Контора - Нил Роуз

Элли ткнула меня в спину палочкой для китайской еды.

– Ну что же ты! Ты же собирался мне рассказать, кто это был.

Я улыбнулся про себя.

– Тебе это не понравится.

Вид у нее был крайне самодовольный.

– Думаю, я это переживу. В конце концов, это было пятнадцать лет тому назад.

Я повернулся к ней лицом, чтобы в полной мере насладиться произведенным впечатлением.

– Дана Дэвис.

Элли поднесла руку ко рту и ткнула палочкой себе в глаз. Она выругалась от боли, потом произнесла с потрясенным видом:

– Нет!

– О да! Она была твоей лучшей подругой в школе. – Я с удовольствием сыпал соль на раны Элли. Сколько же лет я ждал этой минуты! – Значит, она не все тебе рассказывала.

– Не все.

– Удивительно, не правда ли? – ухмыльнулся я.

– Но она же тебя ненавидела!

– Я знаю. Но мы же с ней всего-навсего занимались сексом, а это такой пустяк.

– Я просто не могу поверить. – Я никогда не видел Элли такой огорошенной – просто приятно было на нее посмотреть.

– Но, как сказал один великий человек, это самый потрясающий из всех пустяков.

Элли никак не могла переварить услышанное.

– Но она же оказалась лесбиянкой.

Я непринужденно откинулся на подушки.

– Да, когда я узнал, то размышлял над этим. Само собой, я предположил, что после меня для нее умерли все другие мужчины. А поскольку ей не попался никто лучше меня, то она перешла на женщин.

– Есть вещи, в которые я отказываюсь верить, – в полном смятении заявила Элли.

– Как ни печально, но ты права, – сказал я. – Я столкнулся с ней лет пять тому назад в баре. Выяснилось, что вообще-то ей нравилась ты, но поскольку она знала, что подобное не для тебя, так сказать…

– Чарли! – прорычала она.

Я продолжал улыбаться, очень довольный собой, и это явно раздражало Элли.

– Я тут ни при чем – просто повторяю слова Даны. Так как ей не светило заполучить тебя, за неимением лучшего она занялась мной – ведь мы с тобой были так близки. – Элли не переставая мотала головой, отрицая все. – В самом деле, какая ирония: ведь мальчишки называли тебя Элли Розовая – и все оттого, что ты воротила нос от парней.

Новости слишком быстро сыпались на голову Элли.

– Как они меня называли?

– Да ладно! Теперь это вряд ли имеет значение, – повторил я ее слова. – Ведь это было пятнадцать лет тому назад.

По-видимому, Элли действительно оскорбилась.

– Я… просто… не могу… я не верю этому, – проговорила она и, швырнув тарелку на постель, прошествовала в туалет.

– Если хочешь, я им позвоню и подтвержу, что ты не розовая, – крикнул я ей вслед.

– Ты… ты… да заткнись ты! – вот все, что пришло ей в голову. Я был не самым популярным мальчишкой в школе, но таким покладистым, что мне так и не дали никакого прозвища.

Через несколько минут Элли с горестным видом вернулась в комнату.

– Ты прав, это глупо. Ведь это было пятнадцать лет тому назад. – Она заколебалась. – Но… э-э… еще одна вещь.

– Сколько угодно, – великодушно разрешил я.

– Сколько лет тебе было, когда… ну, ты понимаешь – с Даной…

– Шестнадцать. Это произошло у тебя на дне рождения, как это ни смешно. Тебе тогда исполнилось шестнадцать.

Элли прикрыла руками уши.

– Все, я больше не хочу ничего слышать. Исповедь окончена.

Я попытался поведать, как мы с Даной ускользнули в сарай отца Элли, но она начала громко жужжать, расхаживая по комнате. Я затих, и она осторожно приоткрыла уши. Я собрался было заговорить, но Элли снова закрыла уши и зажужжала.

Когда она снова смогла меня слышать, я поспешно произнес:

– Я только хочу сказать еще одну вещь.

Элли взглянула на меня с подозрением, явно опасаясь новых живописных деталей.

– Я сделал это только за неимением лучшего: тебя-то я не мог заполучить.

Элли невольно улыбнулась. Она заговорила, и в голосе ее снова зазвучала нежность:

– И ради секса, надо полагать.

– Да, конечно, ради секса тоже. Но даю тебе слово, что я представлял себе именно тебя, когда…

Тут Элли снова заткнула уши и принялась очень громко петь.