Отчаянная и нежная - Кристин Сэлингер

— О, я просто мечтаю о чашке кофе, — проворковала Камилла, тараща большие карие глаза на Кула. — Я так замерзла!

— Ну, конечно. — Он пожал плечами и вышел, бросив на Брэда взгляд, которым обычно один самец предупреждает другого, что территория занята. Только что не зарычал как пес, подумала Камилла.

Сколько еще людей находится в доме? — размышляла она. Всего трое?

— Я как раз говорила Джонни, какой прекрасный у вас дом. — Она прошлась по гостиной и бросила сумочку на стол. — Вы здесь живете круглый год?

— Нет, мы пользуемся им время от времени.

— Изнутри он кажется гораздо больше, чем снаружи.

— Да, так кажется. — Камилла присела на ручку кресла, и он придвинулся к ней поближе. — Может быть, вам здесь так понравится, что вы захотите провести свой отпуск у нас?

Она засмеялась, нисколько не возражая, когда он дотронулся до ее волос.

— О, но мои друзья ждут меня… Правда, у меня целые две недели отпуска… — Она снова засмеялась манящим горловым смехом. — Но скажите, чем вы, мужчины, здесь развлекаетесь?

— Вас это удивит! — Брэд положил руку ей на бедро.

— Меня нелегко удивить.

— Осади! — Это вернулся Джон Кул с чашкой черного кофе. — Держите, Делия.

— Спасибо. — Камилла глубоко вздохнула, зябко поведя плечами. — Я уже согреваюсь.

— Почему бы вам не снять парку? — Брэд протянул руку к ее воротнику, но она улыбаясь отодвинулась.

— Подождите, я еще не успела согреться. — Хотя она хорошо подогнала наплечную кобуру, ей не хотелось давать им ни малейшего шанса обнаружить, что у нее есть пистолет. — Вы братья? — поинтересовалась она светским тоном.

Кул фыркнул.

— Вовсе нет. Можно сказать, мы партнеры.

— О, вот как? И в какой же области бизнеса вы работаете?

— Информация. — Брэд сверкнул белыми зубами.

— Это замечательно! Я вижу, у вас полно всякой аппаратуры. — Она огляделась. — Я люблю смотреть кино долгими зимними вечерами. Может быть, как-нибудь соберемся вместе и… — Она осеклась, встревоженная каким-то движением наверху. Подняв глаза, она увидела девочку.

Волосы у нее были спутаны, а в глазах стояла невыразимая усталость. Камилла узнала Рут по снимку, который Айвор показывал ей, хотя она, похоже, похудела.

— Эй, там, привет! — с улыбкой обратилась она к девочке.

— Возвращайся к себе, — бросил Кул. — Живо!

Рут облизнула губы. На ней были рваные джинсы и потертый голубой свитер.

— Я хотела позавтракать.

Камилла отметила, что ее голос звучит тихо, но не робко.

— Тебе подадут. — Кул бросил взгляд на гостью, довольный тем, что она продолжает дружелюбно улыбаться, не проявляя к происходящему никакого интереса. — А теперь иди к себе и сиди там, пока не позовут.

Рут поколебалась, глядя на него холодным взглядом. У Камиллы потеплело на сердце. Значит, они ее еще не били, подумала она. Рут повернулась и пошла прочь. Дверь комнаты со стуком захлопнулась за ней.

— Дети! — воскликнул Кул, закуривая новую сигарету.

— Да… — сочувственно улыбнулась Камилла. — Это, наверное, ваша сестра?

Кул поперхнулся дымом, но затем ухмыльнулся.

— Верно. Моя сестра. Да, вы ведь хотели позвонить по телефону?

— О, конечно! — Камилла встала, оставив чашку с кофе. — Ценю вашу любезность. Мои друзья скоро начнут беспокоиться, почему меня нет.

— Вот телефон, — показал он. — Действуйте.

— Спасибо. — Но когда она подняла трубку, гудка не было. — Ой, он, кажется, молчит.

Кул чертыхнулся и подошел, вытаскивая из кармана инструмент странной формы.

— Совсем забыл. Я… э… отключал его на ночь, чтобы девчонка не воспользовалась. Она заказывает междугородные переговоры, а потом приходится оплачивать счета. Ну, вы знаете, как девочки развлекаются.

— Да, — улыбнулась Камилла, — знаю.

Услышав гудок, она набрала номер местной полиции.

— Билл, — весело сказала она, обращаясь к диспетчеру, как было условлено. Ты не поверишь, что со мной стряслось! Я заблудилась, и у меня сломалась машина. Если бы не эти славные ребята, не знаю, что со мной было бы! — Она засмеялась, надеясь, что ее правильно поняли. — Нет, теперь-то я знаю, где я. Полагаю, Том приедет за мной?

Пока Камилла болтала с полицейским диспетчером, Айвор по столбу вскарабкался на второй этаж. Он уже высмотрел в бинокль через большие стекла окон все, что было необходимо. Камилла сидела в гостиной, а Рут была на втором этаже.

Они договорились, что если представится возможность, то Айвор заберет ее из дома. Так, чтобы не причинить вреда. Он бы предпочел идти напролом — взять на себя Кула и другого сопляка в гостиной, а затем того верзилу, который возился на кухне.

Но безопасность Рут была на первом месте. Он должен вызволить ее, а потом вернуться.

Крякнув, он влез на узкий карниз и вцепился в подоконник. Он увидел Рут. Она лежала на неубранной кровати лицом к стене, свернувшись в клубочек. Первым его побуждением было высадить окно и влететь внутрь. Боясь, как бы она не закричала, он осторожно постучал пальцем в стекло.

Она шевельнулась. Он снова постучал. Девочка устало повернулась, рассеянно глядя в залитое солнцем окно. Затем заморгала и осторожно слезла с кровати. Айвор поспешно приложил палец к губам, призывая ее к молчанию. Но это не остановило слезы. Они хлынули у нее из глаз, когда она бросилась к окну.

— Айвор! — Она подергала окно, затем прижалась щекой к стеклу и зарыдала. — Я хочу домой! Пожалуйста, я так хочу домой!

Через стекло он едва мог слышать ее. Опасаясь, как бы голос Рут не выдал их, он снова постучал и подождал, пока она не повернется лицом к нему.

— Открой окно, детка! — Он сказал это очень отчетливо, но она только покачала головой.

— Забито гвоздями. — Ее голос дрогнул, и она потерла глаза кулачками. — Они забили его гвоздями.

— Ничего, ничего. Слушай меня. — Он начал жестикулировать, чтобы ей было понятнее. — Подушка. Возьми подушку.

Слабый огонек мелькнул в ее глазах. Ему приходилось видеть это и раньше — осторожный огонек надежды. Она быстро метнулась к постели.

— Прижми ее к стеклу. Прижми крепко и отвернись. Отвернись, детка!

Локтем он выбил стекло, довольный, что подушка заглушила звук. Расширив отверстие, он отбросил подушку и проник внутрь.

Она бросилась к нему, вцепилась в него, всхлипывая и дрожа. Он поднял ее, взял на руки как ребенка.

— Т-с-с… Рут, все будет хорошо. Я заберу тебя домой.

— О, мне жаль. Мне так жаль!