Девушка из стриптиз-клуба - Джени Крауч

– Что? – рявкнул Брэндон, и Кендрик невольно отшатнулся. Хотя помощник шерифа мешал ему мчаться к Андреа.

– Погодите, Хан. – Кендрик примирительно поднял руки вверх. – Прежде чем вы побежите ее искать, хочу, чтобы вы знали, что с полчаса назад одна свидетельница доложила о поломке машины рядом с тем местом, где нашли машину Андреа.

Брэндон остановился. Это может оказаться полезным.

– И что?

– Свидетельница не могла остановиться, потому что с ней в машине ехали двое маленьких детей, но ей не хотелось бросать в беде пожилую женщину. Она не помнит марки машины, но утверждает, что это был черный четырехдверный седан.

– Я допрошу Джареда, – сказал Брэндон. – Возможно, допрос пойдет жестко. Буду очень признателен, если мне не будут мешать.

Кендрик пожал плечами:

– Ну а я вернусь к дому Макконахи, проверю, нет ли рядом заброшенных сараев, куда мамаша могла повезти Андреа. Я разошлю своих людей по всему городку. И извещу управление Финикса; может быть, они тоже нам помогут.

– Отлично! Держите меня в курсе!

Кендрик передал Брэндону ключи от патрульной машины, потом пожал плечами и отвернулся.

– И черт меня побери, если камера, которая ведет запись в кабинете для допросов, снова не сломалась!

Брэндон едва заметно кивнул. Он поблагодарит Кендрика потом. После того, как вернет Андреа живой и невредимой.

Он распахнул дверь кабинета для допросов. Джаред сидел на прежнем месте со скучающим видом и грыз грязные ногти.

– У твоей матери черный седан?

– Ну да! – Джаред закатил глаза. – Она купила его еще до моего рождения. Мне стыдно всякий раз, как приходится его брать.

Брэндон воздержался от напоминания: Джареду уже двадцать с лишним лет, в таком возрасте можно было заработать на свою машину.

– Джаред, где твоя мать любит проводить время?

– А что? – ухмыльнулся Джаред. – Хотите пригласить ее на свидание? Знаете, с ней не особо весело…

Брэндон стукнул кулаком по столу; Джаред подскочил на стуле и вытаращил глаза.

– Какого черта?

– Сейчас скажу тебе, какого черта! – Брэндон достал посмертные снимки убитых женщин и бросил их поверх прижизненных снимков. – Джаред, знаешь, почему ты здесь оказался? Потому что все девушки, с которыми у тебя была интрижка за последние несколько недель, мертвы, их убили!

Ему показалось, что Джареда сейчас стошнит. Краска отхлынула от его лица.

– Слушайте, я их не убивал! Клянусь, вот как перед Богом, я их не убивал! И потом, у меня есть алиби!

В других обстоятельствах Брэндон повел бы себя деликатнее, сообщил новость осторожнее. Возможно, мать Джареда и убийца, но она по-прежнему его мать.

Но времени у Брэндона как раз и не было.

– Я знаю, что ты их не убивал. Их убила твоя мать.

Глаза у Джареда едва не вылезли из орбит.

– Что-о?!

– Должно быть, она следила за тобой. Видела девушек, с которыми ты встречался, и убивала их на следующий день… или чуть позже.

– Но… за что?

– Ты же сам сказал, что она все время говорит об очищении. Она заворачивала трупы в белую материю и вкладывала им в руки белые цветы, как будто проводила ритуал очищения, а потом отправляла их в лучший мир.

Джаред сидел совершенно белый.

– Да она все время гонит такую пургу… – Он с трудом оторвался от страшных снимков и посмотрел на Брэндона, который стоял напротив, положив обе руки на столешницу. – Мол, надо очистить наш город от «сброда», избавиться от тех, кто сбивает мужчин с пути истинного. Наверное, папаша ей изменял перед смертью. Но я и понятия не имел, что она способна кого-нибудь убить. Думал, что она собирает подписи за то, чтобы в нашем городе закрыли бары и стриптиз-клубы или что-нибудь в таком роде, понимаете?

– Джаред, я понимаю, тебе сейчас нелегко. Но мне требуется твоя помощь, причем сейчас же, немедленно! На карту поставлена жизнь еще одной женщины.

Жизнь Андреа.

Джаред не мог оторвать взгляда от страшных снимков.

– Как по-твоему, где твоя мать могла их убивать? Ваш дом и сарай мы уже обыскали. На вашем участке есть другие строения?

Джаред покачал головой:

– Нет у нас никакого участка, нам принадлежат только дом и сарай. Почти всю землю распродали после того, как отец умер.

– Ладно, тогда где? Куда твоя мать любит ходить? Где она проводит время?

Джаред молча рассматривал снимки. Брэндон понимал, что скоро от него будет еще меньше толку – у него шок. Этого нельзя допускать, пока он не узнает все, что ему нужно. Он нагнулся и схватил Джареда за ворот дешевой куртки. Рывком поднял со стула.

– Думай, Джаред! Где твоя мать могла все это проделывать? – он встряхнул парня.

– Н-не знаю. Она часто ходит в церковь и на молитвенные собрания. Прямо и не знаю, – дрожащим голосом ответил он.

– Церковь не годится. Место должно быть уединенным. Куда еще она ходит? Где она бывает, если хочет побыть одна?

Джаред плакал. Брэндон приблизил свое лицо вплотную к лицу парня:

– Думай, Джаред! Нам нужно такое место, где ничего и никого нет рядом. Куда. Она. Могла. Бы. Пойти? – При каждом слове он снова встряхивал парня.

– Не знаю… может, в старую церковь рядом с Восемьдесят пятым шоссе? Она всегда замедляет ход, когда мы проезжаем мимо. Там отпевали папашу…

– Нет, в церкви слишком людно, даже если там нет службы.

Джаред покачал головой:

– Да нет, та церковь несколько лет тому назад сгорела. Прихожане решили построить новую церковь в более удобном месте, посчитали, это обойдется дешевле, чем отстраивать старую. Внешние стены сохранились, но внутри почти ничего не осталось.

Вот оно! Да, видимо, там.

– Где она находится?

Джаред поспешно объяснил, Брэндон выбежал из дверей и через несколько секунд сел в патрульную машину, молясь, чтобы не было слишком поздно.