V-8: право на свободу - Алекс Хилл

Трудно поверить в счастье, когда всю сознательную жизнь не знал, что это такое, и не думал, что достоин его. Почитав несколько десятков книг о любви, я даже не надеялась на подобный поворот в собственной жизни, но он случился. Прямо сейчас. Лежу в крепких теплых объятиях мужчины и слушаю его приглушенный голос.

Рассказы Дэниела льются, подобно спокойной реке. О детстве, семье, времени, проведенном в университете, рабочих днях. Чувствую себя спокойно и, наконец-то, могу дышать полной грудью, не боясь, что перекроют кислород. Это и есть влюбленность? Или уже куда больше?

То, что произошло между нами сломало много барьеров, но не все. И у меня, и у него, еще остались стены. Чувствую их по затяжным паузам в разговорах и минутам тишины, когда Дэниел крепче прижимает меня к себе, словно боится, что я могу исчезнуть или сбежать.

— О чем ты думаешь, Ви? — спрашивает Дэниел, проводя кончиками пальцев по моему позвоночнику и рассыпая теплые искорки по коже.

— Не могу поверить, что все вот так…

— Почему?

— Каковы шансы, что такие, как я, могут попасть к хорошим людям? Один на миллион. Нас покупают не для… Любви…

— Мы не выбираем в кого влюбляться. Никогда не выбираем. На все воля судьбы. Она сводит людей и разделяет их, если они не желают бороться.

— Ты веришь в судьбу?

— А ты нет?

— Нет. Я верю в людей. За всем, что происходит, стоит выбор человека. Цепочка выборов приводит к результату. Это не судьба, это жизнь. Чем больше вокруг тебя гнилых людей, тем она хуже.

— Думал, ты более романтична.

— В том месте, где я жила, о романтике думаешь в последнюю очередь.

— Но теперь ты здесь. Со мной. Они не смогут больше причинить тебе вред.

Перед глазами появляется кровавая улыбка Мадам-монстр прямиком из моих кошмаров. Эта женщина… Она сломала столько жизней. И ради чего? Ради денег? Могущества? Власти? Я сейчас лежу на диване в гостиной рядом с человеком, к которому испытываю очень сильные и нежные чувства. И это прекрасно. Почему она не выбрала этот путь? Почему не завела семью, детей? Сажала бы розы в горшках, нянчила внуков… Интересно, ее любил кто-нибудь? А она сама любила?

— Я знаю… — вздыхаю я и касаюсь губами шеи Дэниела в том месте, где бьется пульс.

Ритм ускоряется, ладони Дэниела скользят вниз по моей спине. Сливаемся в головокружительном поцелуе и вновь улетаем за грани реальности.

Просыпаюсь от прикосновения мягких губ к лицу. Дэниел целует щеки, шею, плечи. Открываю глаза и вижу его радостную улыбку в свете молодого утреннего солнца. Пахнет гелем для душа и парфюмом. Широкие плечи обтягивает белая рубашка.

— Доброе утро, красавица, — ласково произносит Дэниел. — Мне уже пора на работу, но сначала я должен отдать тебе кое-что.

Хлопаю ресницами, выплывая из состояния сна. Перед лицом появляется маленький металлический ключ.

— Ты не в клетке. Это ключ от входной двери. Возле телефона я оставил листок с номерами. Холли, дом Фишеров, Керри. Если ты вдруг захочешь поболтать или прогуляться. Там есть и мой мобильный, предупреди в случае чего.

Восторг захлестывает огромной волной, и я сдавленно выдыхаю:

— Хорошо…

— Ви, прошу тебя, не выходи одна. Через пару недель будут готовы документы и тогда…

— Дэниел, — обнимаю его за шею в приступе неконтролируемой благодарности, — спасибо…

— Пожалуйста, Ви. Мне пора. Увидимся вечером.

— Да. Я буду ждать…

Весь день ношу с собой ключ и каждый раз, глядя на него, ощущаю крылья за спиной. Всего лишь маленькая деталь. Крошечная и незначительная, но для меня… Она огромна. Я могу выйти в любой момент. Не потому что позвали, не потому что надо, а потому что так хочу я сама. Пару раз даже пробую отпереть входную дверь и улыбаюсь, как сумасшедшая, когда она открывается. Я свободна. У меня есть право на собственные решения, есть все возможности.

И все-таки не решаюсь выходить одна, да и телефон не трогаю. Не уверена, что моего звонка кто-то ждет или будет рад. Не хочу разочаровываться так быстро. Когда в пансионе нам на ужин давали десерт, что было не часто, никто из детей не спешил к нему притрагиваться. Нас научили ценить каждую мелочь, которая могла бы доставить радость. Правда, волшебства не случалось. Когда я клала в рот первый кусочек творожной запеканки и чувствовала сухой безвкусный комок, предвкушение исчезало. Вместо мечты оставалась реальность и приходило отчаяние. А сейчас передо мной целый торт. Красивый. С цветным кремом и ягодами. И мне страшно пробовать его. Вдруг на вкус он, как та самая творожная запеканка?

С каждым днем я становлюсь все смелее. Смелость, оказывается, тоже бывает разной. Ты можешь не бояться драк, спуститься в подземелье к дракону, но боишься обнять человека, который тебе дорог, или позвонить тому, кого хочешь услышать. Дэниел здорово помогает мне. Его чуткость и трепетность придают сил. Учат жить по-новому.

Вместо домашнего телефона у меня появляется мобильный, и не только у меня. Теперь с Кейси я могу связаться в любой момент, будь то звонок или сообщение. Это куда круче, чем дыра в стене. У подруги все прекрасно. Ее влюбленность в Джейка читается в каждой строчке и слышится в каждом ее слове о нем. И в один из вечеров я узнаю ошеломляющую новость — они женятся. Назначена дата, заказан ресторан. Я никогда не видела Кейси такой одухотворенной и возвышенной. Она рассказывает о подготовке, платье, количестве гостей. Намечается пышное торжество, о котором она всегда мечтала. Сказка становится явью.

И не только ее сказка…

Моя история развивается куда медленнее и более степенно, но я не жалуюсь. Как я могу? Дэниел много работает. Иногда пропадает сутками в клинике, но когда он возвращается я жду его. Всегда жду. Чтобы броситься на шею, чтобы поцеловать, припасть к груди и слушать, как прошел его день или два. Мы можем говорить несколько часов подряд без остановки. Дэниел рассказывает о пациентах, а я о том, чему научилась и что узнала. Интернет — мой хороший друг. Там есть столько всего. И я, как изголодавшаяся по информации змея, глотаю все целиком, а после медленно перевариваю.