А дело было так - Клара Колибри

был моим кредитором, и сегодня я могла с чистой совестью с ним расплатиться. Нет, не потому, что игра окупила вложения и начала приносить прибыль, до этого дело еще не дошло, хоть и приближалось, просто далеко не все золото от герцога было растрачено. Кстати, третья причина, по которой к Максимилиану следовало отнестись внимательнее, и заключалась в местном правителе. Я не забыла еще, чьим придворным магом он был, и, скорее всего, являлся его глазами и ушами в настоящий момент. А оказалось, что еще и гласом.

— Аглая! Что вы удумали?! — зашипел Макс на меня сразу же, как оказались вдали от ненужных глаз. — Вы с ума сошли?! Последний разум растеряли?! Надо же было сообразить сделать такое!

— Не кричите на меня, Максимилиан. И держите расстояние, друг мой. Вы так надо мной нависли, что невольно слабой женщине сделается страшно.

— Слабой женщине?! Вы вспомнили, кем являетесь? А когда открывали сомнительное заведение, не знали об этом? О, Хранители и Повелители!

— Почему вы так разгневаны? Что такого в моем «Центре Развлечений»? Подумаешь, бильярд! Это же спортивная игра. Да, клуб открыт в ночное время. Да, там распиваются крепкие напитки. Там присутствуют азарт и страсти, но…

— Именно! Вы отдаете себе отчет, как выглядите теперь со стороны?

— На мой взгляд, все нормально. Просто…

— Да, дьявол! Вы же умудрились попасть в самый центр ночной жизни города. Вы, девушка без связей и чьей-либо поддержки, находитесь теперь под постоянным прицелом у злоязыких личностей и интриганов.

— Это отчего же? Я что, бордель, что ли, открыла? Да всего лишь…

— Молчать! — совсем не похоже на себя, заорал Максимилиан. — Я полагал, нет, я очень надеялся, что вы поймете, наконец, какие здесь существуют устои. Мне казалось, что у вас достанет ума и чувства самосохранения принять жизнь такой, какой она является. А для вас, Аглая, единственно верным было принять чье-либо покровительство. И даже успел немного порадоваться, наблюдая за вашими изменениями в отношениях с маркизом. Да, миледи, Георг был бы самым верным выбором и надежной вашей защитой от любых проблем и всяких невзгод. Что стоило пойти по такому простому пути, но вы…

— Простите! Я сразу дала понять, что не собиралась становиться ничьей любовницей. И вам об этом было известно. Маркизу так сразу и сказала, чтобы оставил подобные мысли. Да я бы и теперь…

— А теперь ни один знатный мужчина, да что там, ни один уважающий себя горожанин не посмотрит в вашу сторону с вниманием. Не ждите больше никаких предложений о покровительстве, дорогая моя. Вы низвели себя до положения женщины вне общества. Вот так теперь станут обстоять дела. И не обманывайте себя, что удастся остаться в тени образа тихой и скромной травницы. Увы! Слухи уже ползут по городу. Уверен, очень скоро информация о содержательнице того притона азарта станет доступна всем и каждому желающему. Вот тогда вы в полной мере ощутите, о чем вам говорили, когда указывали на незащищенность одинокой женщины в этом мире.

— Но, Максимилиан! Я же ничего плохого не сделала. Всего-то…

— Даже и не знаю, как вам теперь помочь. Мог бы обратиться к маркизу по-дружески, но не вижу у вас ни грамма раскаяния в содеянном. Да и ему, так понимаю, проблемы такого масштаба ни к чему. И как тогда станете жить дальше? Что молчите? До вас дошло, наконец, что в этой ситуации вам уже не в состоянии помочь даже сам герцог. Все, Аглая, вы собственными руками сделали себя изгоем. Готовьтесь к последствиям, — и с этими заключительными словами развернулся на пятках и немедленно вышел из моего дома.

— Надо же! А я еще и не на все сто процентов развернулась, — стояла и терла свой подбородок. — Что он там сказал о моей репутации? Загублена бесповоротно? Что у меня теперь статус ниже плинтуса? Да и черт с ним! Вот ведь, козел! А я еще хотела его порадовать и вернуть долг. Нет, это, конечно, все равно придется сделать. Но, дьявол, тебя возьми, Макс! Мог бы поговорить и спокойнее, и более доброжелательно с той, которую так бесцеремонно выхватил из судьбы, другого мира и швырнул сюда, в этот…бедлам. И говоришь, что я оказалась теперь в самом-самом низу? Что же! На любом уровне можно жить, и, причем, красиво. Я покажу тебе это, — постояла, глубоко подышала для успокоения нервов, еще посчитала до тридцати, а потом поискала глазами верного своего охранника. — Тим! Что там Тартум говорил, когда можно уже открыть верхний игральный зал? Через пару-тройку дней? Отлично! К этому времени надо будет успеть купить мне самое нарядное платье в городе, это раз. Дальше, я выставляю на продажу домик на Радостной улице, это два. А взамен ему немедленно занимаемся поисками особняка в престижном районе. Да, все так. Но дом нужен мне чуть не завтра. Так что, он должен быть идеально отремонтирован, чтобы можно было в него немедленно заехать.

— Есть такой на примете. Там еще сад имеется. И отсюда недалеко.

— Отлично. Но пешком больше ходить не будем. Купим экипаж.

— Вы задумали встряхнуть весь город, госпожа? — улыбнулся мне этот парень, а я поняла вдруг, что у меня был не просто личный охранник, а еще и третий друг, кажется. — На мой взгляд, у вас есть для этого способности. Но уверены ли, что надо все это делать?

— И возможности, Тим! — подняла вверх указательный палец. — Я богата, дорогой. Это в нашей ситуации важный козырь. И дал мне его в руки сам герцог. Как и документ, удостоверяющий личность. Поэтому действовать отныне стану в открытую. Ты со мной, друг мой?

— Конечно, — теперь мой охранник и друг уже тихо посмеивался. — А вы сомневались? И я, и Тартум, и Грин. В них тоже уверен.

— Отлично. И давайте сегодня отметим такое знаменательное событие, как мой выход на легальное положение. Идет? Закроем заведение часов этак в…в час ночи, останемся в нем только вчетвером и повеселимся. Уверена, получится здорово.

Задумано — сделано. Похоже, такая манера поведения стала уже моим жизненным принципом. А что, мне в себе это нравилось. Новым друзьям и коллегам по предприятию, по всему, тоже. Мы здорово провели время. И с пользой к тому же. Во время гулянки как-то так незаметно