Открытый брак - Ольга Джокер

Гости принимаются вразнобой уточнять правила.

Мне нравится задание, несмотря на то, что я никогда не ездила на подобном виде транспорта.

Оглядываясь по сторонам в поисках Наиля, чувствую пристальный взгляд на щеке и шее. Он упрямо пробирается под кожу и тормошит едва успокоившиеся фантазии.

— Чтобы было интереснее, можно обменяться парами, — невозмутимо звучит голос приблизившегося Журавлёва.

Внутри всё обмирает. Присутствующие подхватывают идею, а мой пульс разгоняется за считанные секунды.

Хмурюсь, ищу глазами источник всех своих проблем и метаний. Гордо вскидываю подбородок, когда понимаю, что Саша уже давно смотрит чётко на меня.

Глава 28

Нервно перетаптываясь с ноги на ногу, прячу руки в карманы куртки.

До того, как мы вышли на улицу, выглядывало солнце. Буквально за один миг на небе собрались густые серые тучи в преддверии непогоды.

— А что, кроме меня, никто не захотел с тобой ехать? — спрашиваю у Саши.

Включив в себе стерву в самом начале пути, делаю так, чтобы у него не было ни единого шанса задеть меня раньше. Ни в чем. Особенно табуированной темой является вчерашняя ночь. О ней я предпочту разговаривать исключительно с Наилем.

Журавлёв безмятежно вручает мне шлем, вскидывает взгляд. Обманчиво-невинный и вроде как дружелюбный. Вот только если присмотреться, то в нём столько всего плещется, что можно запутаться и захлебнуться.

Впрочем, не только по этой причине.

К лицу волнами приливает жар. За грудной клеткой вибрирует.

Я видела, как он трахается.

Боже мой.

Не должна была, но наблюдала за происходящим с оживлённым интересом, отчего до сих пор то и дело спирает дыхание.

Кажется, сама судьба надо мной издевается. Сталкивая, притягивая. Лишая возможности дать по-настоящему достойный и твёрдый отпор.

— Никому, кроме тебя, я не позволил бы ехать со мной.

Тон тихий, но чёткий и пробирающий до дрожи. Я вполне осознаю, что этому мужчине, скорее всего, не стоит верить, но впитываю каждое слово, как губка — до последней капли.

Надев на голову шлем и прочно закрепив его с помощью застёжки, подхожу к квадроциклу и встаю на подножку. Предстоящая поездка неоправданно сильно будоражит сознание.

Я взмахиваю рукой Наилю. Подтверждаю, что всё в порядке. Не совсем, но это мои личные триггеры, о которых знать необязательно.

Саркиев опоздал к старту, прослушал правила. Думал, что кататься мы будем вместе, но пока я пересказывала, что нужно делать, пары быстро и ловко сформировались. Таким образом, что можно было запутаться, кто и с кем. Наилю досталась Мира. Мне — именинник.

— Не обнимешь? — спрашивает Журавлёв.

На мою заторможенную реакцию — хмыкает и заводит двигатель. Транспортное средство резко дёргается, взбадривая и включая инстинкт самосохранения.

— А надо бы, Полин.

Квадроцикл срывается с места и набирает скорость, уносясь вглубь леса.

Я неловко пододвигаюсь ближе и обнимаю Сашу за талию, прогоняя оживающие в памяти воспоминания.

Нравится?

Хриплый вдох-выдох.

Соси.

Смаргиваю, глотаю насыщенный чистый кислород.

Я и без тесного контакта всё помню. Стараюсь не зацикливаться, но, чёрт возьми, до единой детали. До малейшего вздоха. До терпкого покалывания в кончиках пальцев.

И это ужасно. Неправильно. Аморально.

Наиль — мой единственный мужчина. Этот факт всегда меня устраивал. От и до.

В школьные годы, воспитываясь авторитарными и строгими родителями, я безвылазно сидела дома, не гуляя с подругами и не посещая тусовки и клубы.

После переезда в столицу мне удавалось держаться на плаву и руководствоваться теми же принципами. Я корпела над учебниками, почти не меняла привычный маршрут универ-общага.

До того момента, пока не поддалась чарам Наиля и не согласилась сходить с ним на первое свидание, мою жизнь вполне можно было назвать скучной и серой. Теперь же она стремительно приобретает все цвета радуги.

Квадроцикл с громким ревом несётся навстречу приключениям. В кровь ударными дозами впрыскивается адреналин. Пробуждается активный интерес к квесту. Как бы там ни было, но Журавлёвы здорово организовали праздник. Заскучать некогда. Как и выдохнуть, упорядочив мысли.

Промчав мимо деревянной хлипкой избушки и поляны с молодыми недавно посаженными соснами, делаем короткую остановку на обочине, не заглушая двигатель.

На карту смотрим вместе, пытаемся сориентироваться. Каждый флажок помечен красной точкой. Если откинуть все страхи и сомнения, то участвовать в командной игре у нас получается. Не знаю, какой приз уготован победителям, но мы обязаны за него побороться. Должно же быть хоть что-то приятное помимо нервотрёпки?

Увидев первый красный флажок, я едва не на ходу спрыгиваю с сиденья. Под предостережения и сетования Саши несусь к деревьям, затем подпрыгиваю. Когда срываю — в груди плещется радость.

— Ты похожа на ребёнка, Полин.

Журавлёв достает из кармана куртки сигарету. Найдя опору бёдрами, щёлкает зажигалкой. Прищурившись, затягивается.

На губах появляется лёгкая улыбка. Ему забавно за мной наблюдать. Мне за ним — пока ещё волнительно. Да и не знаю, как можно расслабиться, если чужой мужчина видел меня голой? Не просто без одежды, а во время оргазма, который он же и подарил?

До сих пор помню, как после первого секса с Наилем я безвылазно сидела в комнате, прячась. Думала, что это поможет избежать неловкости в общении, но ошиблась. Результатом послужила наша Мышка.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— В целом я довольно открытый и жизнерадостный человек, но только рядом с близкими: родителями, мужем или дочерью.

С тобой — ни за что.

Ступая на шишки, пробираюсь сквозь пушистые и колючие ветки. Неподалеку на квадроцикле проносится и другая команда. Смеясь, сигналят. То, что в лесу мы не одни, дарит иллюзию безопасности и уверенности.

— Мне, как я понимаю, достаются самые тёмные стороны твоей души. Не то чтобы я жаловался…

Сделав вид, что не понимаю, о чем речь, обхожу Журавлёва