В мерцании свечей - Энн Мэтер

Пол позвонил Карен в двенадцать часов. Когда зазвонил телефон, она безуспешно пыталась читать журнал, сидя в гостиной материнского дома.

Обогнав мать, она вышла в прихожую и сняла трубку.

— Да? — ровным голосом произнесла она.

— Сандра в Брайтоне, — сказал Пол. — Саймон дал мне адрес. Можешь себе представить, что с ним творится. Он ничего не знал до сегодняшнего утра. А утром получил по почте милое письмецо со всеми объяснениями и явился ко мне на квартиру в совершенно безумном виде. По-моему, он тогда действительно решил с ней больше не видеться. Теперь у него вообще никаких чувств к ней не осталось.

— Ох! — тяжело вздохнула Карен. Она шепотом пересказала его слова матери, перегнувшейся через перила. Та немедленно разразилась слезами, и Карен сказала: — Пол, спасибо за все.

— Да, еще, Карен, я поговорил с Аароном Бернардом. Он хочет прийти…

— Ой, не теперь… — начала было она.

— Нет, теперь, — спокойно возразил Пол. — Он хочет прийти раньше, чем мы ожидали, где-то около двух. А затем я отвезу тебя с матерью в Брайтон за Сандрой.

Карен была поражена. Она думала, что в Брайтон за Сандрой ей придется ехать самой.

— Но… но как же Рут? — воскликнула она, вспомнив свою грубость по отношению к той сегодня утром.

— С Рут я разберусь, — мягко ответил Пол. — Тебя все устраивает?

— Конечно, устраивает! — воскликнула Карен. — Как же может быть иначе? Так когда я тебя увижу?

— Я приду с Аароном, — ответил он. — До встречи. — И повесил трубку.

Растерянная, Карен тоже положила трубку. Голос его не был сердитым, как она ожидала, и понять этого она не могла. Когда утром она покидала его квартиру, Пол был очень зол. Возможно, они с Рут обо всем поговорили, и ту позабавила эта история. Возможно, она поедет с ними в Брайтон. В конце концов, «фейсел-вега» достаточно велика для этого.

Мать утерла слезы, и Карен рассказала ей, как удалось Полу все выяснить.

— Сандре придется уехать и рожать не здесь, — продолжала Карен. — Ты ведь не захочешь, чтобы она оставалась на это время здесь, мама?

— Уехать? Да, полагаю, так будет лучше. Наверное, мы с тобой сейчас поедем за ней?

— Пол повезет нас туда. — Карен пожала плечами. — Он сам это предложил.

— О, слава богу. Я уже представляла себе сцену, которую нам закатит Сандра. С Полом такого не будет, если она поднимет шум, он, скорее всего, просто возьмет и вынесет ее на руках.

— С Полом она шуметь не будет, — уверенно заметила Карен. — Он умеет управляться с Сандрой. Мы обе это знаем.

— Да. Вообще-то очень жаль, что так полу чается. Мой первый внук. Ты не родила мне внуков, Карен, — укоризненно проговорила мать.

— Не родила, — коротко сказала Карен. — Боже, неудивительно, что Сандра живет в выдуманном мире! Ты сейчас сидишь и мечтательно рассуждаешь о ребенке, из-за которого билась в истерике шесть часов назад.

— Ты никогда меня не понимала, — объявила Мэйделин. — Неудивительно, что твой брак не удался. Ты слишком многого ждешь от людей.

Карен проигнорировала ее слова. Мать вымещала на ней свою обиду на Сандру.

— Ладно, я пойду, — отрывисто проговорила Карен, надевая пальто. — Мы заедем за тобой около трех. Хорошо?

— Хорошо, дорогая. Спасибо за все, что ты сделала.

— Не стоит благодарности, — сухо ответила Карен и открыла дверь. Она не хотела, чтобы ее благодарили, ощущая свою беспомощность и не защищенность. Ее маленький мир трещал по швам. Разве это было справедливо? Разве она не старалась перестроить свою жизнь все эти два года? Чего стоили теперь ее работа и самостоятельность?..

Вместо ленча Карен выпила кофе, а затем переоделась в облегающий узкий костюм из оранжевой шерсти. Она выглядела в нем очаровательно и была очень этому рада. Ей хотелось нравиться Полу, даже несмотря на то что в его жизни есть Рут.

Когда зазвонил телефон, Карен подумала, что это Пол, и, сняв трубку, сказала:

— Это Карен. Что-нибудь не так?

— Не так? Да, нет. Почему что-то должно быть не так? — отрывисто спросил Льюис. — Значит, ты наконец-то дома. Я полчаса пытаюсь до тебя дозвониться.

— Я была в ванной, — ответила она, — и не слышала телефона. — Ей снова не понравился его хозяйский тон. — А утром меня не было, потому что у нас снова неприятности с Сандрой.