Водитель для дочери - Елена Сокол

— Ты… что делаешь?

Зрелище было горячим, но внутренний голос в сотый раз напомнил Владу, что он обещал себе не терять голову из-за этой девчонки.

— Раздеваюсь!

— Зачем?

Ксюша стащила через голову узкий топик и бросила на заднее сидение:

— Купаться иду!

— Не рановато для купания? — Ему пришлось прочистить горло. Мягко колыхающиеся полушария ее грудей в простеньком лифчике усложняли мыслительный процесс. — Вода еще холодная, ветер неприятный.

— Солнечно, жарко, что еще нужно? — Она стянула юбку и швырнула вслед за топиком.

— Ксюш, не дури.

— А ты не нуди. — Усмехнулась она. — Твоё дело быть поблизости, вот и будь. Не мешай мне наслаждаться жизнью!

— Ты серьезно собралась купаться?

— Ага.

— Реально же холодно.

— Так и я не нагишом! — Смеясь, она припустила в лифчике и трусиках по золотистому песку к кромке воды.

Влад пребывал в полной растерянности. Эта девчонка точно была сумасшедшей! Чем чаще он приказывал себе не думать о ней, тем чаще она завладевала его мыслями и фантазиями.

— Ксюш! Ксюша, блин!

Предугадать ее поступки было делом совершенно невозможным. Это раздражало и сбивало с толку. Но это же самое одновременно манило к ней всё сильней.

— Вот безумная… — Он метался, не зная, как поступить. — Да черт с тобой!

И прямо в туфлях пошел за ней по песку.

Ксюша вбежала в воду, вздымая тысячи брызг. Солнце зажгло яркие искры в ее черных волосах. Влад наблюдал за ней, как в замедленной съемке: размеренные удары волн, обнимающих стройное тело, пенная вата прибоя, прохладный воздух, сладко пахнущий йодом, суматошные крики чаек. Всё идеально красивое, будто для него одного созданное — протяни руки и возьми.

— У-ух! — Девчонка подпрыгивала. Сражалась с волнами, смеялась, подбрасывала ладонями морскую воду. Радовалась, как дитя, и дразнила его своим свершенным телом. — Идём ко мне!

Он не мог не улыбнуться.

Угораздило же его влипнуть во всё это!

Влад любовался Ксюшей, заходившей всё дальше и дальше в воду, и никак не мог понять, как у такого негодяя, как Князев, могла родиться такая жизнерадостная и светлая дочь. У них ведь не было совершенно ничего общего!

— Влад! — Крикнула она, устанавливая рукой козырек над глазами и забавно щурясь.

— Да?

Набежавшей волной девчонку толкнуло в сторону, и она едва устояла на ногах.

— Не ходи за мной, Влад!

— Чего?

— Прощай!

Ему послышалось или… что она там сказала?

Он нахмурился, вглядываясь в синюю гладь. Море всё сильнее и беспокойнее бурлило, резкими порывами ветра гоня мощные волны к берегу. Ксюша заходила всё дальше. Пряди ее темных волос уже превратились в черные кляксы на воде. Изредка, при колыхании волн, виднелись на поверхности и тонкие, белые плечи девушки.

Парня охватило нешуточное волнение.

— Ксюша! Ксюш! Выходи уже!

Ему показалось, что он слышит ее смех. Или плач?

— Дурная! Эй, завязывай с этими играми, слышишь? Быстро сюда!

В лицо ударило брызгами, и сердце сжалось в тревоге. На миг Влад потерял девушку из виду.

— Твою мать! — Прорычал он.

И бросился срывать с себя одежду.

Костеря Ксюшу на чем свет стоит, парень торопливо скинул пиджак, рубашку, брюки. Уже на ходу скинул туфли. Лихорадочно стянув носки, швырнул их прямо на песок и бросился в ледяную воду.

Кожу обжигало от холода, соленые брызги колотили в лицо, заливали глаза. Сколько он не всматривался, не мог увидеть Ксюшу, поэтому плыл и плыл в ту сторону, где в последний раз видел ее макушку.

— Ксю… — Пришлось сплюнуть.

Сердце колотилось, как бешеное. Он готов был убить эту маленькую, несносную девчонку. И себя готов был убить за то, что допустил это.

— Ксюш… — Осекся на полуслове.

Она вынырнула совсем рядом с ним и рассмеялась.

— Больная. — Толкнул воду ладонью парень. — Ты в своем уме?!

Её губы уже посинели от холода. Теперь Ксения смотрела на него без тени веселья во взгляде.

— Зачем ты поплыл за мной?

— Ты совсем ненормальная? — Он подплыл к ней ближе.

— Зачем?

— Иди ты. — Развернулся и направился к берегу.

— А я знаю зачем! — Крикнула ему в спину.

Влад повернулся. Она качалась на волнах, точно русалка. Спокойно, горделиво. В глазах грусть, в волосах соль моря, на губах печальная улыбка.

— И что ты меня обманываешь, тоже знаю. — Ксюша слизнула с губы соленые капли и сцепила зубы. — Насквозь тебя вижу.

— В чем обманываю? — Внутри всё оборвалось.

— Что не хочешь быть со мной.

Он покачал головой.

— Всё гораздо сложнее.

— Нет, всё очень просто. Либо да, либо нет. Остальное — решаемо. — Она закусила губу.

— Нам не стоит, Ксюша. Честно. Ты и я… — Влад отвел взгляд. — Совсем не вариант.

Они покачивались вместе на волнах, точно две лодки.

— Скажи мне это в глаза. — Попросила Ксюша.

В ответ он лишь тряхнул головой:

— Ты еще совсем молодая. Ветер в голове. Как тебе объяснить…

— Испугался моего отца? В этом дело? — Ее голос отчаянными нотками зазвенел в его ушах.

— Для тебя всё это игры — вот как сейчас, взять и притвориться, что тонешь. — Влад всплеснул руками. — А я взрослый мужчина, у меня совсем другая жизнь, у меня обязательства. Мне некогда сопли подтирать тебе, воспитывать, и всё такое.

Ксюша привычно вспыхнула обидой, набрала в легкие больше воздуха, чтобы что-то выкрикнуть в ответ, но… промолчала. Лишь ее губы задрожали сильнее. Посмотрев на него еще с пару секунд, она вдруг успокоилась.

— Но ты хочешь быть со мной. Я вижу. Разве не это главное?

— Я не знаю. — Сказал Влад честно.

Тяжело вздохнул и зажмурился. Его руки и ноги в холодной воде постепенно немели.

— Тогда уходи. — Спокойно ответила Ксюша.

Он распахнул веки и оказался в плену ее глаз. Испуганных, открытых, полных страха и сомнения. Девушка одним только взглядом говорила ему о переполняющей ее любви: «Я — твоя». Влад и сам, сколько не сопротивлялся, чувствовал точно также. С первой секунды, как ее увидел, ощутил себя другим человеком.

Всё сложное при взгляде на эту девушку превращалось в простое, всё обыденное — в истинное волшебство.