Веский довод - Стефани Лоуренс

Ненастные мартовские дни, во время которых шли приготовления к свадьбе, внезапно, как по заказу, сменились хорошей погодой в день бракосочетания. Доминик сидела со своим отцом в белом свадебном лимузине и смотрела, как греются в лучах солнца воробьи.

Церковь была так же полна народа, как и во время венчания Карен. Но когда Доминик шла к алтарю по узкому проходу, ее обуревали совсем другие чувства, чем те, которые она испытывала, шагая за сестрой в качестве подружки невесты. В церкви, украшенной весенними цветами, стоял запах свежести. На этот раз Доминик не надо было опасаться, что она наступит на шлейф платья невесты, потому что невестой была она сама.

А у алтаря ее ждал жених — самый потрясающий мужчина в мире. Когда она поравнялась с ним, Конрад обернулся. Даже сквозь полупрозрачную фату Доминик видела, как сияют его глаза.

Идя навстречу пожеланиям своей семьи, соблюдавшей старые традиции, Доминик не разрешила Конраду видеться с ней сегодня до венчания. Но ей так не хватало его, когда она надевала атласное, отделанное кружевами подвенечное платье!

Сегодня ночью Доминик была полна решимости наверстать время, проведенное врозь с Конрадом. Сколько часов они не виделись? Но священник уже начал задавать вопросы и ей пришлось сосредоточиться на этом важнейшем моменте ее жизни.

Господи, ну неужели так необходимо спрашивать, хочу ли я выйти замуж за Конрада Бартона? — недоумевала Доминик. Разве не видно, что я люблю его и что никакая сила в мире не может заставить меня отказаться от брака с ним?

В церкви внезапно наступила мертвая тишина. Все ждали ее ответа на вопрос священника.

— Я, Доминик Барнес… — начала она звонким уверенным голосом, который эхом раздавался во всех уголках храма.

На паперти к Доминик с поздравлениями подходили родственники, которых она помнила весьма смутно, а имена тех, кого она вообще не узнавала, мать шепотом подсказывала ей.

Среди поздравлявших были и старые школьные друзья, которых Доминик не видела много лет, и несколько сотрудников Бейбиз Хоспитал, приехавших из Нью-Йорка.

Карен, сфотографировавшись с женихом и невестой, ушла кормить свою малышку Пегги. За девочкой присматривала сестра Грега. Она обожала свою крошечную племянницу и добровольно вызвалась сидеть с ней, когда Карен была занята в клинике.

— Как ты? — шепнул Конрад Доминик, легонько сжимая ее пальцы.

— Вздохну свободно, когда вылезу из этого платья, — так же тихо ответила она и сверкнула счастливой улыбкой, когда увидела направленные на нее объективы фотоаппаратов.

— Я помогу тебе расстегнуть пуговицы, — с ухмылкой пообещал Конрад.

Доминик рассмеялась, и в этот момент щелкнула одна из камер.

— А где Чак?

— Они с Билли попросили разрешения снять пиджаки, и я, конечно, разрешил. Наверное, гоняют мяч на поле с одним из сыновей Грега.

— Но Чак не снялся вместе с новобрачными… — начала было Доминик, но вовремя спохватилась, поняв, что ведет себя точь-в-точь как ее мать. — А, к черту все эти условности! Мы сфотографируемся с ним не раз в Диснейленде, правда? Ты не жалеешь, что Чак и Билли поедут с нами в свадебное путешествие? Так ведь не принято…

Конрад поцеловал ее в кончик носа.

— С каких это пор мы с тобой стали жить по правилам? Все будет в порядке. Мы не станем торчать все время в Диснейленде. Поваляемся какое-то время на пляже, поплаваем. Потом вернемся в номер отдохнуть немного, а мальчишки тем временем проведут время в юношеском клубе при отеле. Я уж не говорю о лунных ночах, когда мы будем лежать, обнявшись, и прислушиваться к шуму прибоя…

— Какая заманчивая перспектива! Знаешь, я рада, что мальчики будут с нами. Чак ведь вырос с Билли, они стали как братья.

— А не подумать ли нам о том, чтобы подарить ему родного брата или сестру? Как ты считаешь?

Конрад нежно обнял ее и поцеловал в губы. Этот снимок впоследствии признали лучшим из всех свадебных фотографий. Все, кто его видел, единодушно пророчили: много лет спустя потомки Конрада и Доминик будут смотреть на фотографию и восхищаться, как сильно любили друг друга эти двое.