Три подарка для ведьмочки - Ева Геннадьевна Никольская

И был мой «дядя» в этом их загадочном ордене всеми любим и весьма уважаем. Особенно он сблизился там с Валем и Андреасом. С первым на почве демонологии, по который имел ученую степень, а со вторым – просто потому что нравилось общаться, обсуждая последние мировые новости и новые проекты часовщика за чашечкой кофе с капелькой коньяка.

Соседями, полагаю, они тоже не просто так стали, выбрав для жизни (и работы) хороший тихий райончик, где обитали в основном представители среднего класса. Жизнь текла своим чередом, пока… Филипп не умер. Героически, как по мне! Вырубил с помощью чар Андреаса, забрал у него уникальный артефакт и уничтожил с его помощью ферму големов, организованную одной ушлой (и амбициозной) некроманткой в пограничье между двумя мирами: нашим и преисподней.

Вообще-то, взорвать ферму было миссией мастера. Он же в ордене штатный артефактор, а Филипп, как и другие маги, должен был его прикрывать, страхуя от нападения големов или демонов, с которыми снюхалась проклятая колдовка. Но, будучи опытным демонологом (гораздо более опытным, чем Валь) мой родственник предпочел минимизировать потери, ибо знал, что, в противном случае, они погибнут оба.

Во всяком случае, именно так он написал Андреасу в прощальном письме, доставленном ему магопочтой после инцидента. И о моем скором приезде тоже там упомянул. Будто знал наверняка, что должно произойти. Хотя почему будто? Он же маг! Вполне мог увидеть вещий сон, как Марьяна. Или обратиться к какой-нибудь толковой ясновидящей, предсказавшей его скорую кончину. А может, просто давно решил, что отдаст жизнь за спасение напарника, если сложится такая ситуация, ну а квартиру завещает мне. История же про смерть от тяжелой болезни оказалась всего лишь легендой, заранее заготовленной для друзей и родни.

Так-то! Хорошо, что я расследовать ее не взялась – потеряла бы кучу времени.

Уничтожением фермы големов занимались не только Фил с Андреасом, но и другие маги времени, в том числе и Валь. Он-то и нашел моего соседа слегка контуженным, но вполне живым, в то время как в портал с готовым взорваться артефактом прыгнул его наставник. Один, без напарника, наличие которого обязательно в подобных ситуациях. Неудивительно, что господин фон Герц до сих пор точит зуб на моего соседа.

Больше скажу: сам Андреас все эти годы тоже жил с чувством вины за гибель Филиппа. Потому и оберегал меня, выполняя его просьбу: например, прикрывал от законников, приплачивая некоторым, чтобы «не замечали» мою торговую деятельность. А еще перед воблой оправдывал и примирял с недовольными соседями. Да много чего делал, о чем я знать не знала. И сейчас бы не узнала, не реши Вальдемар Сигизмундович сдать с потрохами бывшего приятеля. Правда, непонятно с какой целью. Если хотел вызвать во мне неприязнь к Андреасу за то, что тот тайно участвовал в моей жизни, подчищая косяки, ничего у него не вышло.

Сам Валь в городе нашем тоже появился не случайно. Приехал, когда ордену Времени стало известно о рождении Мурмизулии. До этого маги отслеживали несколько дальних родственников погибшего Филиппа, и среди них был ведьмак посильнее меня, но териоморфного духа из яйца удалось вырастить именно мне, а это заметно увеличило и мои силы, и шансы стать сосудом для загулявшего дара. Так в нашей славной академии и появился новый преподаватель. Вернее, наблюдатель, задачей которого было определить: являюсь ли я наследницей «дядюшкиного» дара или мне от него досталась лишь квартира. Вот он и донаблюдался, что решил стать моим учителям не только в стенах ВУЗа, но и вообще.

Какую личную выгоду получат Андреас с Валем, если я выберу одного из них наставником, мне так толком и не объяснили. Но ощущение, что выгода эта есть, и кроется она не только в желании обновить состав их тайной организации, меня не покидало. То, что оба радеют исключительно за целостность ордена, полный состав которого необходим для получения силы из какого-то там магического источника, я, без сомнения, верила, но… слишком уж рьяно они соперничали за право меня обучать.

Когда же я предложила для урегулирования конфликта назначить мне в опекуны кого-нибудь третьего, оба мага проявили завидное единодушие, заявив, что это не только хлопотно, но и опасно: вдруг человек, желающий присвоить мой дар, маг времени. Откуда-то же у него был амулет, позволяющий големам игнорировать чары Андреаса, верно? Свои же претензии на мой новый дар оба категорически отрицали, даже поклялись для пущей убедительности, что Мурмизулия охотно засвидетельствовала.

Хоть какая-то гарантия, м-да.

Там же…

Мужчины о чем-то негромко спорили на кухне, пока я предавалась размышлениям. Ферма големов, некромантка, гибель «дяди», дар мага времени… информации было много, и она с трудом укладывалась в голове, но при этом возникало ощущение, что я что-то упускаю. Будто не хватало какого-то кусочка мозаики, чтобы картинка окончательно сложилась. Перед глазами то и дело вставала драка, случившаяся на выставке ледяных фигур. Сменивший масть сосед, растоптанная роза, четыре жутких близнеца и… кто-то пятый!

Вскочив, я чуть не свернула столик, на котором стояли варенье, пустые розеточки и чашки. Пирожные Мурмизулия так и не предложила гостям.

– Ос-с-торожней, – зашипела киса, задремавшая на диване в обнимку с недоеденным эклером, но я не обратила на нее внимания.

– Вспомнила! – воскликнула, вбежав на кухню, чтобы заметить, как поспешно Валь отдернул скрученную фигу от лица Андреаса. Опять что-то не поделили! Надеюсь, не Муркин борщ?

– О чем вспомнила, Суворова? Про очередное покушение, которое не удосужилась упомянуть? – насмешливо поинтересовался преподаватель.

– Да… то есть нет, а вы… впрочем, ладно! – Я тряхнула волосами, решив закрыть глаза на их разборки и вернуться к проблемам собственным. – Сегодня в парке, помимо големов, был кто-то еще. И этот кто-то тоже не подчинялся магии времени. Стоял у ворот и наблюдал за происходящим. Когда появился Вальдемар Си… то есть Валь, – поймав его выразительный взгляд, исправилась я, – незнакомец исчез. Или незнакомка. Человек был слишком далеко, я не смогла его толком рассмотреть. Андреас, вы его видели? – обратилась к часовщику.

Тот отрицательно мотнул головой, хмуря брови, отчего на лице его, заметно помолодевшем в последние дни, появились добавляющие возраст морщинки. В этот момент мне подумалось, что он все-таки старше Валя, хотя думать следовало совсем о другом.

– Неспокойно в небес-с-сном королевстве, – процитировал слова детской песенки фон Герц, имея в виду, что назревает нечто плохое. Хотя куда уж хуже! – А я говорил,