Встреча с судьбой - Кресли Коул

Чем дальше они углублялись в джунгли, тем больше казалось, что попали в какие-то доисторические времена.

Какая-то поросль на стволах, делавшая деревья пушистыми, придавала им в тумане жутковатый вид. Белки, которых она видела, были не серыми, а рыжими, а листья на кустах имели какие-то невероятно большие размеры.

Корни высоких тонких деревьев, выступающие над поверхностью земли, напоминали вены, которыми, в сущности, и являлись. У огромных деревьев сейбы корни, начинавшиеся выше ее роста, были толще ее стола в Андуане.

Вдруг в куще над ними раздались голоса обезьян-ревунов и испугали Мари.

– Пригнись.

Макрив перерубил нависающую сверху ветку. Он энергичнее других работал мачете, расчищая для нее в два раза больше пространства, чем требовалось.

– Неужели у меня такие широкие бедра?

– Не хочу, чтобы рядом с тобой оказалась какая-нибудь ужасная тварь. Здесь множество всяких опасностей. А что касается твоих бедер, то они безупречны.

Его комплемент слегка порадовал ее и вызвал желание повилять перед ним «хвостом». Но Мари быстро переборола искушение и сосредоточилась на дороге. Ручьи размывали почву, деревья падали, и в результате по берегу хаотично громоздились стволы. Между ними пробивался подлесок, бурно разрастаясь в своем стремлении отвоевать место под солнцем.

Постепенно Мари и Макрив отстали от остальных. Ридстром бодро продирался сквозь чащу, сразу за ним следовала Тера. Кейд шагал далеко впереди, проводя разведку. Тирни то и дело исчезал и нырял в гущу в поисках еды. Это Макрива вполне устраивало. Он пользовался любой возможностью прикоснуться к Мари: то смахнет каплю пота со щеки, то листок с волос.

Когда дорогу перегородил очередной лесоповал, Макрив просто подхватил Мари на руки и понес. Потом сделал то же самое, чтобы перенести через речушку. Это повторялось каждый раз, когда на пути возникала какая-либо преграда, требовавшая особых усилий для ее преодоления.

Над, под или через… В какой-то момент он посадил ее на высокий ствол, чтобы ее лицо оказалось на уровне его головы.

– Есть ли у меня шанс украсть у тебя поцелуй?

Его белая рубашка была наполовину расстегнута, и мускулистая грудь поблескивала от пота. После первой ночи Мари знала, какое у него потрясающее в своей привлекательности тело, каждый его дюйм.

И все же ответила:

– Ноль целых ноль десятых. Я не желаю, чтобы ты меня целовал.

– А мне кажется, хочешь. Чуть-чуть.

Откинув с ее лба влажный локон, он тут же убрал руку, пока она не успела ее оттолкнуть.

– Я хочу одного – как можно быстрее попасть домой, вернуться к прежней жизни, где нет оборотней. А теперь опусти меня на землю.

– Не спущу. Без поцелуя.

Он медленно приближался к ней, как к настороженному зверьку, которого не хотел спугнуть. И хотя Мари боялась потерять свой эфемерный контроль над сверхстимуляцией, все же испытала искушение закрыть глаза и позволить ему прикоснуться губами к ее губам.

– Вот так, девочка, – проворковал он, нежно обнимая своей большой ладонью ее затылок.

В последний момент Мари выхватила из рюкзака яблоко и сунула между ними.

Его глаза сначала расширились, потом он прищурился.

– Не смей, – сказал он.

Но она, естественно, не послушалась. Когда ее зубы вгрызлись в яблоко, он с трудом пересилил дрожь отвращения…