Фима и всё. Том 1 - Анна Гращенко

Фима прижала телефон к груди, не зная, что напечатать. Ответа у неё не было. Девушка побрела дальше по коридору, где, в крайней палате, лежал её близкий человек. Из-за опущенных жалюзи в палате был полумрак. Аметист Аметистович просил держать окна прикрытыми, чтобы уберечь глаза Александра, когда тот проснётся. Слишком яркий свет мог его напугать.

Фима заглянула внутрь: всё там было по-прежнему. Цветок в горшке, который она поливала утром, тоскливо тянулся к спрятанному солнцу. Александр же лежал на больничной койке, датчики послушно передавали приборам его показания: все в норме. И это, признаться, было очень страшно. Потому что несмотря на то, что приборы были довольны состоянием организма Александра, а все анализы были отличными — мужчина не просыпался.

Фима присела на табурет рядом и сжала его ладонь. Она чуть растёрла его кожу, будто пытаясь согреть, а потом неуверенно поцеловала подушечку большого пальца.

— Саша, — прошептала она, — просыпайся, пожалуйста. Ты мне очень нужен. Несмотря ни на что. Я тебя…

Завибрировавший телефон грубо перебил девушку. Она выудила смартфон и взглянула на экран: да Роман не шутил! За сколько он добежал? Минуты три?

Фима выглянула в коридор и помахала коренастому коллеге.

— А ты чего не у Краса? — выпалил тот ещё на подходе.

— Его врач осматривает, — объяснила она.

— А-а-а, — Роман размашисто кивнул. — А этот твой приятель… Никак?

Фима поджала губы и молча помотала головой из стороны в сторону.

— Скоро подтянется за Красом, — попытался её успокоить рыжий. — А красопет наш как, в адеквате проснулся или типа «Какой сейчас год? Поднимите мне веки»?

— В адеквате, — девушка прыснула, глядя, как её коллега изображает зомби. — Ворчит там чего-то.

— Я тогда схожу за кофе и возле палаты подожду, пока к нему пустят. Тебе взять чего-нибудь попить или погрызть? Перепёлок? — он игриво поднял и опустил брови.

— Кофе было бы здорово, — Фима мечтательно обхватила щёки ладонями. — Латте с малиновым сиропом.

— Если бездушный бариста, который сидит внутри автомата на втором этаже, такое умеет — принесу.

Роман отсалютовал и поспешил ретироваться. Фима ощутила, как некоторая лёгкость и даже веселье — неуверенное, трогающее лапой воду перед прыжком — вытянуло из палаты вслед за рыжим коллегой. И она вернулась к человеку на больничной кровати.

— Я не знаю, что сказать, — призналась она.

Ей казалось до нельзя неправильным то, что душа её сейчас тянулась к совсем другой палате, в которой очнулся почти незнакомый ей человек. И его пробуждение наполняло её радостью и облегчением изнутри. Разве имеет она право испытывать такие чувства, когда Александр — её Александр — всё ещё борется с известной лишь ему одному бедой, пока никто не в силах ему помочь?

Аметист Аметистович обследовал его вдоль, поперёк и по диагонали сначала как врач, а потом и как ведьмак. Оба раза ответом им было ничто. Анализы в норме, МРТ не показало никаких серьёзных травм. По голове он, конечно, получил, но обошлось без сотрясения или чего-то посерьёзнее. Он просто спал.

— Ну как там наша спящая красавица, отдыхает? — послышался насмешливый голос.

— Аметист Аметистович, в комнате совсем темно от вашего юмора, — но Фима всё же коротко улыбнулась врачу. — Да, без изменений.

Он изучил показания приборов и снисходительно хмыкнул:

— Ну что ж, динамика прежняя. Нет ухудшений — это хорошо. Но и улучшений тоже — это плохо. Вот что странно: сенсоры говорят мне, что Былиеву ничего не снится. А чуйка твердит обратное.

— Это имеет какое-то значение?

— Конечно, — задумчиво протянул Аметист Аметистович. — Сны дали бы нам очень много. Как врач, я бы оценил активность его мозга. Как колдун, попробовал бы проникнуть в сон.

— А мы можем попробовать наудачу?

— Проникнуть в сон? Только если вы планировали в отпуске провести время в живописной пустоте. Видите ли, — он пустился в объяснения, видя искреннее непонимание на лице девушки. — Если сны имеют место в этой привлекательной головушке, то нам повезёт. А если снов нет — то сознание неудачливых сноходцев застрянет в пустоте, пуф!

Аметист Аметистович изобразил то самое «пуф» руками и сделал страшные глаза:

— А кто вас потом вытаскивать будет? У меня пациентов полная больница и без таких вот экстремалов.

Врач прижал стетоскоп к груди Александра и через несколько секунд убрал прибор в карман белого халата:

— Его сердце крепкое, череп тоже. Пока что мы можем только ждать, милая моя Фима.

Девушка подняла на него тяжёлый взгляд. Сложнее всего ей давалось бездействие, и она не представляла, как этот огромный хищный мужчина спокойно ждёт день за днём, так легко даёт своим пациентам столько времени, сколько им нужно. Фима каждый вечер хотела встряхнуть Красибора с Александром, чтобы те прекратили уже прикидываться медведями в спячке. Терпение её закончилось ещё на вторые сутки.

— Неужели мы совсем ничего не можем сделать? — взмолилась девушка. — Может, заклинание удачи или заговор на здоровье?

— Это всё уже сделано, — врач поднял безвольную руку Александра, чтобы продемонстрировать кроличью лапку, привязанную к его запястью.

— А если…

— Юная леди, — Аметист Аметистович разжал пальцы, и рука пациента с размаху рухнула обратно на койку, — будьте уверены, я сделал всё с точек зрения медицины и ведовства, чтобы помочь вашему другу очнуться. Наберитесь терпения.

— Аметист Аметистович, — Фима вдруг поняла, что набираться ей совсем-совсем нечего, — а если теоретически, — она выделила эти слово, — у меня было бы заклинание для того, чтобы он очнулся, какие подводные камни могли бы у него быть?

— Ну что ж, — врач улыбнулся, и в улыбке его таилось столько коварства, что Фима ощутила мурашки на плечах и шее. — Если бы те-о-ре-ти-че-ски такое заклинание было, а его ведь нет и придумать некому, не так ли?

Девушка укусила себя за щёку изнутри, чтобы сфокусировать взгляд на враче и не выдать при этом охватившего её волнения.

— Так.

— Но если бы было кому, — Аметисти Аметистович попытался сделать невинный вид, что с его внешними данными было нереально, — то этому колдуну или колдунье нужно было бы подумать заранее, кого они поднимут? Своего друга или живого мертвеца? А вдруг он очнётся без души? Что если какая-то из зон мозга отключится при колдовстве? Вы понимаете, куда я клоню, юная Фима?

— Вполне, — угрюмо согласилась девушка.

— Вот и славненько, — улыбнулся Аметист Аметистович. — А не то ваша тётушка, дай Бог ей здоровья, шкуру с меня сдерёт и не поморщится, если я вас не остановлю от какого-нибудь опасного безрассудства. Кстати, Красибор Боженович уже готов принимать гостей.

Хотела бы Фима, чтобы Аметист Аметистович не видел, как она встрепенулась и оживилась при этих словах, но увы, врач был зряч,