Слепая страсть - Нора Робертс

— Думаю, первый шаг — найти подходящий голос, — вставил Эд. — И создать образ женщины.

— По-моему, это близко к истине. У него очень развитая фантазия. Он свято верит в созданные им фантомы и оставляет отпечатки пальцев на месте преступления не потому, что неосторожен, а потому, что считает себя неуязвимым в придуманном им мире. Совершая преступления, такие люди, как правило, воплощают свои фантазии, а возможно, и фантазии своих жертв.

— По-твоему, он насилует и убивает женщин, считая, что это им нравится? Это действительно так? — Бен закурил, и Тэсс поняла, что муж нервничает.

— Говоря упрощенно, да. Согласно показаниям Марковица, он слышал по телефону, как мужской голос сказал: «Я знаю, ты хочешь, чтобы я сделал тебе больно». Преступник словно оправдывался, говоря это. Он связал руки Мэри Грайс во время второго нападения, но не связывал руки Кэтлин. Я считаю это важной деталью. Из отчетов я поняла, что Кэтлин Бризвуд предлагала более консервативные и простые сексуальные фантазии, чем Мэри Грайс. Мэри обслуживала клиентов, склонных к садизму и прочим извращениям. Убийца предложил ей то, что, как ему казалось, она предпочитает. Думаю, Мэри он убил уже преднамеренно — потому, что обнаружил темное психопатическое удовольствие от слияния секса и смерти. Возможно, он верит, что его жертвы получили такое же удовольствие, как и он сам. Так что моя версия такова: Кэтлин преступник убил импульсивно, а Мэри — закрепляя полученный опыт. — Тэсс взглянула на Бена. Даже если он и не был согласен с ней, но слушал очень внимательно.

— Кстати, что ты думаешь о времени убийства?

— А что мне следует думать?

Тэсс улыбнулась ему: Бен всегда утверждал, что это у нее привычка отвечать вопросом на вопрос.

— Оба убийства произошли ранним вечером, в одно и то же время. Это позволяет предположить, что он либо женат, либо кто-то ждет его дома в определенное время.

Бен уставился на кончик сигареты.

— А может, ему просто нравится рано ложиться спать.

— Не исключено.

— Тэсс! — Эд давно уже вошел в зал и тоже внимательно слушал ее. — Принято считать, что извращенцы, получающие удовлетворение от созерцания эротических сцен, дальше этого не идут. Чем отличается от них этот тип?

— Он не наблюдатель, а участник. Эти женщины с ним разговаривали. Здесь нет той реальной и эмоциональной дистанции, как в том случае, когда берут в руки бинокль и подглядывают в окно квартиры через улицу. Он знал этих женщин. Не Кэтлин и Мэри, а Дезире и Роксану. И считал, что знает, как доставить им удовольствие.

— К сожалению, нельзя выяснить точку зрения жертвы, доктор Парис, — заметил Харрис.

— Я исследую психологию преступника, а не жертвы, — уточнила Тэсс. — У меня однажды был пациент, который изнасиловал свою невесту. Он долго ее домогался, упорствовал и наконец настоял на своем, думая, что она именно этого и ждет от него. Тот пациент убедил себя: его невеста хочет, чтобы он взял инициативу в свои руки, и, если он отступит, она сочтет его слабым, неполноценным. Овладев ею силой, он испытал не только сексуальное удовлетворение, но и чувство господства. По-моему, мужчина, которого вы ищете, испытывает удовольствие, лишь обретая власть. Он убивает этих женщин не из страха, что они потом узнают его, а потому, что убийство как таковое для него осуществление высшей власти. Похоже, окружение подавляло его, не давая ему возможности обладать властью. В его жизни были и есть очень сильные авторитеты. И сейчас он экспериментирует, пытаясь самоутвердиться. Тэсс открыла папку.

— По типу личности, а также по облику жертвы абсолютно различны. Допускаю, что это совпадение, но скорее — осознанный выбор. Их связывает только секс — и телефон. Он использовал и то и другое. Я почти уверена, что следующей жертвой станет женщина совершенно другого рода.

— Лучше бы нам не представилась возможность проверить эту теорию. — Харрис отщипнул еще кусочек булочки. — А может, он на этом остановится?

— Сомневаюсь. Не похоже, что он испытывает угрызения совести или душевную боль. На открытке, присланной с цветами, написано: «Ты навсегда останешься…», а не «Прости меня». Преступник тщательно планирует свои действия. Он ведь не схватил женщину на улице и не потащил ее в машину или в темный переулок. Поймите же, он их знает или верит, что знает, и берет от них то, что заслужил! Надо сказать, это весьма характерно для современного общества. Подняв телефонную трубку, вы можете заказать все — от пиццы до порнографии. Стоит только нажать кнопку, и вы получаете, что хотите, на законных основаниях. Это — сочетание удобств техники с психопатическими тенденциями общества. А в поведении преступника явно прослеживается подобная логика.

В конференц-зал заглянула Ловенштейн.

— Простите, мы только что закончили проверку кредитных карточек… — Харрис кивнул головой, и она отдала распечатку Эду. — Никаких совпадений не обнаружили.

— Никаких? — Вен заглянул в распечатку через плечо Эда.

— Нулевой результат. Мы искали совпадений в номерах, фамилиях, адресах, вымышленных именах. Ничего!

— Итак, придется опять танцевать от печки. — Вен взял листы бумаги, протянутые Эдом.

— А может, и нет. Мы ведь решили начать поиски с цветов. Они были заказаны в «Цветущем городе». Номер кредитной карточки принадлежит некому Патрику Р. Моргану. Вот его адрес.

— Он есть в этом списке? — спросил Эд.

— Нет, услугами «Фэнтэзи» он, судя по всему, не пользовался.

— Давай нанесем ему визит. — Вен взглянул на часы. — Служебный адрес установили?

— Да, Капитолий. Морган — член конгресса.

Представителя конгресса удалось найти в загородном доме в Джорджтауне. Дверь открыла чем-то недовольная женщина с папками в руках.

— Мы бы хотели поговорить с мистером Морганом. — Глядя поверх нее, Эд рассматривал красновато-коричневую панельную обшивку в холле.

— Мистер Морган не сможет принять вас сегодня. Вам следует позвонить в офис и договориться о встрече.

Бен протянул ей свой значок:

— Мы из полиции, мадам.

— Мне нет дела, откуда вы, хоть от самого господа бога, — отрезала она. — К нему сегодня нельзя. Попытайтесь позвонить в офис на следующей неделе.

Чтобы дверь не захлопнулась у них перед носом, Эд уперся в нее плечом.

— Боюсь, вам придется впустить нас. Если мы поговорим с мистером Морганом здесь, ему не придется ехать в главное управление полиции.

Перехватив взгляд женщины, Эд понял, что, несмотря на его внушительный вид, она все-таки собирается захлопнуть дверь.

— Маргарет, что там за чертовщина? В холле появился невысокий темноволосый мужчина около пятидесяти лет. Задав этот вопрос, он громко чихнул.

— Эти господа настаивают на встрече с вами, сэр. Я сказала им…

— Хорошо, Маргарет. — На лице Моргана появилась сдержанная улыбка опытного политика. — Простите, джентльмены, но я сегодня неважно себя чувствую.