Влюбиться в снегурочку - Наталья Шагаева

Агния 

- Отпусти, я не к тебе! - дергаю рукой, пытаясь вырваться. Да, мне страшно, но я стараюсь этого не показывать.

- Не соскучилась, значит, - ухмыляется Паша, перехватывает меня за плечи и резко вжимает в грязную стену.

- Отпусти! – толкаю его в грудь, он отшатывается, но резко наваливается на меня снова. – Отпусти или я буду кричать! – угрожаю я, но уже кричу, морщась от бьющего в нос перегара. Сгибаю коленку, чтобы ударить ублюдка в пах, но тот успевает подставить ногу.

- Прыткая, я смотрю, стала. Что, любвничек наглости научил? – язвительно рычит в лицо. Опять хватает меня, больно впивая пальцы, и резко разворачивает лицом к стене. Снова наваливается, чтобы не дергалась, и заламывает руки. Больно. Из глаз брызжут слезы от обиды и страха.

- Что тебе еще от меня нужно?! – всхлипываю, понимая, что сопротивляться бесполезно, осталось надеяться только на то, что кто-то выйдет. А Паша сдирает с меня шапку, кидая ее куда-то на грязный пол, дергает за волосы и гадко усмехается мне в ухо. Чувствую себя униженной и растоптанной.

Как я могла прожить с этим человеком столько времени?!

– Ты уже все у меня отобрал?! Где мои деньги за квартиру? Верни мне их! – от обиды и горечи накрывает истерикой. Понимаю, что злить пьяного Пашу опасно, но ничего не могу с собой поделать. Это сильнее. На меня вдруг обрушивается вся злость и ненависть к этому человеку. Пытаюсь вырваться, но оттого еще сильнее болят руки. Он так сильно их сжимает, что начинают неметь кисти. – Сволочь! Мразь! Тебе все вернется! – кричу, пытаясь привлечь к себе внимание.

- Рот закрой! – яростно рычит ублюдок, немного отрывает меня и вновь вколачивает, ударяя виском об стену. В глазах темнеет, голова кружится, и я начинаю оседать. Паша не позволяет мне упасть, снова наваливается на меня всем телом. – Не заткнёшься - покалечу! – шипит мне в ухо, а я уже слабо соображаю, голова болит, дышать трудно, слезы застилают глаза. – Вот так. Будешь послушной - все у нас будет хорошо, - вкрадчиво шепчет он мне на ухо и противно облизывает мочку языком. Морщусь и закрываю глаза. - Любовника ты нашла себе упакованного, я тут пробил за него. Молодец, видимо, хорошо ноги раздвигаешь, - ржет мне в ухо. Так противно, что начинает тошнить. – И чего недотрогу из себя строила, мне не давала? Цену, сучка, набивала? – Он просовывает руку мне под куртку и сильно сжимает бедро.

- Не надо, пожалуйста, - пищу я.

- А что? Даешь только тем, у кого есть бабки? – злится и пытается залезть мне в штаны.

– Ну, пожалуйста, - из горла вырываются рыдания. Страшно и гадко. Вновь пытаюсь дернуться, сделать хоть что-то, чтобы остановить его. Хоть что-то…

- Будешь послушной - не трону, - шепчет он мне. - Что у нас тут? - хватает меня за палец и сдирает с него кольцо.

- Нет! – вскрикиваю. – Верни! Это… - глотаю воздух. – Бери все, что хочешь, в сумочке есть немного денег, телефон, цепочку возьми. Кольцо не тронь! – оно кажется мне таким дорогим и ценным, словно я отрываю часть себя.

- Ммм, как запереживала. Конечно, тут брюлик чистейший. Тысяч триста стоит, не меньше!

- Верни! – начинает трясти от рыданий. Я просто не могу отдать ему кольцо.

- Ой, да не ной, - он отпускает меня и отходит на пару шагов назад. Разворачиваюсь и вижу, как Паша прячет кольцо в карман. – Купит тебе твой мужик еще, если хорошо попросишь. - Уже не убегаю, самое ценное он у меня отнял. Да и ноги не держат, накатывает такая усталость, что хочется сползти на грязный бетонный пол и рыдать. – Слушай меня внимательно, сестренка, - мерзко ухмыляется он. - Через месяц принесешь мне еще тысяч двести, - распахиваю глаза и отрицательно качаю головой. Он бредит? Я больше ни на шаг к нему не подойду. - Принесешь. Иначе я знаю, где тебя искать, - угрожает мне Паша.