Музыка любви - Диана Денисова

И да, я не жалею, что бросила университет. Он на меня только давил. Хоть я и пошла на профессию своей мечты. Но что-то мне не зашло. Может группа, а может преподавание. Не знаю. Мне кажется, научится быть артистом или певцом, можно только на сцене. Это факт.

Влад за месяц подучил французский и уже неплохо на нем говорил. Как ни странно. Английский ему давался лучше. За второй месяц мы повторили язык, и он им владел практически в совершенстве. Я знала два языка отлично. Так что мне не за что было волноваться. Я вообще гуманитарий.

Светило солнце. Был полдень. Мы с Владом повторяли правила по французскому языку, как нам позвонили в дверь. Мы с ним переглянулись, и он пошел открывать, а я пошла медленно за ним.

В нашу квартиру зашли два человека. Этим двум людям я бы была рада месяца три назад, но не сейчас.

Родители стояли на пороге нашего дома и смотрели с осуждением на нас.

У мамы красные заплаканные глаза, а у отчима полные глаза злобы.

— Ну, здравствуйте, дети, — сказал враждебно Алекс и ввалился в дом.

Они бесцеремонно прошли в гостиную и уселись на диван. Мама уселась, а отчим стал ходить кругами по помещению. Мы стояли в пороге гостиной и не могли ничего сказать. Мы были просто в шоке. Как они нашли нашу квартиру? Как они поняли, куда мы уехали?

— Что вы здесь делаете? — спросил Влад. Все-таки он нашел подходящие слова.

— Это мы что здесь делаем?! Это вы что здесь делаете?! — спросил Алекс с яростью. — На каких основаниях вы здесь?

Влад опешил от такого, в принципе, как и я.

— Александр и Зарина, вы что-то перепутали, у нас не дом Суда, и не адвокатская. Еще раз спрашиваю, что вы здесь забыли? — спросил спокойно Влад.

— Александр?! — теперь опешил уже отчим. — То есть я тебе уже не отец?

— Получается что так. Ты от меня отказался два месяца назад. Как в принципе вы вдвоем от нас с Ланой отказались. Так что виноваты, здесь точно не мы.

— Что вы вообще натворили? Почему вы здесь?!

— Ты сам сказал, что не дашь нам нормально жить и перекроешь весь воздух. Нам больше ничего не оставалось делать, как уехать.

— Вы немедленно возвращаетесь домой, и прекращаете встречаться?! Я ясно выразился?! — гневно заорал Алекс.

— Не кричи! А то соседей потревожишь, — сказал через чур спокойно Влад и подошел к отцу, почти вплотную. — Теперь буду говорить я. Ты сейчас забираешь свои вещи, и свою жену, и вы уматываете отсюда. И больше никогда с нами не связываетесь. Мы совершеннолетние люди, мы имеем право делать что хотим, когда хотим и где хотим. И никто нам этого запретить не может. Своими связями ты меня не напугаешь, во Франции их у тебя нет. Так что прошу на выход, Алекс.

Последнее его подчеркнутое слово, до конца вывело того из себя.

Кстати мое день рождение мы отпраздновали здесь, оно было месяц назад.

— Если ты меня когда-нибудь, о чем либо попросишь… — начал было тот.

— Не волнуйся, не попрошу. Ты мне никто, — сказал Влад и ни один мускул на его лице не дернулся.

Алекс сжал челюсти, но взяв вещи, пошел в коридор.

Мама осталась стоять.

— Дочь, я… — начала она.

— Нет, мама, не надо. Нужно было говорить раньше. Сейчас уже поздно. Иди и живи спокойно, а меня забудь. Проживи счастливую жизнь, о которой всегда мечтала с папой, — сказала я и указала на дверь. — Прощай.

Мама, а нет, Зарина пустила слезу, но вышла за дверь.

В квартире настала тишина.

— Ты как? — спросил Влад и обнял меня.

— Все хорошо, все хорошо, — повторяла я, пока слезы лились из моих глаз.

На следующий день, Владу позвонил менеджер и сказал, что группа готова. И что он договорился по поводу интервью.

Нам предстояло двухчасовое сиденье на диванах и рассказывания о себе в прямом эфире.

Мы наряжались целый час. Но оно того стоило.

Я была надета в черное кожаное платье, колготки в сетку, ботинки на грубой платформе, и шубка из норки. Влад недавно подарил.

А мой возлюбленный был одет в брутальные рваные джинсы, футболку и черную кожаную куртку, которая была очень теплая, зима как-никак.

Мы сначала поехали в студию, увидеться с командой и кое-что обсудить.

Нам открыл дверь ассистент Влада, и мы прошли на второй этаж в кабинет. Там уже все нас ждали.

— Влад, Лана! Мы рады вас видеть, — сказал улыбчиво продюсер. — У нас интервью через час. Две песни написаны и озвучены на французском и на английском языке. Вся группа подучила языки, так что мы готовы покорять эту страну и эти сцены.

Влад улыбнулся его речи, а я поежилась. Так как мне было не до его пламенных речей. Я была в волнении перед интервью.

— Вас будут показывать в прямом эфире, будут задавать вопросы. Зарекомендуйте себя с лучшей стороны. Ваши соц. сети уже продвигают, чтобы вы стали более заметными во Франции.

— Хорошо, спасибо, — ответил коротко Влад.

Мы приехали к зданию, где будут нас снимать. Это было здание для телевидения. Сегодня нас покажут по телевизору и все нас узнают.

В помещение было шумно и многолюдно, все куда-то бегали, суетились. Хотя это понятно, эфир же скоро.

К нам подошла какая-то девушка и стала бормотать на французском. Тут пришлось включить мозг.

Девушка говорила очень быстро, но я все прекрасно понимала. А вот Влад… одно название. Ему легче давался английский.

— Девушка сказала, что эфир начнется через пять минут, и что мы должны быть уже готовы, — перевела я Владу.

— Я понял из ее быстрого монолога, только то, что «мы должны быть готовы», — сознался Влад.

— Неужели я бесполезно тебя учила? — спросила я.

— Нет, не бесполезно.

— Как ты собрался сидеть на интервью в прямом эфире? Если болтовню какой-то ассистентки понять не смог.

— Да все будет путем. Вот увидишь, — уверял Влад и повел меня на диванчики, которые были приготовлены для нас. Там уже сидела на противоположном ведущая.

Она была блондинка, с большими кариями глазами, в красивом красном платье.

— Bonjour! — поздоровались мы с ней и уселись на свой диванчик.

— Bonjour! — поздоровалась она в ответ.

Камеры были уже направлены на нас и ожидали своего часа.

Через пять минут началось. Я жутко волновалась, но вроде все прошло хорошо.

Мы отвечали с Владом на наводящие вопросы, видимо