Свадьба моего мужа - Татьяна Веденская

«Что же это такое? Паяльник? У меня его нет. Или есть? Может, щипцы для завивки? Но я не завиваюсь!» Я отдышалась и немного успокоилась. Смерть от удушья отступила, и я попыталась начать мыслить здраво. Единственной здравой мыслью была мысль о бегстве.

«Оденусь и добегу до консьержки. Оттуда вызову пожарных!» – порешила я и принялась наспех натягивать на себя тренировочный костюм. Однако когда я опрометчиво распахнула входную дверь, мне в лицо с разбегу рванули клубы черного дыма, в котором колыхалась взвесь из мелкой черной сажи. Одним ударом я захлопнула дверь и снова убежала на балкон – к окну. Теперь вся глубина глубин разверзлась передо мной в полной мере. Я сижу на шестом этаже горящего дома. И скоро, очень скоро огонь доберется до меня.

– Надо срочно звонить в ноль один! – Меня осенила запоздалая мысль. Я нашарила в темноте свой мобильник, еле сдерживая приступ совершенно законной в данных обстоятельствах панической атаки.

– Служба спасения, слушаю. Оператор триста сорок…

– Мы горим! Горим! – не в силах совладать с собой, я начала орать в трубку. Из глаз потекли слезы.

– Успокойтесь и назовите ваш адрес.

– Улица Осенняя…

– Уже выехали, успокойтесь, – перебила меня барышня.

– Кто выехал, куда? – всхлипнула я, размазывая слезы по перепачканному сажей лицу.

– К вам в дом.

– Мы все умрем? – ляпнула я, сама не зная, что несу. Тоже мне, профессиональный психолог.

– Все будет в порядке. Спасибо за звонок! – чирикнула барышня и исчезла. Я осталась одна, даже без ее голоса в телефоне. Мертвая тишина и темнота опустились на мою многострадальную голову. На балконе стало холодно, а в комнате слишком темно и страшно. Наверное, надо было зажечь свечи, но при мысли, что огонь будет не только по ту, но и по эту сторону моей двери, я побелела (хотя под сажей этого не было видно). Зацепившись снова взглядом за телефон, я набрала искомую комбинацию цифр. Гриша. Гришечка. Абонент недоступен. Естественно, этот абонент является только тогда, когда ему самому захочется. Впрочем, это я злюсь из-за паники. Мне кажется, стоило бы ему здесь появиться, и огонь бы немедленно извинился и ушел. Но его нет. Я набрала другой номер. А что я должна была делать? Получать сердечный приступ еще до приезда пожарной бригады? На это я пойти не могла.

– Лиля? Ты спишь? – задала я свой совершенно дурацкий для трех часов ночи вопрос.

– Мам, ты чего?! Ты в своем уме? На время смотрела? – Дочка в гневе была страшна.

– Лилечка, мне так страшно! Так страшно! Мы тут горим, я не могу выйти из квартиры. Я не знаю, что будет. Ты не могла бы приехать? Или папа?! О господи, что я говорю?!

– Мам, ты чего? Кто горит?! Мам! – испугалась Лиля. Я уже не смогла больше сдерживаться и принялась рыдать. Кажется, Лиля подняла на ноги и папу, и его тетю Зою. В трубке начали раздаваться разные голоса. Я всем рассказывала, что торчу в окне и боюсь только одного – задохнуться раньше, чем пожар потушат.

– Я сейчас приеду! – немедленно отреагировал Яша. Вот за что я его всегда обожала. В трудную минуту от все-таки приедет. Пусть даже для того, чтобы завернуть меня в плед и налить мне водки.

К тому времени, как Котик добрался до моего дома, ситуация уже несколько прояснилась. Я, только чтобы не страдать в одиночестве, высунулась по пояс в окно и обнаружила других людей, плотно облепивших окна в нашем доме. Воздуха хватало на всех.

– Вы не знаете, что произошло? – крикнула я, присоединяясь к активной светской беседе угорающих.

– Говорят, кто-то поджег лифты, – сообщили из информированных источников.

– Поэтому-то и тушат так долго. Туда трудно подобраться!

– Люди-то не пострадали? – заволновалась я.

– Не знаю, но думаю, что, пока все не потушат, это не узнают. Сгореть-то никто не сгорит. Но задохнуться могут! – разъяснил ситуацию знающий человек. Я прямо как наяву увидела, как в соседних квартирах во сне задыхаются от нехватки воздуха ни в чем не повинные люди.

– Надо же что-то делать! – возмутилась я.

– Тебе что, жить надоело? И так теперь дымом все пропахнет, – цинично заметил мужчина с левого крайнего окна. Меня передернуло. Я выдернулась из оконного проема и принялась метаться по квартире. Потом мне пришло в голову, что пожарные могут ведь и не справиться с ситуацией. И тогда мне придется срочно эвакуироваться. Причем скорее всего через окно! А что в таком случае станет с моей работой?! Неужели все кончится вот так? Все просто сгорит!

«Ни за что!» – замотала головой я и побежала готовиться к эвакуации. В прихожей уже вовсю стоял дым. Я прошмыгнула в ванну, намочила водой простынку и нацепила ее на межкомнатную дверь. Хрен его знает, откуда вдруг взялась такая мысль. Но взялась. Дальше я судорожно перетаскивала в темноте распечатанные листы, присматриваясь к тексту под светом зажигалки. И книги. И дискеты с анкетами и графиками. Частично все же информация оставалась в компьютере, потому что мне всегда было лень переписывать сделанное на диски.

«Вот вам и результат! Лень – это зло», – ядовито пилила себя я, вытаскивая в темноте из ящиков все подряд и складывая это в мусорные пакеты. Если что – прежде чем прыгать на растянутое полотно, сброшу эти пакеты. В общем, бегала я, бегала… а потом вдруг приехал Яша. Оказалось, что все кончилось и опасности больше нет. Действительно, в нашем подъезде подростки подожгли лифты. Зачем им это понадобилось – страшная тайна, на которую никто не даст ответа. Потому что его нет.

– Ксеня, господи! На кого ты похожа! – истерично рассмеялся Яшка, зачем-то ощупывая меня на предмет переломов.

– Между прочим, меня не ломали, а жгли! – сквозь смех уточнила я.

– Огонь потушили уже час назад. Но в подъезд никого не впускали, потому что по всей лестнице еще стоял дым. Господи, девочка ты моя, какая ты чумазая! – улыбался он. – А это что?

– Это? – Я опустила глаза на мусорные пакеты. – Собрала тут на случай экстренной эвакуации.

– Но тут же одна бумага! – удивился Яшка, ощупывая мои драгоценности.

– Ну да, это моя работа. Я сейчас провожу одно очень важное исследование. Для одного крупного общественного института.

– Серьезно? – заинтересовался Котик.

– Ага, – кивнула я. Господи, даже не думала, что буду так ему рада. Я готова была расцеловать его просто за то, что он стоит тут рядом со мной, в темноте и гари. Света в моем доме так и не появилось.

– Представляешь, вам в шахту бросили облитый бензином кусок старого покрывала. Идиоты!

– Зачем? – оторопела я. Я допускала, что произошла поломка, возможно, даже короткое замыкание. Но чтобы вот так, специально? Что ж за сволочи?

– Скорее всего, дети. Они сейчас больше похожи на зверей, особенно если собираются больше двух.

– Кошмар! – поежилась я, плотнее прижавшись к Яше. Как я и думала, он в качестве средства первой помощи привез с собой коньяк.