Эскорт по-новогоднему - Нора Славская

— Ты про Алису? — я встала, и чтобы чем-то занять руки, решила приготовить бутерброды. Достала из холодильника ветчину и сыр, и прошла мимо Вадима, к столешнице.

— Да. Ты знаешь фамилию Алисы? — как-то хрипло спросил Железнов.

Обернулась на его голос, и встретилась с горящим взглядом, который обследовал меня с ног до головы. От этого взгляда, у меня запылало лицо, и горячая волна прокатилась по всему телу. А осела, где-то внизу живота. На мне хоть и был надет, лишь короткий атласный халатик, но смотрелось всё довольно прилично. Не считая голых ног и выпирающих сосков. Но, так как халат был чёрного цвета, то такая бесстыдная реакция моей груди, на рядом сидящего мужчину — не сильно бросалась в глаза. Только вот, кому-то было по барабану на цвет моего халата. Он всё заметил и успел хорошенько разглядеть. Пришлось отступить на несколько шагов и прижаться к столешнице. Во избежание, так сказать.

— Видела статью, про ваш с Алисой разрыв. А вы разве не год назад расстались? — пыталась взять себя в руки и не показывать, как реагирую на него, но голос всё-таки слегка дрожал. И, конечно же, Вадим это заметил.

Встал, подошел вплотную, и положил руки с двух сторон от меня, нависнув каменной скалой. Я по привычке задрала голову и уперлась взглядом в его глаза, которые находились буквально в десятке сантиметрах от моих. Дыхание участилось. Причём, у обоих. Когда ему надоело играть в гляделки, он наклонился к моему уху и выдохнул:

— Следила за мной в интернете? Значит, тоже скучала…

— Много чести. Подруга показала. Нравятся ей, знаешь ли парни, из состоятельных семей. Вот и следит за их жизнью.

— А тебе значит, не нравятся?

— Не очень. Терпеть не могу мажоров! — выдохнула ему в губы и поднырнула под руку, освобождаясь. Отошла на безопасное расстояние и ехидно улыбнулась.

— Коварная! Чем же мы тебе так не угодили? — Вадим развернул корпус в мою сторону и облокотился на столешницу, поигрывая мускулами. Пижон!

— Вседозволенностью, эгоистичностью, надменностью… Мне продолжать?

— Достаточно.

— А жаль. У меня много ещё «приятных» эпитетов припасено, для вашего брата.

— Не стоит ровнять всех под одну гребёнку. Я не такой, — видимо, на моём лице отразилось что-то такое, что заставило его признаться: — Нет, не отрицаю, я далеко не положительный герой, которого можно не задумываясь знакомить с родителями, но я и не так плох, как ты успела себе надумать. Благо, рос я, со старшим братом, хоть и двоюродным, но я его всегда считал родным. Именно благодаря ему, я не вырос каким-нибудь выродком, у которого на уме только бабло и тёлки. Или наркоманом, например.

Я затаила дыхание, и молча слушала откровения Вадима. Для меня такое доверие, было более ценным, нежели его оправдания и извинения. Но просить прощения, ему всё же придётся, так как есть за что.

— У меня далеко не идеальная семья. И мой отец — тот еще говнюк. Всю жизнь изменял матери. Поэтому, я — не приемлю измен. Ни в отношениях, ни, тем более, в браке. Учти это, на будущее, — он устало вздохнул и тяжело опустился на стул. — И наверное, все из-за того же, хренового семейного примера, не получаются у меня нормальные отношения. Как-то так, — Вадим поднял взгляд и с какой-то затаенной надеждой на меня взглянул.

— У тебя усталый вид, — заметила я.

— У тебя тоже, — парировал он.

— Ну, со мной-то всё понятно. Это мой привычный вид после работы. А с тобой что?

— Экстренно решал дела и летел к тебе на всех парах, — усмехнулся он.

— Ну-ну! Слушай, тебе не кажется, что 6 утра — это не совсем подходящее время, для адекватного восприятия информации?! Может, продолжим на ясную голову? — предложила я.

— Полностью с тобой согласен. Я уже готов заснуть даже в таком положении.

— Хорошо. Я так понимаю, отправляться восвояси, ты не собираешься?

Я прошла к столу и стала убирать чашки, с так и недопитым чаем. Вылила остатки чая в раковину, а чашки убрала в посудомойку. Нужно будет завтра утром её запустить, а то посуды накопилось уже прилично. Даже как-то неудобно стало, перед Вадимом. Почувствовала себя никчемной хозяйкой. Хотя, с чего бы это? Мой дом. Что хочу то и делаю, ну, или не делаю.

— Правильно понимаешь. Я слишком соскучился, — не успела я опомниться, как он уже стоял рядом и сжимал меня в объятиях. Затрепыхалась, пытаясь освободиться, но куда мне, против такого бугая. Пришлось бить тем, чем я могла с ним конкурировать, а именно — словом.

— Вадим, если ты думаешь, что я до сих пор не выгнала тебя, потому что простила, то ты глубоко ошибаешься. Я всего лишь, дала тебе шанс объясниться. Но, ничего не мешает мне, выгнать тебя сейчас, если ты продолжишь распускать руки. Я понятно изъясняюсь?

— Более чем, — ответил он, убирая руки с моей талии. — Знай, мне будет невероятно сложно держать себя в руках, учитывая то, что я не нащупал белья, под твоим халатиком. Меня это волнует, — сказал, и незамедлительно продемонстрировал, в каком месте его это волнует, прижавшись пахом к моему животу.

— Ты нарываешься! Может всё-таки тебя выгнать? — пригрозила я, а сама поглубже вдохнула его неповторимый мужской запах. До чего докатилась, нюхаю мужика! А дальше что? Облизывать его начну? Жуть-то какая!

— Ладно-ладно! — он поднял руки, как бы сдаваясь и с неохотой, отступил в сторону. — Ну что ж, веди, показывай наше ложе! — пафосно произнес и подтолкнул меня к выходу.

Выходя из кухни, решила прояснить ситуацию, не оборачиваясь:

— Ты губу-то не раскатывай! Никакого «нашего» ложа — нет! Есть моя кровать, которая находится в моей комнате, а есть диван, в гостиной, который с удовольствием приютит тебя на остаток ночи. Точнее, на утро.

Мы зашли в комнату, которая, у нас со Светой, именовалась гостиной и я решила побыть гостеприимной хозяйкой. Подошла к дивану и подняла одну его часть, в которой хранилось постельное бельё для гостей и запасные подушки с одеялами. Наклонилась, доставая нужное, услышала рваный вздох за спиной и сказанное хрипло:

— Больше так не делай, а то я не сдержусь.

— Что не делать? — не поняла я.

— Не наклоняйся.

— Пфф, — фыркнула. — Если что-то не нравится, не задерживаю.

— Мне-то как раз всё нравится! Только, ты должна быть готова к последствиям своих провокаций, — произнес он, приближаясь.

— Стой, где стоишь!

— А то ты меня выгонишь. Я помню, — остановившись, Вадим криво усмехнулся и скрестил руки на мускулистой груди. — Мне бы душ принять. Я к тебе сразу после аэропорта.

— Да, конечно. Идём.

Возле ванной, пропустила мужчину вперед и, указав пальцем на предмет мебели, сказала:

— Чистые полотенца в том шкафчике.

— Понял. Спасибо.

Когда я уже собиралась уходить, он добавил: