Я за твоей спиной - Саммер Холланд

«Форд» останавливается, и Пайпер едва успевает отвернуться. В ней слишком много всего бурлит, чтобы это показывать.

– Завтра с утра ты в офисе не нужна, – говорит он. – Но будь у компьютера, пожалуйста, и не спи. Договорились?

– Тогда в офис мне ко скольки?

– К двенадцати приезжай.

Она кивает, с сожалением отстегивает ремень и спрыгивает на землю. Главное – не оборачиваться, чтобы не показать, что она сейчас чувствует. Как он сказал, у нее все на лице написано? Пайпер уверена, что сейчас там написано даже больше.

На крыльце она невольно задерживается: почему рычания «Форда» до сих пор не слышно? Нельзя оборачиваться, просто нельзя, он сразу поймет, что она влюбилась, как школьница.

Пайпер оборачивается.

Гэри стоит около машины, засунув руки в карманы. На лице у него до того странное выражение, что невозможно даже смутно понять, что оно значит.

Он замечает ее и медленно улыбается. Искренне.

Буря эмоций внутри пытается выплеснуться наружу, и Пайпер резко залетает внутрь.

Не помня даже, как добралась до квартиры, она вламывается внутрь и хлопает дверью, тут же жалея об этом. Скай уже должна спать, и будить ее в такое время – худшая идея из всех.

Пайпер тихо пробирается к себе, чтобы спокойно расплакаться в спальне. Сложно даже объяснить почему: все ведь хорошо. Они провели целый день вместе, Гэри отвез ее домой. Он ей даже улыбнулся! Но все равно хочется реветь.

– Ничего себе, – раздается голос Скай. – Только с работы?

Соседка стоит на пороге своей спальни, мечтательно щурится, сжимая в руках книжку. Точно еще не ложилась: когда она читает свои порнороманы, всегда выглядит влюбленной и забывает о времени. Пайпер боится, что сейчас у нее на лице то же выражение.

– Прости, – отвечает она, – не разбудила?

– О нет, – тянет Скай и поднимает книжку, – мы на странице триста двенадцать, и он только что сказал, что любит ее.

Из распахнутого окна гостиной отдаленно слышится знакомое рычание. Сердце больно колет: только сейчас уехал. Что он делал все это время? Неужели просто стоял там?

– У тебя что-то случилось, – уверенно сообщает Скай и идет на кухню. – Сок?

– Да, – кивает Пайпер, сама не понимая, на что.

Надо бы пойти в постель, но спать ведь все равно не получится. Перед этим нужно хотя бы для себя найти объяснение своим чувствам. Хоть какое-то определение.

Скай задает аккуратные вопросы, и Пайпер не замечает, как ее прорывает. Она рассказывает все: о презентации, о Флоренс, о том, как Гэри ее защитил. О разговоре с Тыковкой тоже. Но даже выстроенная цепочка событий не помогает понять, почему так хочется плакать.

– Итак, – снисходительно произносит Скай, – ты почти готова, да?

– К чему?

– Признаться себе, что любишь Барнса.

Пайпер устало смотрит на нее. Не хватает даже сил спорить, да и какой смысл? Скай уже навесила на их отношения с Гэри все ярлыки из книжек, которые смогла.

– Мне нельзя, – медленно произносит она, и все наконец начинает вставать на свои места, – просто я думала, что смирилась с этим и нашла свой способ не переживать из-за чувств, которым даже взяться было неоткуда.

– Но ты не смирилась.

– Нет. Знаешь, что хуже всего? – Пайпер барабанит пальцами по своему стакану. – Флоренс права. Все, в чем она меня обвинила, правда.

– А вот это ты зря, – Скай с тревогой наклоняется к ней, – она ни капли не права. Потому что думает, что ты хочешь подвинуть ее и влезть на ее место. Увести парня, да?

– Но…

– Барнс не выглядит как теленок, которого можно увести. Уж сколько всего ты про него рассказывала, но я ни разу не слышала, чтобы его было легко переубедить.

Пайпер вспоминает все, что знает о нем. Скай права, это скорее он уведет кого угодно и куда угодно.

– Флоренс об этом забывает. – Скай открывает холодильник и достает ветчину. – Есть будешь? Отлично. Так вот, она пытается обвинить тебя, потому что не уверена в нем. И что он делает в этот момент?

– Злится.

– Злится он у тебя всегда, смотри глубже. Он заставляет ее извиниться перед тобой. А что это значит?

– Скай, прекрати. Говори прямо.

– У них проблемы в отношениях, она думает, что из-за тебя. И тут два варианта: либо это не так, и Барнс просто добродушный начальник, который кормит тебя пиццей и в полночь привозит домой. Может, вы даже что-то типа приятелей.

– И тогда я со своими чувствами ему не очень нужна.

– Да, но при этом если бы ты правда лезла в его жизнь, он бы тебя не пустил.

– А второй вариант? – От надежды сжимается сердце.

– Флоренс отчасти права, и у него к тебе тоже что-то есть. Только и в этом случае ты не будешь виновата. Его решение, его чувства.

– Когда ты говоришь, – вздыхает Пайпер, – это очень здорово и просто звучит. Но мне-то что делать?

– Возьми сэндвич! – Скай протягивает ей половинку.

– Очень смешно.

Пайпер медленно жует, размышляя о сказанном. В одном Скай железно права: вряд ли кто-то в мире может серьезно повлиять на мнение и решения Гэри Барнса. Если между ними ничего нет – это потому что он так решил.

Флоренс может быть спокойна, и Пайпер тоже. В любом случае, только Гэри может сделать какой-то шаг навстречу или не сделать вовсе.

Не то чтобы от этого получится любить его меньше.

– Ты сама чего хочешь? Признаться ему в любви? – спрашивает Скай.

– Нет, – резко отвечает Пайпер.

– Будешь надеяться, что его отношения закончатся сами, а после он увезет тебя в закат на своем пикапе?

– Тоже нет. Знаешь… – Осознание приходит неожиданно, но сразу чувствуется верным. – Я хочу, чтобы мне стало легче. Чтобы я не думала о нем постоянно и могла просто работать и жить нормально.

– Это довольно сложно, когда ты бываешь только на работе или в играх, – замечает Скай.

– Тогда мне нужно попробовать что-то еще.

– Бар.

– Что? – Пайпер даже жевать перестает.

– Нам нужно пойти в бар. В эту субботу, пока я не уехала. Если Маргарита и горячие мальчишки из Уильямсберга не помогут, значит, ты совсем безнадежна.

Точно, Скай же уезжает в отпуск на две недели, оставляя ее на хозяйстве. Пайпер совсем забыла об этом.

– Давай попробуем, – соглашается она, дожевывая сэндвич. – Но я совсем не уверена.

Глава 19