Жизнь и Месть Чёрной Королевы - Головач

— Ничего не могу поделать, Себастьян. Мне нравится твой смех.

— Ах, как жаль, что поводов смеяться мало.

— По крайней мере, пока мало.

Я обошла мужчину сзади и, обняв его, еле слышно, но нежно прошептала:

— Но приятно было услышать такой твой смех хотя бы сейчас.

— М-м-м-м, ты права, моя дорогая, — демон вздохнул более расслабленно, поглаживая мои руки, обнимающие его. — Что же, тогда, может, посмотрим комедию? Что к ней хочешь?

— Я только за, — я с улыбкой согласно кивнула. — Хм… Не отказалась бы от плитки молочного шоколада и тёплого чая.

— М-м-м-м, и твои любимые голубика в карамели и арахис?

— Читаешь мои мысли.

— Тогда присаживайся поудобнее, дорогая, и я всё доставлю.

— Хорошо.

Я мягко отпустила Себастьяна, осторожно отстранившись, и направилась в сторону дивана, чтобы удобно устроиться на нём.

Демон же удалился из нашей спальни, чтобы потом принести сладости и чай для нас обоих.

Вечер обещался быть вполне спокойным и весьма приятным для того, чтобы как следует отдохнуть. Всё же следующие дни и недели станут для всех нас тем ещё испытанием в подготовке ловушки для Клода, и силы нам пригодятся.

Глава двадцатая

(Последняя битва и долгожданная победа)

Следует признать, что весь последующий месяц вся наша сверхъестественная команда провела в очередных усиленных тренировках и приготовлениях к последнему возможному рывку в войне с Клодом.

После того, как этот ублюдок лишился Ханны, одной из своих главных пешек и прознал про наше с Себастьяном бессмертие, он словно слетел с катушек. Благодаря нашей с Сиэлем связи, которая была ещё и подкреплена куда большими силами и бессмертием, я могла отслеживать каждый шаг нашего злейшего врага.

Постепенно мы переехали обратно на нашу квартиру, поселив Данилку в мою комнату, а я поселилась у Себастьяна.

Все работали, не покладая рук и тренировались. Даже Сефириос назначил себе охранников среди демонов и ангелов и иногда прибегал к помощи Гробовщика, разумеется, за свою плату, он его веселил шутками и помогал в тайной поставке.

Какой именно… Я даже знать не хотела.

Но падший ангел заверял, что это не органы, не дети и даже не трупы, скорее покупка дорогих препаратов отвечающих за лечение кожи.

Дорос как-то пошутил, что этому жнецу не помешает поход в салон красоты и купаться почаще. В отличие от Грелля и Уильяма, от Серебряного Лиса пахло мертвечиной.

Помимо тренировок и прочих дел я несколько раз созванивалась с мамой и братом.

Увы, из-за шуточки Себастьяна про беременность на моём Дне Рождении, которую многие тогда восприняли всерьёз и поверили, включая и мои родные, я не решалась встречаться с ними. Ведь мама постоянно спрашивала о малыше и моём самочувствии.

Дьявол, вот дёрнуло же этого хитреца так «пошутить».

— Регинушка, милая, как ты себя чувствуешь? Всё хорошо? Малыш не толкается? Вы с Себастьяном ещё не ходили на УЗИ? — засыпала меня матушка вопросами во время очередного телефонного разговора.

— Мама… Пожалуйста… — я тихо и несколько обречённо вздохнула, слегка закатив глаза.

— Ох, а может, беременность была ложная? Ты ещё молоденькая, и такое бывает. Может, правда, сделаешь УЗИ?

— Честно говоря, мама, я…

Я глубоко выдохнула, решив, всё же признаться:

— Я не беременна. Себастьян тогда, на празднике пошутил, потому что просто хотел… Подогреть интерес гостей. А я молчала всё это время… Потому что не хотела расстраивать вас с Игорем и бабушкой.

— Ох…. Вот же шутник… Ну, я с ним ещё поговорю! Не расстраивайся, девочка моя, ты ещё молода, у тебя будут деточки.

— Да… Я знаю. Прости, что всё так получилось.

— Ну, что ты, солнышко, — голос моей матери был нежен и ласков. — Я с Игорем и бабушкой разберусь, не переживай. А сейчас приводи себя в порядок. Я очень хочу с вами увидеться.

— Хорошо, — я улыбнулась в трубку. — Тогда, может быть, мы с Себастьяном и Данилкой приедем к вам вечером?

— Ох, я буду очень рада доченька. Игорь будет рад вас тоже видеть. Я постараюсь приготовить всё вкусненькое.

— Значит, договорились.

Матушка вдруг усмехнулась:

— Надеюсь, моя стрепня ничуть не хуже тех блюд, которыми тебя балует твой муженёк.

— Ма-а-а-а-ам, не наговаривай на себя. Ты готовишь великолепно. Мне бы у тебя поучиться ещё, а то кроме тостов да бутербродов с яичницей толком ничего готовить и не умею.

— Не страшно, милая, это тоже лучше, чем ничего. Я тоже в твоём возрасте готовить не умела.

— И всё же мне… Немножко стыдно иногда.

Я слегка неловко хихикнула.

— Доченька, не надо подобного стыдиться. Ты же всегда можешь этому научиться. Главное, захотеть, чуточку потерпеть, а потом двигаться дальше.

— Что верно, то верно, мама.

— Ну, давай, милая моя, уже у меня поговорим. Я тебе рецептики свои распечатаю, и готовь себе на здоровье всё, что хочешь.

— Хорошо. Буду тебе очень признательна.

Ещё какое-то время мы с мамой прощались и лишь затем положили обе трубку.

Всё это время я чувствовала ехидство Себастьяна, будто он стоял за дверью в гостиную и подслушивал.

— Подслушивать нехорошо, — я с ухмылкой деловито скрестила руки на груди. — Сам зайдёшь или лучше мне тебя самой затащить?

— Захожу-захожу, дорогая, — смеясь, демон зашёл ко мне и подмигнул: — Могла бы попросить, чтобы я тебя научил готовке.

— Помнится, один такой урок у нас уже был, — я издала лёгкий смешок в ответ. — И тогда ты сам сказал, что к плите меня лучше не подпускать.

— Я просто хотел тебя позлить, милая. И это у меня неплохо получилось.

— Особенно, если вспомнить, что десяток яиц оказался на твоей идеальной шевелюре.

— Зато потом мои волосы были в отличном состоянии.

— Ловко выкрутился, — я снова слегка нагло ухмыльнулась. — Интересно, получится ли у тебя также оправдаться перед моей мамой насчёт твоей же шутки про мою беременность.

— Кхм… — мужчина тут же поджал губы и шутливо отвёл взгляд. — Пожалуй, я это объясню ей… Как-нибудь.

— Уж будь так любезен, Себастьян, — с улыбкой я поднялась с кресла и, подойдя к небольшому столику у дивана, находившемуся рядом с розеткой, поставила свой телефон на зарядку.

— Не беспокойся, я же умею ладить с твоей матушкой.

— Что верно, то верно. С этим я точно спорить не стану.

Себастьян с лёгким смешком кивнул, а затем, подойдя ко мне чуть ближе, спросил:

— Ну, что, уступчивая моя, нам лучше через пару часов выезжать?

— Думаю, да, — улыбнувшись, я немного выпрямилась. — Как раз и у Данилки будет время, чтобы собраться.

— Я тогда предупрежу