Иван-Царевич для Снегурочки - Юлия Набокова

В фойе с большой елкой, незатейливо украшенной кинохлопушками, Арина то и дело крутила головой, выискивая знаменитостей, и восторженным шепотом объявляла Ивану их имена. Иван пару раз переспросил – имена ему ни о чем не говорили, но понял, что только расстраивает Арину своим невежеством. Сама она превосходно разбиралась в современном кино, знала всех известных артистов в лицо и явно мечтала попасть в их круг.

– Хочешь стать звездой? – Он притянул Арину к себе, чтобы завладеть ее вниманием.

– Конечно!

Ого, а его любимая амбициозна. И похоже, всерьез мечтает блистать на экранах. В голову Ивана закралась мысль, что наряжалась девушка сегодня не для него одного, а для богемной публики – режиссеров, продюсеров, актеров, которые могли стать ее пропуском в мир кино. Иван представил, как приходит с Ариной в кинотеатр, ее лицо показывают на экране, после сеанса зрители берут у нее автографы, а сам он стоит в стороне и терпеливо ждет свою звезду, чтобы отвезти домой… Не такой он представляет их будущую семейную жизнь!

Они прошли в зал. Потушили свет, Арина положила голову ему на плечо, и в голове у Ивана закрутилось совсем другое кино – их первый Новый год, романтическое путешествие в Париж, свадьба, рождение детей… Арина неотрывно смотрела на экран, ахала и хохотала. А Ивану куда интереснее оказалось наблюдать за ней, ловить жестковатый от лака кудрявый локон и наматывать на палец, целовать в лебединую шею и в теплые губы…

И вот уже в зале включили свет, раздались аплодисменты. Иван неохотно выпустил Арину из своих рук. Показалось, прошло пять минут – на самом деле полтора часа.

– Классный фильм! – с восторгом отозвалась Арина. – Тебе понравился? Гремиславский – гений!

Иван считал гением Эльдара Рязанова, снявшего «Иронию судьбы» и «Служебный роман», но спорить не стал. Не признаваться же, что он совершенно ничего не запомнил из нового фильма! Раз Арина говорит, что фильм классный, он ее вкусу доверяет.

– Смотри, это он! – Арина восторженно подпрыгнула в кресле.

На сцену поднялся долговязый, небрежно одетый парень в смокинге на голое тело, за ним – артисты. Режиссер самодовольно раскланялся под восторженный рев публики, поблагодарил за теплый прием. Красуясь, рассказал пару баек о съемках фильма, актеры тоже высказались о том, как им приятно было работать над фильмом. Иван заскучал и обрадовался, когда киногруппа поздравила зал с наступающим Новым годом и наконец покинула сцену. А вот Арина с явным сожалением проводила выступающих и не спешила уходить из фойе – среди знаменитостей она чувствовала себя как рыба в воде.

– Ты хотела бы сниматься у Гремиславского? – спросил Иван, когда Арина задержалась у картонного плаката с рекламой фильма.

– Шутишь? Это моя самая большая мечта! – Арина сунула ему свой смартфон. – Сфотографируешь меня?

И, заслонив собой главную героиню, она встала рядом с главным героем и лучезарно улыбнулась – как кинозвезда на красной ковровой дорожке.

– Ты ослепительна, – залюбовался ею Иван.

– Правда я лучше этой актрисы? – Арина тряхнула волной черных кудрей.

– Ты самая лучшая!

Арина шагнула к нему, и тут между ними пронеслась толпа телекорреспондентов. Они спешили взять интервью у исполнительницы главной роли, вышедшей в холл. Последний из журналистов толкнул Арину, и она полетела спиной прямо на картонный постер с фильмом. Постер рухнул, Арина упала на него. Иван ринулся на выручку. Позади раздались смешки.

– Как ты? – Он помог Арине подняться.

– Кошмар! – скривилась Арина.

– Где-нибудь болит? – встревожился Иван. – Руки-ноги целы?

– Лучше бы я сломала руку, чем так опозориться на глазах у Гремиславского, – чуть не плача, прошептала Арина.

Иван обернулся – режиссер стоял позади, но даже не смотрел в их сторону, он был увлечен беседой с каким-то солидным бородатым мужчиной.

– Уведи меня отсюда! – Арина вцепилась ему в руку, и Иван с удовольствием исполнил ее просьбу.

Казимировна вот уже час ходила по двору. Благо на улице была оттепель. И это в конце декабря, вы только подумайте! Устав, она присела на скамейку, взглянула на часы. Вчера ухажер привез Арину в девять вечера. Сейчас половина десятого, и Казимировна надеялась, что ей не придется караулить сладкую парочку до глубокой ночи.

Она обернулась на шум мотора. Наконец-то нагулялись голубки! Машина остановилась у подъезда. Мужчина вышел, открыл перед Ариной дверь.

Казимировна встала со скамейки, готовясь выступить. Она весь день повторяла свою речь, чтобы не ошибиться.

– Аринушка, здравствуй! – завопила она.

Мужчина вздрогнул и на всякий случай заслонил собой Арину.

– А я тебя жду, – заторопилась Казимировна, – хотела сказать спасибо за скат!

– За скайп, – с улыбкой пояснила Арина своему ухажеру. – Не за что, пользуйтесь!

– Хорошая ты, Ариша! Я ведь думала, ты лимита бесстыжая, понаехала в столицу, как саранча, музыкой гремишь, старость не уважаешь… Мимо проскочишь – и не поздороваешься. Хорошо, если с ног не собьешь! Все кастинги у тебя какие-то, прости господи. А то я не знаю, как артистки в кино попадают! Знай себе верти задницей, да и…

– Любовь Казимировна, – пролепетала Арина, нервно взглянув на своего кавалера.

– Ой, да какая я тебе Казимировна! Зови меня просто – баба Люба! Уж прости, что я в тебе ошибалась, детка. Золотое у тебя сердце, добрая ты, Ариша. Повезет твоему мужу! – Казимировна многозначительно взглянула на ухажера соседки и еще громче гаркнула: – Ох, повезет!

– Спасибо, баба Люба! – Арина смутилась, точь-в-точь как Настенька в фильме «Морозко».

– У вас, кстати, молодой человек, какие намерения насчет Арины? – Казимировна сурово сдвинула брови. – Серьезные али так? Если так, то не морочьте девочке голову!

– Самые серьезные. – Ухажер тепло взглянул на Арину.

– Вы, наверное, целоваться будете? Не стесняйтесь, я мешать не буду! – И Казимировна с чувством выполненного долга заковыляла к подъезду.