Фэйк - Елена Шарни

Хорошо, хоть Тина здесь.

– Что случилось?

– Да…ничего.

– Эй, подруга – я быстро приблизилась к ней – Ты забыла, как на днях спасала меня рвотным пакетиком? Теперь, похоже, мой черед. Чарли выбежал и даже гитару не взял – здесь что-то не то…что он сделал? Опять крал еду? Наорал на тебя? Занимался сексом с Элл на нашем коврике у двери?

Тина опустилась на диван.

– Это не он…это я. Ох, Вирджиния я сделала такую глупость…это …я даже не понимаю как, мне так стыдно.

Уже интересно. Я села рядом с ней на диван и сжала ее ладонь.

– Ну, мой рекорд тебе не побить – так, что рассказывай.

Тина собралась с духом и начала:

– Сегодня днем…я заскочила на ланч домой и…здесь был Чарли…и он ел яблоко.

– Да, Тина…это действительно ужасно, ты права.

– Ой…– она закрыла лицо руками.

– Я просто пыталась тебя развеселить – я отняла руки от ее лица – Кажется, это не вся история, рассказывай дальше.

Тина сделала глубокий вдох.

– Он ел яблоко, а потом наклонился, чтобы завязать шнурки на ботинках и…луч солнца проник сквозь жалюзи и солнце так осветило его дивные светлые кудри, которые заблестели словно у ангела и я…я сделала это.

– Что ты сделала? – я еще не отошла от поэтического описания волосяного покрова своего брата.

Тина сглотнула.

– Я погрузила ладонь в его волосы и…погладила по голове.

Сцена и правда получилась двусмысленная, да тут уж ничего не скажешь и не истолкуешь по-другому, этот неожиданный прилив нежности.

– А что он? – во мне еще теплилась робкая надежда, что Чарли, вдруг прозреет, поймет, что по уши влюблен и поцелует Тину.

– Ничего…но он ТАК на меня посмотрел, мы оба испугались…а сейчас нам стыдно и мы не можем находиться в одном помещении – о боже, я погибла.

Она опять закрыла лицо руками.

– Ничего, мы что-нибудь придумаем. Скажем, что ты в тайне мечтаешь быть парикмахером и решила опробовать на Чарли новый метод массажа головы или… – я поджала под себя ноги – Мы найдем синдром, назовем его «синдромом неожиданных действий», и выясниться, что мы обе от него страдаем, и он обостряется в присутствии мужчин – ты лезешь людям в волосы, а я лгу и бью их.

– Вирджиния… – простонала Тина и опустила лицо в подушку.

– Извини, вообще Чарли с волосами не везет, он все мечтал отрастить шевелюру, как у Курта Кобейна, а я однажды залепила ему туда жвачкой, да так умело, что пришлось брить налысо, а по-правде – я вздохнула – Думаю, тебе стоит рассказать все брату, все о своих чувствах. Это будет очень нелегко, но по крайней мере, тебе станет легче.

– Я скажу…только дождусь определенного знака.

– Что небеса разверзнуться, звезды расступятся и сложатся в орнамент «Вперед, Тина»?

– Перестань.

– Хочешь, я с ним поговорю?

Телефон. Задорный Geronimo на моем рингтоне сейчас явно не к месту. «Саманта».

– Привет, Сэм…знаешь, я сейчас немного занята и…

– Вирджиния, это Карл.

– Карл? – от неожиданности я едва не подпрыгнула – В чем дело?

– Я звоню с телефона Саманты, потому что так быстрее – и опять этот противный вечнободрый тон коммивояжера, который хочет продать чудо-массажер или овощерезку. Хорошо, что Карл сейчас не видит выражение моего лица – Она говорила, что мы планируем сделать небольшую презентацию для клиентов, инвесторов и жителей города на месте застройки, так сказать продемонстрировать преимущества нашего проекта на месте?

– Да, я уже начала кое-что планировать и через полтора месяца, как говорила Сэм…

– Мы немножко изменили планы, придется несколько ускориться.

– О…ну хорошо, я думаю, что будет тяжело, но через месяц…

– Вирджиния, презентация будет уже послезавтра.

Ночной клуб «Карамба» утром выглядел совсем не так, как в темное время суток. Это словно попасть в нужное место, но в совсем ненужное время – ну, к примеру, задержаться подольше на рождественском празднике и застать тот момент, когда Санта Клаус снимает бороду из ваты и с наслаждением затягивается сигаретой, а эльфы ругаются матом и пересчитывают заработанные деньги.

В «Карамбе» было темно, но не так темно, как ночью. Тогда все пространство клуба то и дело озаряют разноцветные огни от сотен лампочек. Нет, здесь было как-то серо – из-за пробивающегося в закрытые окна и щели утреннего солнца.

Чарли со своей группой играл в «Карамбе» каждые понедельник и среду – убийственное для клуба время, когда приходит меньше всего посетителей. К тому же, он делал это совершенно бесплатно – вместо денег группе Speed разрешали репетировать здесь рано утром, когда никого нет. В остальные вечера в клубе играла более известная группа, а по выходным тут пели караоке – самая бесполезная и глупая затея на мой взгляд. Как японцы вообще могли такое придумать?

– Еще раз, ребята, соберитесь! – командовал Чарли на сцене.

– Нет, я не пойму – упитанный рыжий ударник Хэнк повертел в руках барабанные палочки. Этот трюк он проделывал каждый день, и каждый раз палочки неизменно высказывали из его ладоней и падали на пол. – Почему мы должны начинать с «Сердца в тостере» и так редко поем мою песню – «Ты отказала мне три раза»?

– Потому что там ни одного приличного слова, один мат – возразил мускулистый басист с ирокезом по кличке Пайк, который каждую нашу встречу с завидным постоянством пытался затащить меня в постель.

– Там правда жизни – недовольно отозвался Хэнк и поднял палочки с пола.

У еще одного участника группы Speed – Гарри было одно несомненное преимущество – он всегда молчал. И сейчас просто настраивал свои клавишные.

– Я думал «Сердце в тостере» – это наш хит, поэтому мы с него начинаем – Пайк почесал затылок.

– Нету у нас хита – глухим голосом подытожил Чарли и отложил гитару – Поэтому мы здесь, и в такой жопе.

Я кашлянула.

– Привет, ребята!

Они все повернулись в мою сторону, прекратив свой разговор.

– Привет, детка – Пайк мигом соскочил со сцены – Как жизнь? Как насчет постельных танцев?

Я же вам говорила – он времени даром не теряет.

– Эй! Это же моя сестра! – Чарли тоже соскочил со сцены и встал между нами. Неужели он думал, что на меня подействует магнетизм его басиста? – И у нее уже есть парень, Рауль, помните, я говорил?

Пайк пожал плечами и подмигнул мне:

– Ну, я совсем не против «тройничка», у меня широкие взгляды.

Чарли нахмурился.

– Иди лучше аккорды поучи – настойчиво порекомендовал брат и убедившись,