Невольница Восточных пустынь. Страсть демона - Эми Мун

– Пятьдесят три?!

– Да. Демоны и ведьмы живут дольше людей. До ста тридцати или ста пятидесяти. И стареем мы очень медленно. Суфей уже в возрасте. И таким ляжет на погребальный костер.

Но он не выглядел слишком старым! Хотя… много ли она знала о демонах? Да и вообще о Восточных землях. Раньше ей казалось, что хуже места не сыскать. А теперь, если бы не происходившее, залюбовалась бы яркими звездами. Но больше того – насладилась бы чуть хрипловатым голосом, от которого внутри появлялось приятно-щекочущее чувство.

Они здесь уже несколько дней, и только полная дура не заметила бы, как Аид старается поддержать ее и отогнать страх за подругу. Как Ильва однажды пыталась подарить надежду, что Суфей невиновен.

– Нужно отдыхать, Ильва. – Ее мягко подтолкнули к палаткам. – Сегодня был тяжелый день.

– А ты?

Ильва ойкнула, прикусывая губу, но Аид услышал.

– Мерзнешь в своей постели, северянка? – шепнул на ухо. А у нее коленки ослабли. – Уговорила, я приду. Демонам тоже нужен отдых…

Щеки обжег румянец.

– Сон должен быть крепким, – промямлила, отлично понимая, какой отдых имеет в виду демон.

– Обещаю, ты заснешь о-о-очень быстро, Ильва.

И, проводив ее к палатке, Аид направился к шатру, где проходил совет.

Ильва проводила его долгим взглядом. Обычно она присутствовала тоже. Почему сейчас Аид не предложил этого? Ей нужно знать, сколько готовить зелий – запас трав не бесконечен.

Потоптавшись немного, Ильва отправилась следом за Аидом.

Спать – это хорошо, но только когда дела под контролем. А она – травница! И должна знать обо всех нуждах.

Но стоило приблизиться к шатру, дорогу перегородила стража.

– Госпожа, вас пускать не велено.

Что?!

Ильва поперхнулась холодным воздухом. Как это не велено? Всегда было можно, а сейчас нет?

– Но я…

– Простите, госпожа. Господин Аид ибн Хаир велел вам как следует подготовиться к отдыху.

Ах он… Шкура чешуйчатая! К отдыху, значит… Хорошо же!

– Как прикажет господин, – пропела елейным голосом и развернулась, делая вид что уходит.

Но вместо этого на первом же повороте нырнула между палаток и по широкой дуге принялась обходить шатер, где проходило совещание. Двигаться старалась как можно аккуратнее: тут все завалено ящиками и мешками, оставались лишь крохотные лазейки, чтобы протиснуться. Мужчина бы не прошел, а вот хрупкая северянка – вполне.

Пару раз ей приходилось выжидать, пока стража пройдет мимо. Но в итоге она подобралась к шатру. Он стоял в отдалении, около самой скалы. Но если подгадать момент…

Заскучавшие охранники очень быстро его предоставили. Мужчины увлеклись спором, а Ильва бросилась вдоль каменного навеса и забилась в узкую нишу.

Ужасно неудобно! Но зато слышно разговор. Немного.

– … Нет! Они не поверят! – донесся до нее глухой рык.

Кто из демонов это говорил, Ильва понять не смогла.

– …

Ох, а вот этого вообще не разобрать. Голоса слились в сплошное «бу-бу-бу». Как бы ей сейчас пригодилось зелье, обострявшее слух!

– … лазутчик. Главное – увести Лайан… Пещеры… Знак…

Ильва напрягалась изо всех сил, силясь понять нить разговора.

Похоже, ситуация стала критической. Бунтовщики нервничали, грозились убить Лайан. Нужен был кто-то, кто будет действовать изнутри.

Осознание пришло мгновенно. Как и план дальнейших действий. Ильва изо всех сил притиснула вмиг заледеневшие ладони к груди.

Она будет тем самым лазутчиком.

И ничего не скажет Аиду.

***

Аид

Ильва мирно дремала на его груди. Губы искусаны, щеки раскраснелись, точно бутон розы, а белоснежные локоны в совершенном беспорядке.

Сегодня девушка была на редкость тихой и послушной. Сама льнула к нему, выпрашивая ласки. Тянулась за поцелуями и стонала так сладко, что голову вело. Но все равно в синих глазах мелькал страх… Только боялась Ильва не его, а за подругу. И не зря!

Гнев, едва унявшийся после близости, обжег с новой силой.

Шакалье отродье!

Пытать беременную женщину – да насколько выгнило их нутро?! Аид знал, что бунтовщики не погнушаются всякими методами, но сегодня почтовый сокол принес страшную ношу.

Вместе с письмом, в котором ублюдки сообщали о своих требованиях, лежала фланга мизинца. Несчастную девушку искалечили!

О, их смерть будет долгой, о-о-очень долгой!

– М-м-м…

Ильва завозилась, и Аид ослабил хватку.

Нельзя будить! Ее работа воистину бесценна и за несколько дней помогла сохранить десяток жизней. Они не могли наступать армией из-за местоположения оазиса. Зато сумели взять его в осаду. Но каждую ночь случались вылазки к скалам или нападения на лагерь.

Аид осторожно соскользнул с постели и, подумав, плотнее накрыл Ильву одеялом. Пусть как следует отдохнет. Время перед расцветом самое темное… Но если солнце все равно начнет свой бег по небосклону, то как ему справиться с бунтовщиками, Аид не знал.

Разве что предложить обменять себя на Лайан. Нужно попробовать. Хотя вряд ли бунтовщики согласятся.

Одевшись, Аид вышел на свежий воздух.

– Когда госпожа проснется и приведет себя в порядок – проводите ее ко мне в штаб.

Стража вытянулась, готовая исполнить его приказ.

И с восходом солнца действительно явилась в шатер. Только без Ильвы.

– Господин, – мужчины рухнули на колени, прижимаясь лбом к земле. – Ваша наложница… Она сбежала!

***

Острый кончик кинжала давил на горло. По коже скатывались крупные капли крови, а жадные руки шарили под халатом.

– Сладкая сучка, – довольно зашипел мужик, сминая бедра.

Ильву замутило от отвращения, но она не дернулась, позволяя себя обыскивать.

Сердце колотилось, как ненормальное, голову вело. Не выдержит! Вот прямо сейчас рухнет в обморок, и ее зарежут без всякой жалости.

– Чисто, – наконец выдал ее мучитель, вытаскивая свои грязные лапы из ее одежды. – Ни оружия, ни веревок. Только травы, – и развязно оскалился.

Какая мерзость! Тошнота стала сильнее, и живот опять разболелся. Ох, только бы сосуды не повредились!

– Чисто, значит, – задумчиво повторил главарь. Но клинок не убрал. – Интересно… Или ты сумасшедшая, или опасна. В любом случае тебя лучше зарезать.

– После того, как наиграемся, – хмыкнул еще один наемник, стоявший за ее спиной.

– Дайте ее мне! – зашипел тот, кто обыскивал. – Сучка будет орать от удовольствия.

– Заткнись, Угорь, – цыкнул главарь.

Или нет… Ильве было все равно! Жизнь висела буквально на волоске, но, отлепив язык от неба, она сумела выдавить:

– Л-лайан – моя п-подруга. И если она у-умрет… Ах…

Острие клинка кольнуло глубже, и капли крови превратились в ручеек.

– Закрой пасть, девка, – прищурился мужик.

Его обветренное и некрасивое лицо еще больше скривилось, пугая до икоты.

– Но, Дракс, – заволновался третий из банды, – а если…

– И ты заткнись. Я думаю.

Секунды растянулись в вечность. Ильва не смела вздохнуть, застыв в напряженной