Дело вкуса - Колетт Кэддл

– Нет, я могла бы сделать больше.

– Ты сделала все возможное. Рут совершила ошибку. Теперь ты в таком же положении. Не ошибись, не скрывай все от Шона! Даже если ты намерена избавиться от ребенка, Шон должен знать.

Стеф печально кивнула:

– Я скажу, но на этом наши отношения закончатся. Шон и так страдает из-за того, что не видится с Билли. Он никогда меня не простит. – Глаза Стеф наполнились слезами, печаль захлестывала ее с головой. Что с ней такое? Почему она стремится к саморазрушению? Стеф вытерла слезы и похлопала Энни по руке: – Спасибо. Что бы я без тебя делала? Теперь мне пора возвращаться. Закончу сегодня пораньше и поговорю с Шоном. Ни к чему откладывать.

– Ты уже… договорилась? – Энни передернуло от собственных слов.

– Да. В следующую среду в лондонской клинике. Прилечу в четверг вечером.

– Так скоро… – погрустнела Энни. – Хочешь, я поеду с тобой? Уверена, Джо бы захотел.

– Нет, не стоит. И прошу тебя: не говори Джо! – Она замолкла, увидев, что Энни отвела глаза. – Уже слишком поздно, да? О боже! Он никогда меня не поймет. Попробуй все ему объяснить, хорошо, Энни? Мне не пережить, если и он от меня отвернется. И мама с папой никогда не должны узнать.

– Я поговорю с Джо, – заверила ее Энни. – И твои родители ничего не узнают. Даю слово.

Стефани крепко обняла ее и ушла.

Шон удивился, увидев машину Стеф на подъездной дорожке. Сегодня она должна была задержаться на работе. Только бы опять не заболела. В последнее время Стефани очень уставала и замкнулась в себе. Шон начал за нее беспокоиться. Подумывал, не убедить ли ее сделать перерыв. Скоро ему предстояла новая поездка в Штаты.

Было бы здорово, согласись Стеф поехать с ним. Он сегодня же ее об этом попросит.

– Милая, я до-о-ма! – пропел он, входя. Бросил портфель в прихожей и повесил куртку на перила.

Стеф не удержалась от улыбки. Ну почему она не может подбежать к нему и сообщить хорошие новости? Почему не может порадоваться, что внутри нее растет новая жизнь? Объедаться мороженым, читать книги про новорожденных и позволить Шону баловать себя… Хватит, Стеф! Возьми себя в руки. Не время предаваться жалости.

– Привет, любимая! Ты рано вернулась. Все в порядке? – Шон поцеловал ее в лоб и сел рядом. Она переоделась в тренировочный костюм, смыла с лица всю косметику и выглядела очень юной и уязвимой.

– Нам надо поговорить, – тихо сказала она.

– Хорошо. Почему бы не поужинать в каком-нибудь тихом ресторанчике?

– Не хочу. Потом закажем еду на дом.

– Только не китайскую, – пошутил он.

– Нет, не китайскую, – согласилась она с вялой улыбкой.

– Может, открыть бутылку вина? – Не успела Стеф ответить, как он вышел из комнаты. Ей предстояла нелегкая задача.

– У меня был паршивый день, – произнес он, вернувшись с бутылкой и двумя стаканами. – Ты не поверишь, какой идиот…

– Шон, мне нужно тебе кое-что сказать.

Он налил вино и протянул ей стакан.

– Я весь в твоем распоряжении, – беззаботно произнес он, усевшись рядом с ней.

– Мне нелегко об этом говорить. Не буду ходить вокруг да около. Я беременна.

Шон ошарашенно уставился на нее.

– Шон, ты меня слышал? Я сказала, что беременна. – Стеф взглянула на него, ожидая хоть какой-то реакции.

– Ты беременна?! – воскликнул он, заключив ее в объятия. – Стеф, это невероятно! Господи, когда? Как? – Он засмеялся. – Конечно, я знаю как… Как ты себя чувствуешь? Ты в порядке?

Стефани увидела тревогу в его глазах, и ее затрясло.

– В порядке. Но я… я…

– В чем дело, милая? Ты нервничаешь? Поверь мне, это естественно. Ты привыкнешь. Из тебя выйдет потрясающая мамочка, очень сексуальная. – Он осыпал ее лицо и шею поцелуями.

Стеф резко отпрянула:

– Нет! Ты не понимаешь, Шон. Я не могу на это пойти.

Он понимающе улыбнулся:

– Конечно сможешь, Стеф. Все будет хорошо. Я о тебе позабочусь.

– Нет, Шон, ты меня не слушаешь! Этому не бывать. Я не хочу ребенка. На следующей неделе я лечу в Лондон прервать беременность.

– Нет, черт возьми! – вскричал он. – Что ты несешь?!

Стеф вздрогнула, разглядев ледяную ярость в его глазах.

– Мне жаль, но я все решила.

Шон сжал кулаки и сделал глубокий вдох:

– Послушай, милая. Я понимаю, ты в шоке, но пройдет какое-то время, и ты привыкнешь.

Поверь, никто, кроме ребенка, не сделает тебя такой счастливой. Ты не понимаешь, от чего отказываешься. Пожалуйста, подумай об этом!

Стеф оттолкнула его и отвернулась. Ей было невыносимо видеть его таким. Лучше бы он злился.

– Не о чем думать. Я все решила.

– А как же я? У меня что, нет права голоса? Я же отец ребенка. Или нет?

Стеф злобно сверкнула глазами:

– Как ты смеешь? Ты знаешь, что у меня никого больше нет. Господи, вот, значит, какого ты мнения обо мне?

– Я уже не знаю, что думать, черт возьми! – Шон провел рукой по волосам. – Не понимаю, как тебе такое вообще пришло в голову.

– Извини, но прервать беременность – единственный выход.

– Прервать беременность? Прервать? – заорал он. – Называй вещи своими именами, ради бога! Аборт. Убийство. Это не просто безобидная маленькая операция. Ты решила не прервать беременность. Ты решила убить нашего ребенка!

– Не говори так! – закричала Стеф и побежала наверх. Свернувшись калачиком на кровати, она заплакала в подушку. Стеф все ждала, что с минуты на минуту Шон поднимется и успокоит ее, скажет, что все в порядке. Она напрягала слух, пытаясь уловить звук его шагов на лестнице, но их все не было. Хлопнула входная дверь, донесся скрип колес по гравию.

– Боже, помоги мне! – прошептала она и разрыдалась. Всхлипывала, пока не погрузилась в беспокойный сон.

Когда Стефани проснулась, в доме было темно и тихо. Она скинула одежду и, поколебавшись минуту, отперла дверь. Забралась в постель, твердо решив дождаться Шона, но в конце концов провалилась в тяжелый сон, полный кошмаров.

Открыв глаза на следующее утро, Стеф поняла, что по-прежнему одна. Нахлынули воспоминания о вчерашнем жутком скандале, и она простонала. Вылезла из кровати, побрела искать Шона. Все спальни были пусты. Может, он ночевал на диване? Но внизу было так же пусто и тихо, как в других комнатах. Она поплелась в кухню. Поежилась, ощутив под ногами ледяные плитки из терракоты. Она заварит чай и позвонит ему на мобильный. А что скажет? Ведь она не передумала, а это единственное, что он хочет услышать. Стефани не винила Шона за то, что тот накричал на нее. Она понимала его ужас, но чувствовала, что не в силах ничего изменить. Распахнув дверь патио, она выглянула в заросший сад. Уже несколько недель она умоляла Шона привести сад в порядок. Тот лишь смеялся и советовал позвонить отцу. Приготовив чашку чая, Стеф подошла к столу и лишь тогда заметила записку, прикрепленную к сахарнице. Взяла и прочитала: «Я поехал к родителям. В ближайшее время улетаю в Штаты на две недели. Надеюсь, ты съедешь до моего возвращения». Коротко и ясно.