Милый дом - Тилли Коул

С выходом Ромео на поле, казалось, каждый болельщик начал скандировать: «Целуй, целуй, целуй, целуй» снова и снова. Вполне вероятно, возгласы слышали даже в соседнем штате. Элли схватила меня за руку, когда довольное лицо Ромео появилось на экранах. Отсалютовав рукой, он повернулся в направлении наших мест и пустился к трибунам легкой трусцой.

Наши взгляды встретились, когда он добежал до конца поля и поманил меня пальцем. Крики толпы, казалось, стали громче от его игриво-дерзкого действия.

Мои ноги уперлись в пол, меня мгновенно охватил страх. Я понимала, что мои глаза напоминали блюдца, когда я оглядывала ревущую толпу.

Я почувствовала руку на своей спине, и Касс подтолкнула меня вперед, заставляя двигаться.

– Вперед, девочка. Не заставляй его ждать перед толпой!

Я бросила на нее неприязненный взгляд, но она лишь отмахнулась от меня. Я снова повернулась лицом к полю. Ромео стоял всего в нескольких метрах от меня с голодным выражением лица, в ожидании уперев руки в бока.

– Ты можешь сделать это, ты можешь сделать это, – словно мантру повторяла я тихим голосом, когда мои ноги шагнули вперед.

Стоило мне добраться до края поля, Ромео схватил меня за руку и притянул к груди, а другой рукой в перчатке обхватил мой затылок.

Толпа слетела с катушек.

Ромео прижался своим лбом к моему, не оставляя мне иного выбора, кроме как сосредоточиться исключительно на нем, позволяя оглушительному грохоту на стадионе превратиться в белый шум.

– Привет, Мол.

– Привет тебе.

– Пожертвуешь один сладкий поцелуй на удачу?

– Если хочешь.

Его ноздри раздулись.

– Определенно. – Он наклонил мою голову и прижался к моим губам, страстно и всепоглощающе, после чего отстранился, подмигнул и побежал на поле, оставив меня стоять как безмозглую, опьяненную любовью дурочку.

На мгновение я было решила, что не смогу двигаться, но все же повернулась и, не поднимая головы, практически побежала обратно на свое место. Элли и Касс смеялись над тем, насколько я смущена. Как только игра началась, мы поднялись на ноги.

Роум провел невероятную игру. По крайней мере, так все выглядело, и, судя по легким толчкам локтем в мои бока от Элли и Касс, я была почти уверена в своей правоте. К перерыву «Тайд» лидировала на двенадцать очков, и все верили в выдающуюся победу.

Я откинулась на спинку сиденья, наслаждаясь наэлектризованной до предела атмосферой, когда поймала на себе пристальный взгляд Элли.

– Что?

Она склонила голову, оценивая меня. Это заставило меня поежиться.

– А знаешь, за все это время я ни разу не видела тебя с распущенными волосами. Длинные?

– Да, до поясницы. А что?

Ее глаза коварно засверкали.

– После игры мы сразу поедем домой.

– О’кей…

– Сегодня вы, мисс Молли, будете горячей штучкой!

– Не думаю, что, описывая меня, когда-нибудь придется использовать слово «горячая», Элли.

Судя по всему, она перегрелась на солнце.

– Это потому, что тебе никогда не показывали, как это сделать. Сегодня вечером я исправлю это упущение. У нас примерно один размер, так что можешь надеть одно из моих платьев. То, от которого Роум лишится рассудка.

– Попробуй, Моллс. Почему бы не заставить Пулю мечтать присунуть в твою аппетитную задницу! – добавила Касс, прилагая усилия, чтобы подбодрить меня.

Откинув голову назад, я громко застонала.

– Такому точно не бывать. Мы что, по-твоему, в дурацком подростковом фильме или где?

Карие глаза Элли гневно вспыхнули.

– Мои навыки макияжа не имеют себе равных. Так и будет!

Я смотрела на Элли, склонив голову.

– Ох, черт с ним! Ты меня действительно заинтриговала, даже интересно, как ты со всем этим справишься, – хмыкнула я, указывая на копну своих волос.

Она перестала хмуриться, начав пританцовывать на месте.

– Сомневайся во мне, если угодно, но Роум сойдет с ума, когда увидит тебя. Мы попросим его прийти в девять и ни минутой раньше.

– Как скажешь. Только не заставляй меня жалеть об этом!

Второй тайм начался, и наша команда в результате победила. После матча Ромео, как обычно, давал интервью, но звание лучшего игрока получил Остин, отчего Лекси пребывала в радостном припадке.

Я стояла на своем месте, ожидая, пока толпа успокоится, чтобы сообщить Ромео об уходе. Хлопнув по спине своих товарищей по команде, он побежал в мою сторону. Оказавшись рядом, он поднял меня и закружил под мужское улюлюканье и женские вздохи.

Я обняла его за шею и прошептала:

– Молодец, милый. Я горжусь тобой.

– Спасибо, – хриплым голосом, полным эмоций, пробормотал он и легонько поцеловал меня в губы. Когда он поставил меня на землю, подошла Элли и обняла его, чтобы поздравить.

Роум взял меня за руку.

– Побудь тут, ладно? Я скоро вернусь. Хочу поужинать с тобой перед клубом.

– Не выйдет. Я везу ее домой, чтобы навести красоту к вечеру, – сообщила Элли, сладко улыбаясь.

От брошенного Ромео взгляда ей следовало отшатнуться в страхе, но она лишь шлепнула его по руке, бросив:

– Сможешь побыть без нее несколько часов.

Его глаза угрожающе сузились.

– Я не хочу быть без нее. Я забираю ее, конец дискуссии.

Я обняла его лицо руками.

– Поешь с ребятами и приходи к нам в девять. Пожалуйста… ради меня.

– Прекрасно! Только ради тебя. Но я буду ровно в девять, и лучше тебе быть готовой, – прорычал он и подарил мне огненный поцелуй, прежде чем шлепнуть меня по заднице чуть сильнее, чем можно было бы посчитать заигрыванием. Затем он пошел обратно на поле в мрачном настроении.

– Ну, вот, – вздохнула я. – Теперь он злится на меня.

Элли пожала плечами.

– Переживет.

– Лучше бы тебе быть правой.

– Что думаешь? – спросила Элли, позволив наконец мне открыть глаза перед зеркалом в полный рост.

– Вот это штучка! – прошептала я, глядя на девушку в отражении и ловя хихиканье подруг на заднем плане.

– О да, будь я парнем, обязательно подкатила бы к тебе! – пошутила Касс, облизнув языком губы.

– Я же говорила, что я – лучшая, – самодовольно заявила Элли.

– Так и есть, – подтвердила я, все еще пораженная зрелищем.

Элли определенно преуспела. Я даже не узнавала девушку, которая на меня смотрела. У нее были длинные гладкие волосы с легкими волнами на концах. Пряди цвета карамели и кофе создавали ощущение поцелуев солнца, а ее кожа светилась бронзой. Макияж смоуки-айз делал ее золотисто-карие глаза выразительнее, а ее фигуре в виде песочных часов необыкновенно шло короткое облегающее черное платье