Варварин свет - Яна Ветрова

— Кощей мёртв. Варвара в лагере. Надо за ней сходить, пока не поздно. Что с волосами?

— На тебе одежда тлеет, — сообщила Любава.

— Дайте воды, — прохрипел Никита.

— Я иду в Приморье, — сказала Аннушка. — Займись им, Любава. Сколько он в волчьей шкуре проходил?

— Несколько недель, — ответила девушка.

— Вас куда попало выкинет, — сказал Никита. — Там везде войска. Она там, где Ярослава больных лечит. Спросите.

Когда Аннушка взяла в руку камушек и исчезла, Любава бросилась к Никите и обняла его.

— Воды, — прохрипел Никита, но не оттолкнул, а только больше прижался к девушке.

* * *

Варвара не спала всю ночь — лечила своим любимым простым заклинанием раны. Научила одну из девочек — у той был дар, но пока получалось залечивать только ожоги и царапины. Ярослава наругала обоих, что толку от такого лечения нет, время зря потратили. Пришёл Тимофей Миронович и молча забрал тех, кто после лечения мог стоять на ногах. Оказалось, он тут был воеводой. «Конечно, кого ещё будет учить Кощей? Не простого же солдата!» — думала Варя отстранённо, как будто сама никогда не встречала никакого Кощея. Так, слышала только. Воевода обещал прийти через час за следующими подлеченными солдатами. Варвара надеялась, что они вернутся — хромые, раненые, истекающие кровью, но вернутся. Потому что мёртвых она воскрешать не умела.

Времени больше не было. Только боль и смерть. Были раны, ожоги, стоны и крики, запах костра. Руки покрыла, как в том сне, кровь.

— Варвара! Варя!

— Я сейчас, — пробормотала девушка. — Мне нужно ещё несколько минут.

Она прижимала ладони к длинной глубокой ране на плече молодого мужчины, который лежал тихо, опоённый специальным отваром. Кость не задета — хорошо. Та, кто звала её, встала рядом и наблюдала, а потом положила свои руки на её.

— Аннушка, да я справляюсь! — раздражённо сказала Варвара, но внутри почувствовала нарастающую дрожь. Почему не Никита за ней пришёл?

Но сначала нужно было закончить. Мышцы мужчины расслабились — это боль отступила, и он задышал ровно. Скоро очнётся и отправится к Тимофею Мироновичу.

— Теперь пойдём, — строго сказала Аннушка и взяла Варвару за руку.

— Куда это? — не менее строго спросила Ярослава, уперев руки в бока. — Вы тут всех убьёте, если заберёте мою помощницу. Вот этими своими толстыми руками!

Мудрая Аннушка не ответила и молча повела Варвару к выходу из шатра, а та не сопротивлялась — силы резко покинули её от предчувствия плохих новостей.

— Переместимся подальше, не хочу народ пугать, — прошептала Аннушка.

Но далеко отойти они не успели — столкнулись с вездесущим воеводой. Его кольчуга из болотного серебра блестела на солнце.

— Вот и Аннушка, — мягко сказал усатый мужчина.

— Здравствуй, Тимоша, — после паузы произнесла женщина. — Давно не виделись.

— Ты совсем не изменилась, — кончики усов приподнялись.

— А тебя жизнь потрепала, Тимоша… С тех пор, как я тебя провожала в плаванье. Думала, в последнее…

— Мы тогда потерпели крушение. Я выжил и ещё двое. Три года нам понадобилось, чтобы вернуться домой. А тебя я искал, да не нашёл… В море больше не тянуло, я в армию к нашему царю Стоуму подался, у Кощея обучился — как ты когда-то и советовала.

— Жалко, Тимоша.

— Жалко, Аннушка. Но сейчас не время о прошлом горевать — настоящее несёт новое горе. Теперь скажи, в чём дело? Куда ты нашу спасительницу уводишь?

— Кощей мёртв, — тихо сказала Аннушка.

Варвара осела на землю.

* * *

— Мы маленько поразмыслили, — сказала Любава, — и решили, что нужно уходить. Нам не победить без Кощея.

Когда Аннушка привела Варвару в свой дом, Любава и умытый Никита сидели за столом, держась за руки. «Спелись», — проворчала Аннушка. Никита был одет в Аннушкину рубашку и подштанники, которые висели на нём мешком, но всё же были лучше его старой одежды, превратившейся в тряпьё.

— Куда вы уйдёте? — спросила Варвара без выражения. — Некуда идти. Кого Синемордый не убьёт, в том зажжёт синий огонь. Остальные смирятся и подчинятся. Вы так сможете? Ты перед ним голову склонишь, Никита?

Никита посмотрел на Любаву, пригладил серые вихры, в которых попадались светлые прядки.

— Мы в Междумирье-Межречье спрячемся. Заберём всех, кто захочет с нами. Там пересидим, придумаем что-то.

— Времени на это нет. Времени больше нет, — прошептала Варвара.

— Она не заморозилась опять? — с беспокойством спросила Любава Аннушку.

Та молча покачала головой — нет.

Варвара не заморозилась. Просто чего-то внутри не хватало. Вроде бы хотелось плакать, а вроде и не было больше слёз. Она отпила мятного чая со странной горчинкой — что-то Аннушка примешала для сердца — надеясь, что, может быть, чай слезами выйдет. Сердцу же разбитому никакой травой уже не помочь. Варвара через силу продолжила:

— Нужно побеждать его прямо сейчас. Воины собираются, богатыри, все, кого Кощей учил.

— Тимофей Миронович сказал, что Кощей их предупреждал об опасном враге, — подтвердила Аннушка, — говорил, что когда-нибудь придётся всем объединиться, забыв распри. Поэтому все откликнулись, когда он позвал в Приморье. И воеводы, и цари, и мелкие царьки.

— Не думаю, что все, — сказала Любава. — Трусов много, тех, кто серебро больше жизни любит, кто умирать за всех не готов… Ой.

Она осеклась, вынула ладонь из руки Никиты и закрыла лицо.

— Нам не хватит бойцов, — сказал Никита и обнял Любаву. — Я видел огромные корабли. Ты говорила, Варя, что туда он и набирал заколдованных людей. Представь, что он и на поле боя набирает новых рабов… Был богатырь наш — стал его богатырь. Там армия в пятьдесят тысяч мечей наберётся. А ежели мечей всем не достанется, они так попрут…

— Стой-ка, Никита! — воскликнула Варвара, испугавшись, что потеряет мысль. — Богатырь… Тысячи… Есть у нас богатыри!

— Варенька, ты что? — обеспокоенно спросила Аннушка девушку, вскочившую со стула.

— Богатыри! Окаменевшие! Армия за тысячу лет! Лучшие! Их только расколдовать!

Любава отняла ладони от лица.

— Варя, а ведь и правда! Я помогу! Я тоже это заклинание в книгах видела. Аннушка, ты сможешь?

— Я не только смогу, я ещё подружек позову! Неужели вы вдвоём тысячи богатырей отмораживать собрались? — улыбнулась женщина. — У меня несколько камушков к прежним кощеевым сёстрам ведут! Кого-то можно послать за другими сёстрами, кого-то отправить в помощь Ярославе. А другие с нами оживят богатырей былинных! Хорошо как, девочки!

— Только кто из них под кощеевым флагом воевать пойдёт? — с сомнением произнёс Никита.

— Не под кощеевым! — воскликнула Любава. — Твой брат — воевода. Надо к нему бежать, спросим —