Ангел. Право выбора - Остин Марс

Трамвай нёсся по маршруту, салон пустел, на этой остановке они всегда садились. Не в этот раз — парень опять предпринял попытку отодвинуться, она опять не пустила, прижимаясь ещё сильнее. Он чуть улыбнулся и закрыл глаза, они простояли неподвижно всю дорогу, и только под конец Максим глянул в окно и наклонился к её уху, очень мягко шепча:

- Светик, приём.

- Что? - пробурчала она, не отрываясь от него.

- Тебе выходить пора.

Она приоткрыла глаза и посмотрела в окно, опять зажмурилась:

- Ещё рано. Ещё полминуты.

Он улыбнулся и наклонился ещё чуть-чуть... я видел, как ему хочется коснуться губами её шеи или волос, и чувствовал, сколько усилий он прикладывает, чтобы этого не сделать. Потому что боится показаться негодяем, который воспользовался ситуацией, или не хочет её испугать, не знаю. Я бы не сдержался, я столько раз из-за этого страдал, но всё равно не поумнел. А он смог.

Трамвай остановился, грохнули двери, Светка вздохнула с таким сожалением, как будто они навсегда расстаются, на секунду прижалась сильнее, потом отпустила и молча вышла. Максим проводил её сочувственным взглядом и потёр мокрую грудь.

Спустя час она ему позвонила, как только проводила репетитора и набралась смелости. Он перенабрал и Светка приняла вызов, дрожащим голосом отвечая:

- Привет.

- ГорСвет? - тихо спросил Максим, она хохотнула и так же тихо ответила:

- ГорТьма. Прости, я сорвалась. У меня был ужасный день.

- Я в курсе, что вы с мамой целый день цапались, мне Юлька позвонила и рассказала, она знает... - он запнулся, как будто глотая определение всей той фигни, которая между ними происходила. «Знает о нас»? Или «знает, что мне есть дело до всего, что с тобой происходит»? Светка не стала уточнять.

- Она никому не скажет?

- Нет, она надёжна, как скала, не бойся. Ты как?

- Лучше. Спасибо тебе большое.

- За что? - усмехнулся он, она помолчала и вздохнула:

- За всё. Мне правда лучше.

- На здоровье. Можешь пользоваться моим «всем» сколько хочешь.

Она закрыла глаза, сжимаясь и обнимая себя руками, прерывисто вздохнула, как будто набиралась сил, чтобы сказать что-то важное, но силы рассыпались быстрее, чем она их собирала.

- Макс...

- М?

Она опять глубоко вдохнула и застыла, кусая губы, я внезапно понял, что с самого начала их разговора меня чуть-чуть качает, как пьяного. По телу гуляли волны тепла, немного кружилась голова, немного хотелось прилечь и желательно, уснуть. И ещё кое-чего хотелось, но об этом я старался не думать.

- Свет, - с чуть насмешливой нежностью позвал он.

- А?

- Учи уроки.

- Хорошо, - она улыбнулась и потёрла лоб, как будто вопрошая небо, почему она такая трусиха.

- Когда тебе позвонить?

- Не надо, я уже в порядке. Завтра увидимся.

- Точно?

- Да. Пока.

- Счастливо.

Она положила трубку и взялась за уроки. И с этого момента я узнал, что значит «сходить с ума от любви».

Со Светкой творился полный армагеддец, я не знал, что так можно. Она постоянно была на своей волне, её взгляд как будто был обращён в параллельную реальность, где цвета ярче и мир лучше. Она могла внезапно рассмеяться или скорчить какую-нибудь физиономию, могла за минуту сменить сто выражений лица, как будто телепатически общается с кем-то... С кем-то, ха.

Поездки в трамвае стали, наоборот, гораздо сдержаннее, она к нему больше не прикасалась специально, а если так выходило случайно, то страшно смущалась. Разговоры стали тише, темы глубже, она меньше смеялась и чаще слушала, глядя на него такими глазами, в которых безмолвное обожание граничило с безумием, этого невозможно было не заметить. Он замечал. Но после нескольких попыток «случайно» взять за руку, после которых она смущённо отстранялась и прятала глаза, он стал осторожнее.

Время неслось, деревья желтели, люди одевались теплее. А потом мои голубки внезапно встали не на своей остановке и пошли гулять в неизвестном направлении. Я офигел и перемотал к началу.

Всё было как обычно, они общались, смеялись и слушали музыку. А потом у неё зазвонил телефон. Светка ответила и перекинувшись буквально парой фраз, со смесью удивления и радости улыбнулась Максу:

- У меня сегодня французского не будет.

- Значит, ты свободна на ближайшие два часа? - соблазнительно улыбнулся парень, Света округлила глаза, потом задумалась и пожала плечами:

- Ну да, только на час. А что?

- Пойдём бродить, - кивнул за окно он.

За окном был удивительно солнечный день, по-осеннему яркий, золотисто-оранжевый и очень тихий. Мне даже показалось, что я чувствую тот особенный запах, которым наполняются парки в безветренную погоду в середине осени — сухих листьев, прелой земли и влажной древесной коры.

- Бродить... - медленно повторила Света, рассматривая несущиеся мимо полудикие деревья.

- Да, это большой парк, там классно, - с энтузиазмом закивал Максим. - Пойдём, тебе понравится!

- Не знаю, - опять заколебалась Светка, - а можно?

- А кто тебе запретит? - шепнул он, почти касаясь её уха, Светка смутилась, закрыла ухо плечом, опять стала рассматривать деревья за окном. Трамвай начал притормаживать, Максим поторопил её, - Ну? Да/нет? - она всё ещё колебалась, он протянул руку и с ожиданием приподнял бровь. Светка прикусила губу и прошептала:

- Я об этом пожалею, - взяла его руку и они выпрыгнули из трамвая. - Ты тут был?

- Да, он малость запущенный, но чистый.

Парень повёл её по узкой тропинке, которая влилась в более широкую аллею с изредка попадающимися лавочками. Деревья становились всё больше, их пока ещё густые кроны переливались желтым и оранжевым, с редкими вкраплениями красных и синих ягод. В колючих зарослях шуршали птицы, где-то высоко стучал дятел, в неподвижном воздухе парка этот звук разносился далеко и множился эхом. Светка смотрела вверх с раскрытым ртом, совершенно не глядя под ноги, сильно коцаный асфальт аллеи пестрел ямами, так что это было рискованно.

Максим улыбался, попеременно глядя на Светку и на асфальт под её ногами и вовремя корректировал маршрут, потому что до сих пор держал её за руку. Это был первый раз на моей памяти, когда она не убрала руку.

В парке было пустынно и тихо, даже не верилось, что буквально в пятидесяти метрах кипит жизнь никогда не спящего мегаполиса, им навстречу попался только один прохожий — пожилой мужчина с собакой, который неспеша шагал, сунув руки в карманы и глядя вверх с такой же расслабленной улыбкой, как и у Светы. Под ногами шуршали листья, которые никто не потрудился убрать, они покрывали дорожки и пока ещё зелёную траву неравномерным кружевом, рисунок которого менялся каждую секунду. С деревьев то и дело срывались новые листья и медленно опускались в траву, так часто, что в воздухе постоянно кружилось несколько десятков, наполняя мягкую тишину чуть слышным сухим шорохом.