Кот Баюн. Стражи Междумирья - Ирина Романова

— Тише, успокойся, — подбежал ко мне кот, заглядывая в глаза. — Ты жива, это главное, но всего лишь должна поработать здесь. Тебе должны были дать свиток, без твоего согласия никто бы не прислал сюда.

— Ну да, когда мне по темечку полено-то прилетело, — потерла макушку ладонью, — голос спросил: «Хочешь жить? Пойдешь в услужение? »

— А ты что? — уточнил он.

— Я сказала «да»… Я же не думала, что умерла! — потерла глаза.

— Не плачь! — строго шикнула на меня леди. — Ты не умерла, но, вернувшись домой, умрешь, в яме, похороненная под дровами. Посмотри в карманах, должен быть контракт. Читать-то умеешь?

— Немного, — засунула руки в карманы в платье и достала свиток.

— Читай вслух, — скомандовала она.

— Нельзя! — воскликнул кот. — Эта информация — только для личного пользования! Про себя читай, а нам скажи, что сможешь, лишнего тебе магия и не даст ничего произнести.

Начала читать про себя, отвлек кот, брезгливо отряхивая лапки от нанесенной мной грязи, стало неловко.

— Ой, я бы прибрала!

— Ну, что там? — поторопила меня леди.

— Непонятно! Меня отпустят, когда я буду готова! А к чему готова, непонятно!

— Ну, и, примерно, то же самое написано и у меня… Пойдем, покажу кухню, а комната твоя, по всей видимости, вот, — она указала на новую дверь, появившуюся напротив ее. Знак на ней был… светящаяся косточка. Прямо как мой талисман, что подарила мне мама, автоматически погладила себя по браслету.

— У меня будет своя комната? — я удивленно посмотрела на них, в доме тетки я спала на лавке в кухне. Свернув свиток, положила тот сразу в карман.

— Откуда ты хоть? — кот с удивлением смотрел на меня.

— Ой, а я расскажу! — обрадовалась я.

— Тогда закройте дверь на ключ, — скомандовал кот, — и идемте на кухню!

Дверь я тут же захлопнула, повернув красивый резной ключ в замочной скважине.

— Меня зовут господин Баюн, а ее — леди Изабелла. Мы — Хранители и Стражи библиотеки! — важно заявил кот, запрыгнув на высокий стул. — Теперь ты — тоже!

Меня подтолкнули к обычному, я села, леди Изабелла налила мне чаю в очень хрупкую чашку. Дала мне два сэндвича, и только тогда присела напротив.

— Рассказывай, — позволила она…

Ну, я и рассказала. Родители умерли пять лет назад, ушли в лес, и не вернулись. Охотники, что пошли по их следу, вернувшись, сказали, что их останки они присыпали валунами, и отдали дань мертвым прямо там. А тетка, соседка, взяла меня на попечение, забрав все, что смогла, из двора родительского дома. Живность, опустошила амбар, но дом не тронула… Сказав, что духи ее накажут, что надо хоть что-то оставить сироте.

С тех пор беззаботная жизнь закончилась, и началась тяжелая, деревенская. С раннего рассвета до последнего луча вечерней зари я трудилась на благо дома и его хозяйки. Которая не забывала меня попрекать тем, что я — неблагодарная девка, за ее-то заботу…

У тетки было пять дочерей, и трое уже на выданье. Сначала она ныла, что нет приданного за ними, чтобы хоть по одной начинать отдавать из дома. А потом, прямо в первый же год моего появления, старшую отдали в соседнюю деревню. Еще через два — вторую, в этом году была просватана третья, и по осени она должна была съехать из дома.

Двое еще были совсем маленькими девчонками, подростками, я, посмотрев на то, с какой скоростью девушки выходят замуж, решилась спросить, когда меня тоже отдадут. Ведь мне тоже уже скоро восемнадцать. На что тетка сказала — «Куда тебе до моих дочек, худая, тощая, бестолковая. Кому нужна такая? Вот младшие выйдут, тогда и подумаем о тебе!».

— Ну, она права, ее дочки все красивые, статные, в теле, с густыми волосами. А я что? — оглядела свое старое с чужого плеча платье.

— Дело не в платье, — отмахнулся от моих слов Баюн, — а в том, что у тебя в голове. Она пользовалась тобой, а ты, по наивности своей, посчитала это заботой!

— Она за счет тебя и имущества твоих родителей и выдала замуж дочерей, — хмыкнула леди. Ох, и красивая она, платье на ней шёлковое, чулочки, туфельки… а уж прическа — волосок к волоску…

— Та не, это чтобы меня прокормить, ем-то я много! — не поверила я ей.

— А дом-то там остался? — она оглядела меня снова.

— Нет, год назад сгорел дотла, — покачала головой. — Гроза была, наверное, молния попала.

— А через какое время вышла замуж вторая дочь? — уточнила у меня леди.

— Так во вторник сгорел, а в субботу обвенчали их. Все еще судачили, что слишком быстро свадьба… — я уже умяла два сэндвича и, в общем-то, все еще была голодной. Просить что-то еще не решилась, а тётка не разрешала брать лишнего. Только то, что сама давала. — А еще у нас говорили… — решила рассказать им последние деревенские сплетни. Начала рассказывать, кто что сказал, какие ходят слухи, найдя в них благодарных слушателей.

— Мне пора заняться делами! — сказал кот, когда я умолкла, потому что Изабель поставила передо мной большую миску супа и тарелку с хлебом, мясом.

— У меня тоже есть дела! — потерла виски леди, поставив еще рядом со мной большую кружку с чаем и вазочку с вареньем. Затем они быстро как-то ушли, хотя я им не рассказала еще про сестру соседки, из деревни на левом берегу реки…

— Я все уберу, — сказала им в спину, так быстро они ушли из кухни. — Знать бы, куда…

— Мы все покажем и расскажем! — на столе стояли крошечные феечки.

— Вы настоящие? — я даже ложку уронила, увидев этих сказочных существ.

— Конечно! — они переглянулись и хихикнули.

— Угощайтесь, — подвинула им вазочку с вареньем.

— Ой, спасибо! — на столе появился крошечный кукольный столик, два стула и чайный набор. — А вы не расскажете, что было дальше с сестрой соседки…

— А вам точно интересно? — рассматривала я их. Все же, наверное, удачно я упала-то в яму.

— Очень! — они сложили ладони и прижали к груди.

Я ела, и успевала рассказывать все, что знала, вернее, слышала от тетки, от соседок, что приходили к чаю и посплетничать.

— А куда посуду? — в деревне я все мыла в тазу. Здесь ничего такого не было.

— Вот раковина, нужно покрутить кран, и пойдет вода, правый — горячая, левый — холодная. Мусор — под раковиной! — феечки начали летать за мной, все показывая. —