Нас повенчали снежинки - Алиса Лунина

Во дворе раздался звук открывающихся ворот. Марианна мгновенно переменилась в лице и обеспокоенно спросила:

– Кто это?

Данила пожал плечами:

– Мне-то откуда знать!

Марианна метнулась к окну, выглянула во двор и, оценив ситуацию, произнесла непечатную фразу. Данила поежился – происходящее нравилось ему все меньше.

– Что же делать? – закричала Марианна. – Мой муж вернулся! Он должен был приехать только завтра, а приехал сегодня-я-я!

– Давайте я пойду, а вы с ним сами разберетесь! – поспешно предложил Данила.

– Уже поздно! – сказала Марианна с трагическим выражением лица. – Он все равно убьет нас обоих!

После этого заверения Данила попятился, надеясь на лучшее, но готовясь к худшему.

Через минуту в гостиную с криком: «А чья это там машина стоит у наших ворот?!» влетел мужчина лет сорока.

– Ой, мусик, ты приехал?! – застенчиво сказала Марианна. – А почему так рано? Ты ведь собирался завтра…

Договорить она не успела – ее муж издал яростный вопль. Новоприбывший «мусик» был маленького роста, но большого масштаба личности – судя по его напору и ярости, он готов был разнести дом.

– Ты кто такой? – он схватил Данилу за грудки.

– Случайный прохожий! – хмыкнул Данила, пытаясь отцепить цепкие руки разгневанного хозяина дома.

Но тот не оценил его юмора и хватку не ослабил.

– Да подождите вы! – крикнул Данила. – Давайте разберемся, это недоразумение чистой воды!

Мужчина повернулся к Марианне:

– Кто он такой?

Марианна закатила свои огромные прекрасные глаза:

– Я его вообще вижу в первый раз!

– Типа, он случайно зашел? – усмехнулся разгневанный мужчина.

– Я пришел сюда не случайно, – подал голос Данила, – не буду скрывать!

– Ну, это уже ближе к делу! – кивнул ревнивец.

– Понимаете, три месяца назад, под Новый год, я ехал в поезде Москва – Петербург, – начал Данила, но не смог перейти к сути истории, потому что муж Марианны вдруг изменился в лице и закричал:

– А! Так ты поэтому поехала в Питер без охраны?! Чтобы тебя не вывели на чистую воду?! А говорила, что хочешь мамашу проведать?

– Так я и была у мамаши! – взвизгнула Марианна. – И вообще я летала в Питер самолетом!

Данила с тоской поглядел на дверь – а хорошо бы сейчас взять и исчезнуть…

– Говорю же тебе – этого парня я вижу в первый раз! – Марианна в отчаянии заломила руки. – Он сюда сам пришел. Я его не приглашала!

Данила мысленно поблагодарил дуреху с пышными формами и нежной душой за честность.

– А зачем ты пришел? – нехорошо улыбаясь, спросил «мусик».

– Затем, что я ищу девушку, – вздохнул Данила, – только другую. Чтобы спасти честь Марианны, он рассказал о своем обращении на телевидение, где ему «и дали этот адрес».

Марианна оказалась смышленой – быстро уловив ход мыслей Данилы, она тут же принялась убеждать мужа, что тут, видимо, произошла какая-то ошибка.

– Ошибка, – подтвердил Данила, – возможно, мне дали не тот адрес, возможно, я не так его записал.

На физиономии «мусика» отражался сложный ход мыслительных процессов, происходивших в его голове, – глаза бегали, желваки ходили.

– Передача? Какая еще передача?!

И только после того, как Марианна нашла в интернете выпуск программы и показала ему ролик с участием Данилы, он успокоился.

– А… Ну, ты даешь, братан! Значит, ошибочка вышла… Да куда ты торопишься? Может, чаю? – Он указал на бутылку с коньяком.

Но Данила поспешил покинуть этот гостеприимный дом. Прощаясь с пышногрудой блондинкой и ее ревнивым мужем, Данила подумал, что вряд ли в ближайшее время Марианне захочется какой бы то ни было романтики.

Кроме этой нелепой трагикомической истории, его обращение в телепрограмму не дало результатов – никаких откликов от людей, кто мог бы знать Алису, ни малейшей информации о ней.

И вот, казалось бы, девушка – не иголка в стогу сена, но найти ее Данила не мог.

Пална с детства внушала Алисе, что если берешься за какое-то дело – нужно делать его максимально хорошо (в идеале – лучше всех!), а иначе и браться не стоит – только людей насмешишь! Поняв, что великой актрисой ей не стать, Алиса задумалась: а ее ли призвание – актерство?

Будучи уверенной в том, что ее жизнь должна быть связана с театром (в ее случае подобная фатальная одержимость театром объяснялась в том числе наследственностью: бабушка – народная артистка, дед Алисы по материнской линии был театральным режиссером, ее мать – известным театроведом, чьими блестящими статьями об истории русской сцены зачитывались многие, Алиса пока не знала, в какой профессии она могла бы состояться.

Но если с театром все было сложно и непонятно, то с корпоративным правом – очень даже понятно, тут уж ни любви, ни призвания, ни элементарного желания работать в этой области, а посему Алиса решила бросить университет. Однако перед этим она хотела посоветоваться с отцом.

Она долго настраивалась на разговор, догадываясь, что суровый авторитарный батюшка вряд ли похвалит ее за подобные мысли (у них в последнее время и так были натянутые отношения – отец не одобрил ее разрыва с Алексом).

… – Ты с ума сошла? – ледяным тоном спросил Сергей Петрович, когда Алиса осторожно заикнулась о том, что корпоративное право отнюдь не то, чем она хотела бы заниматься. – И вообще, это неверная постановка вопроса. Мало ли чего я хочу! Я, знаешь ли, в детстве хотел стать продавцом мороженого!

– Так может, зря не стал? – улыбнулась Алиса.

Но отец не поддержал ее шутку, а сухо спросил, с чего вдруг у нее возникли такие мысли: «Не иначе твоя народная артистка что-то мутит?!»

Алиса вздохнула:

– Па, ну бабушка-то тут при чем?!

– Короче, я не хочу слышать подобный вздор! – отрезал Сергей Петрович. – Тем более тебе осталось доучиться всего ничего. Получишь диплом юриста, тогда и поговорим. Все, я сказал.

В трубке раздались короткие гудки. Вот и поговорили.

…Это был сложный период. Алису переполняли разнообразные (порой взаимоисключающие) мысли, эмоции, чувства; иногда эта бурлящая внутри ее энергия проявлялась довольно странно – к примеру, стоило ей зажечь свет, лампочка ни с того ни с сего тут же взрывалась. «Ну, ты даешь, Элис! – удивлялась ее соседка, с которой они на пару снимали квартиру. – Это уже третья лампочка за последнюю неделю!». Ее планшет ломался по непонятной причине, а после того, как ей в руки упала ручка от входной двери, Алиса всерьез забеспокоилась: «Интересные дела! А что дальше? Начну магнетизировать взглядом предметы, двигать столы, останавливать планеты?! Что со мной происходит?!» Поразмыслив, она пришла к выводу, что эти странные вещи – есть выражение тех сложных внутренних процессов, которые протекают у нее внутри, проще говоря – любви, тоски, печали.