Невеста для капитана - Элис Шарп

Как он мог оставить ее на судне одну? Ведь береговая охрана еще вчера предупреждала об угрозе наводнения! А он забыл обо всем на свете! Если с Меган что-нибудь случится…

— Вижу, прямо по курсу, примерно в трех милях от нас! — завопил Йейтс.

Джон кивнул. Первые проблески зари освещали пейзаж, похожий на дурной сон. Река поднялась очень высоко, и очертания берегов сильно изменились. Сейчас катер Йейтса зашел гораздо дальше тех мест, куда Джон обычно водил «Пурпурную розу». Кое-где дома фермеров смыло водой, испуганный скот сгрудился на сухих островках, люди суетились, спасая пожитки. Завтра в новостях будут говорить об убытках, нанесенных наводнением, о них уже сейчас страшно подумать. Как там Меган Морисон? Господи, пусть с ней все будет в порядке!

И тут Джон увидел ее, «Пурпурную розу»! Старый, обвешанный лампочками пароход смотрелся нелепо посреди разбушевавшейся стихии. Джон не сразу понял, движется он или стоит на месте, и вздохнул с облегчением, когда заметил, что пароход стоит. Значит, Меган жива! Джон побежал к Йейтсу.

Тот молча протянул ему бинокль.

Глядя в него, Джон произнес:

— Кажется, она бросила якорь.

— Тебе повезло, что на борту хоть кто-то есть.

Капитан Вермонт не мог ответить, потому что к горлу подступил комок. С пароходом все было в порядке, но Джон не увидел Меган…

— Думаешь, якорь выдержит?

Джон нервно сглотнул.

— Должен выдержать.

— Тогда мы сможем вернуться и взять катер помощнее, — сказал Йейтс, когда они подошли к «Пурпурной розе» совсем близко, — и я отбуксирую вас к моей пристани.

Джон покачал головой.

— Можешь подойти еще ближе?

— Да. А что?

— Хочу подняться на борт. Ты и так уже мне достаточно помог. А сегодня у тебя забот хватит. Я останусь здесь, проверю, как там… мой менеджер, и заведу мотор. Как-нибудь выкарабкаюсь.

Йейтс пристально посмотрел на Джона.

— Ты уверен?

— Да. У меня в машине собака Лили. Выпусти ее и подержи где-нибудь у себя.

— Не волнуйся, я о ней позабочусь.

— Спасибо, старина! — от души поблагодарил Джон.

— Не надо, а то заплачу, — насмешливо бросил Йейтс.

Он виртуозно справился с задачей: между двумя судами было не больше дюйма. Джон шагнул с катера на борт «Пурпурной розы», ухватился за поручни и, перемахнув через них одним прыжком, очутился на нижней палубе.

— Дай мне знак, что все в порядке, — крикнул Йейтс.

Джон быстро добежал до носа. Якорная цепь размотана. Убедившись, что пароход стоит на месте, он махнул рукой Йейтсу.

И только тут увидел топор и капли крови. Сердце у него упало.

Йейтс уже развернул катер.

Ладно, если Меган надо в больницу, он вызовет береговую охрану по рации, а если все не так страшно — Господи, лишь бы все обошлось! — то поведет свою посудину в Портленд. И Джон отправился на поиски Меган…

«Пароход я все-таки остановила!» — с гордостью подумала Меган. Главная опасность миновала — пора заняться собой. Она спустилась в камбуз, достала из холодильника лед, насыпала его в пакет и, поднявшись на верхнюю палубу, увидела стремительно удаляющийся катер. Девушка закричала и замахала руками, но было уже поздно.

Резкие движения вызвали новые приступы боли в голове. Меган решила подняться к себе в каюту и поискать аспирин.

Дойдя до лестницы, она услышала чей-то голос. Нет, не чей-то! Единственный, неповторимый, любимый голос Джона! Обернувшись, Меган увидела его самого в другом конце коридора. Несколько секунд они смотрели друг на друга и от радости не могли произнести ни слова.

Слезы заблестели в глазах Джона, когда он увидел это прекрасное лицо. Меган, живая и невредимая, улыбалась ему! О большем Джон и не мечтал. Он шагнул к ней. Настало время принять решение. Остаться в прошлом, заживо похоронить себя в пучине недоверия, одиночества и страдания или обнять женщину, стоящую перед ним, женщину, которая не боится слова любовь! Обнять ее, довериться ей, сделать своей женой, быть верным ей и пронести любовь к ней через всю жизнь.

У Джона уже не было сомнений.

Они стояли совсем близко друг от друга.

— Ты ушиблась? — спросил он.

— Уже не больно, — ответила девушка, опустив руку с пакетом льда.

— Меган, я так испугался, что тебя больше нет! — сказал Джон, осторожно убирая волосы с ее лба.

Меган коснулась губами его ладони и улыбнулась. И эта улыбка предназначалась ему. Улыбка женщины, которая знает, чего и кого она хочет.

— Я не дала «Пурпурной розе» разбиться о камни! — гордо воскликнула она.

— Знаю, спасибо тебе. Главное, что с тобой ничего не случилось.

— Мне полагается вознаграждение?

— Возможно, — ответил Джон и погладил ее по щеке.

— Я свяжусь со своим адвокатом.

Обвив рукой ее талию, капитан Вермонт привлек Меган к себе. Раздвинув волосы на ее макушке, Джон проверил ранку, которая оказалась совсем не опасной. Девушка подняла на него свои прекрасные глаза.

— Не надо адвоката, я и так отдам тебе пароход, — пообещал Джон, околдованный этим взглядом.

— Спасибо. Знаешь, а ведь я его полюбила.

— Знаю.

— Рация сломана. Аккумулятор сел.

— Не беспокойся, перед тобой мастер своего дела, — сказал капитан и поцеловал Меган в лоб.

— Джон, я так испугалась!

— Я тоже. Дорогая моя! Я так счастлив!

— Но я сделала это! Остановила «Пурпурную розу». Сама от себя не ожидала.

— Ты умница, — прошептал капитан.

— Я не хотела, чтобы ты потерял свой любимый пароход.

— А я не хотел потерять тебя.

Она улыбнулась, и на щеках снова показались восхитительные озорные ямочки. Джон просто не мог не поцеловать ее. Вкус ее губ, как и прежде, сулил неземное блаженство.

— Я люблю тебя, — сказал Джон. — Я полюбил тебя с той самой минуты, когда увидел перед алтарем. Подумать только, ты могла выйти замуж за кого-то другого! Ты права, я долго боялся, что ты окажешься второй Бетси, пока не понял, что ты Мег. Меган. Моя Меган!

— Мег тоже звучит неплохо, — с улыбкой произнесла девушка. — Мне нравится, когда ты меня так называешь.

— Я все время думал о тебе хуже, чем ты есть на самом деле. А ты ангел. Я боялся пускать тебя в свое сердце, смотрел на тебя, как на треснувшую чашку.

— Треснувшую чашку?… — удивленно спросила Меган.

— Неважно, — ответил Джон. — Просто я пытаюсь сказать, что мне очень жаль. Прости меня, Меган. Ты простишь меня?