Жестокая любовь - Наталья Соболевская

Глава 37

Когда продрала глаза и вышла из спальни, оказалось, что Кирилл давно поднял Вадика. К моему пробуждению сын успел умыться, почистить зубки, одеться и теперь сидел завтракал, уплетал за обе щёчки не хлопья, залитые молоком, как обычно, а Берман приготовил овсяную кашу, нарезал бутербродов с хлебом и маслом, а ещё какао сварил.

— Мамочка! — обрадовался мне сыночек. Подошла и поцеловала малыша в макушку.

— Что-то ты, Алиса, не в духе. Или мне показалось? — поинтересовался Берман, накладывая кашу в третью тарелку, явно для меня предназначенную.

— Тебе показалось, — соврала я, потому как действительно была не в духе. А как тут не хмуриться, если Берман, будучи мужчиной, и правильный здоровый завтрак сварил, и на стол красиво накрыл, а я так старалась для Вадика лишь по праздникам и редким выходным дням.

За стол села не сразу. Сначала приняла душ, а после, попробовав кашу, сделала вывод, так вкусно овсянку лично я никогда не приготовлю, даже если, как Берман, добавлю граммульку ванилина и нарезанных персиков, ну не получится у меня так идеально.

— Нет, Алиса, всё-таки я не ошибся, кислое у тебя лицо, — заявил Берман, когда появился на кухне, чтобы налить себе ещё одну чашку кофе.

— Кир, а откуда ты всё умеешь: и картошку чистить, и кашу варить, и убираться? Лично я думала, что ты даже не знаешь, как плита включается и уж тем более посудомойка.

— Что тут удивительного? Долгое время жил один, хочешь не хочешь, а всему научишься, — Берман с кружкой подсел на соседний стул.

— А как же привлечение рабочей силы со стороны? У Виктора Валерьяновича в доме на несколько десятков квадратных метров по горничной и в кухне несколько поваров трудится. Разве ты никого не нанимал, чтобы готовили и убирали квартиру?

— Когда жил с Викой, нанимал, когда один — нет.

— Вика это…

— Моя бывшая жена.

— Странный ты до не могу, — выдала я. — Обычно мужчины, когда женой обзаводятся, помощниц по дому увольняют, потому как есть кому постель заправлять, а ты наоборот нанимал. Почему?

— Я с трудом выношу в доме посторонних людей, а Вика не любила заниматься домашним хозяйством. Кому-то из нас надо было уступить. Вполне логично, что на жертву пошёл я, как мужчина.

Лично я с доводами Кирилла солидарна, но предположу, что девяносто девять и девять десятых процента мужчин нашей страны с Берманом бы в корне не согласились, потому как, по их мнению: стирка, уборка, готовка — святая обязанность женщины.

— Алиса, а чему ты улыбаешься? — спросил Берман.

— А мне нравится узнавать, что человек гораздо лучше, чем я о нём думала. Например, ты не такой вредный, каким хочешь казаться.

— Дядя Кирилл, а вы сегодня у нас на ночь тоже останетесь? — залетел Вадик с вопросом на кухню, ведь ему ещё никто не сообщал, что Берман перебрался к нам насовсем. Мы с Кириллом договорились постепенно приучать Вадика к переменам в его жизни.

— Я и сегодня, и завтра останусь, — сказал Кирилл, и детский довольный писк чуть не оглушил.

— Ура!

Когда приехала на объект, в дом Виктора Валерьяновича, каждый мой работник, который попадался на пути, говорил одно и то же, а именно, чтобы как можно скорее встретилась с хозяином дома.

Стучась в кабинет Виктора Валерьяновича, готовилась к выволочке за то, что несколько дней не появлялась, даже слышала в голове голос, как мужчина ворчит и ругается.

За дверью же ожидания не оправдались. Виктор Валерьянович, заметив меня, расплылся в улыбке, встал с кресла и чуть ли не подбежал, чтобы обняться со мной.

— Алиса, доченька, как же ты порадовала меня, я теперь с тобой за внука до конца дней не расплачусь, — мужчина так крепко меня сжимал, что думала ещё чуть-чуть и какая-нибудь косточка треснет.

— Виктор Валерьянович, вы меня сейчас просто раздавите, — простонала я, и тут же получила свободу и приглашение присесть.

— Проси что хочешь, ограничений нет, всё дам, — заявил Берман-старший и видно, что не пошутил.

Вообще-то я не тот человек, что любит за чужой счёт повеселиться, но, вспомнив все подколки мужчины в свой адрес, не удержалась и выдала:

— Может, свой дом подарите? Очень уж он мне по душе.

— Не вопрос, когда поедем переоформлять? — Берман-старший вновь поднялся с кресла, показывая, что готов дом переписать прямо сейчас.

— Да вы что, Виктор Валерьянович, сядьте, пожалуйста. Пошутила я, неудачно, конечно, но пошутила.

— Тогда чего же ты хочешь? — поинтересовался мужчина, а когда наотрез отказалась что-либо выбирать, начал сам предлагать варианты.

Чем только меня не соблазняли: и деньгами, и новым жильём, и долей акций в семейной фирме Берманов. Пришлось угрожать Виктору Валерьяновичу тем, что обижусь, если он немедленно не прекратит.

— Ну ты, Алиса, подумай. Моё предложение срока давности не имеет. А ещё ничего не планируй на следующую субботу, мы с Киром остальных членов семьи в известность не ставили относительно Вадика, а в выходной я всех за одним столом соберу и расскажу, что имею ни одного внука, а двух.

Пришлось говорить Виктору Валерьяновичу, чтобы придержал лошадей, и свой ужин раньше следующего месяца не планировал. Ведь мы с Кириллом решили действовать постепенно. Сначала скажем сыну, что у него есть отец, а когда он с этой новостью справится, и об остальных родственниках сообщим. Старший-Берман сопротивлялся, но подождать согласился. Оказалось, что когда Виктору Валерьяновичу надо, он умеет быть сговорчивым и тактичным, только вот надолго его не хватает. Когда он провожал меня до машины, ляпнул такое, что чуть не упала:

— Алиса, вам с Киром надо обязательно ещё дочку родить!

— Виктор Валерьянович, вы что такое говорите, — с претензией произнесла я. — Не обижайтесь, но вашего сына на дух не перевариваю. Терплю его в квартире как соседа исключительно ради Вадика, будь на то моя воля…

— Ой-ё-ёй, ну зашипела. В прошлый же раз как-то быстро договорились и ребёнка заделали, и сейчас уверен — споётесь, — выдал прогноз старший-Берман, и я от возмущения как индюшка надулась, а чем бить в ответ — понятия не имею. Ведь шесть лет назад не от открытой форточки забеременела Вадимом, а вполне традиционно и помог мне в этом не кто-нибудь, а Кирилл. — Всё, Алиса, прячь коготки, уж кого-кого, но тебя обижать никак не собирался. Но имей в виду, на внучку всё-таки рассчитываю.

Закатив глаза, фыркнула и, чтобы не доводить дело до ссоры, уехала.

Внучку ему подавай. Ещё чего, размечтался. Может,