своего врага, упиваясь страстью.

– С каждым днем мне становится все лучше, потому что каждый рассвет приближает меня к разгадке тайны, окутывающей смерть моих близких, и к осуществлению мести.

– О какой тайне ты толкуешь? – удивился Рейф. – Что тебе известно?

– Что ж, слушайте, я напомню вам, как это графство много лет подряд подвергалось разбойным нападениям, – начал Джос, сев на край скамьи, где раньше сидел Алан, и окинув взглядом приятелей.

Алан устроился рядом, в то время как Рейф остался стоять. Остальные трое тоже стояли, только подвинулись ближе к Джосу.

– Когда мой отец и сестры ехали по своим делам, то стали невольными свидетелями нападения банды грабителей на торговца пряностями. Эти разбойники не только превосходили численностью объединенные силы охраны моего отца и коммерсанта, но и, оказалось, столь искусно владели мечами, что одолели искушенного в боях рыцаря и его воинов. Покончив с отцом, подонки расправились и с моими сестрами. Дочь ювелира уже описала вам жуткие подробности.

Послышались гневные восклицания, только Алан тихо покачал головой:

– Чтобы обычные грабители были столь искусными в ведении боя? Отлично подготовленные воины не стали бы промышлять разбоем, во всяком случае сейчас, когда север Англии вооружается, чтобы поднять восстание. – Вечно непокорные вельможи, владевшие северными землями, только и говорили о смещении Джона, собиравшегося ужесточить свою власть и, что более важно, собирать значительную мзду с удаленных графств.

Джос бросил на своего соседа косой взгляд.

– Все это покажется еще более странным, Святоша, когда я сообщу тебе, что отцовское оружие и доспехи остались нетронутыми. Даже печатку с его пальца не сняли. – Джос сжал левый кулак, пока не почувствовал металл отцовского кольца. – То же касается его кошелька и набитых до отказа кошельков его солдат.

Изумленный Хью опустился на скамью, недоуменно хмуря брови.

– Концы с концами явно не сходятся. Выходит, злодеи совершили свое черное дело не ради грабежа?

– А что, если это были сбившиеся с пути истинного рыцари, до конца не утратившие честь? – предположил Саймон. – Они не собирались убивать твоего отца, но он вынудил их, придя на помощь купцу, на которого они напали.

Джос кивнул.

– Я тоже так думаю. Однако если эти ваши сбившиеся с пути истинного рыцари сохранили хоть каплю чести, то скорее всего состоят на службе при каком-то большом доме, как говорит Святоша. Да и где они могут скрываться? В этом графстве нет отсутствующих на карте лесов с укромными чащами, где можно было бы спрятаться. У рыцарей есть лошади, которых надо кормить, и оружие, за которым нужно ухаживать. Однако за семь лет, в течение которых Рейнер дю Омэ занимается розыском этих людей, ему так и не удалось прижать их к ногтю.

Стивен подался вперед, упершись кулаками в стол.

– Вот тебе и ответ. Вся страна знает, что дю Омэ не в состоянии отыскать в чулане собственную задницу. Одного не пойму. Почему его величество до сих пор держит этого бездельника на шерифской должности.

– Какое дело королю до личных качеств дю Омэ? – усмехнулся Алан. – Когда все, что интересует нашего владыку, заключается в поборах, взимаемых с графства, да в своевременном погашении шерифом своих долгов. И уж поверьте мне, что с этим дю Омэ справляется превосходно.

Не ожидая услышать от друга о долгах шерифа, Джос повернулся к Алану.

– А что тебе известно, Святоша, о финансовом состоянии дел дю Омэ или о его доходах, получаемых с графства? – поинтересовался он.

– Мне? – Алан покачал головой. – Ничего, кроме того, что мой кузен и его коллеги-клерки каждый год затевают спор, как долго будет дю Омэ стонать и жаловаться, прежде чем осуществить очередной платеж. – Родственник Алана служил в королевском казначействе. – В любом случае это не больше, чем спектакль, – добавил он, пожимая плечами. – А тебе что за дело?

– Меня волнуют его долги. – Джос нахмурился. Ему не давала покоя мысль, что в действительности шериф был не так уж беден, как прикидывался. Решив высказать вслух все, что думает, Джос втайне надеялся, что ему волшебным образом откроется истина. – Для своего высокого положения он кажется неправдоподобно нищим. Если покупка места шерифа была ему не по средствам, тогда не понятно, зачем он вообще на него потратился? Что могло повергнуть его в такую бедность? Кто станет сохранять за собой должность, если расходы на нее превышают прибыль?

Ответа не последовало. Джос вздохнул. Ему ничего другого не оставалось, как поделиться с друзьями своим предположением.

– В связи с этим у меня возникает вопрос: как далеко способен зайти человек, чтобы освободиться от подобного бремени? – Кинув пробный камень, Джос приготовился сообщить друзьям о подозрении, что отец Элиан вовсе не занимался поиском грабителей, а скорее прикрывал их бесчинства за определенную мзду.