Исцеление сердца - Сьюзен Фанетти

Эйк был повержен еще до того, как нога Вали ступила на берег.

— oOo~

Двумя днями позже Леиф снова стоял на пирсе и наблюдал, как Вали и Бренна отплывают прочь на маленькой лодке, оставляя свои большие корабли там, где они пристали к берегу.

Ярл Вали Грозовой Волк, хозяин земель ярла Снорри Торссона.

И ярл Леиф Олафссон, владеющий землями Эйка.

Обряды прошли, клятвы были даны. Боги должны были услышать просьбу о милости.

Эйк умер от топора Вали. Бренна была свободна и вернулась к мужу. Они получили свое возмездие. Большинство людей Вали осталось в Гетланде, ожидая возвращения из похода сыновей Эйка, готовясь к новой битве, к первой битве нового ярла Леифа.

Вали не остался. Он хотел забрать Бренну из этого места, и Леиф согласился с его желанием. Она достаточно страдала. Она нуждалась в исцелении, ей нужно было вернуть свои силы.

Леиф показал Эйку свою настоящую преданность. Они с Вали были союзниками, и Леиф был его настоящим другом.

Но Вали больше не считал его своим другом.

Он обвинял Леифа в страданиях Бренны. Каждый шрам на ее теле, каждое мгновение ужаса, пережитое его женой, смерть друзей — во всем этом Вали винил Леифа. Он винил его и не доверял ему.

И поклялся, что больше никогда не поверит.

Но Бренна верила ему, и она сохранила свое влияние на мужа. Леиф надеялся, что Вали увидит, в конце концов, что он делал все, что мог, — ради тех, кого любил. Что его жена поможет ему это увидеть, и однажды они снова станут друзьями.

Потому что Ольга была в Карлсе, в месте, которое Вали называл домом. Она выжила и приплыла с Вали сюда.

Она была всего в двух днях пути по морю. Если Вали сможет снова стать другом Леифа, возможно, и она его простит.

Она была жива и так близко.

И может быть, все еще не было потеряно для них двоих.

Глава 11

Ольга скормила еще одно бревно пламени в очаге и вытянула руки над огнем. Карлса была намного севернее тех мест, что она когда-то называла домом, и даже лето здесь было холоднее, особенно сейчас, ближе к его концу.

По указанию Вали ей предоставили маленький домик рядом с центром города. Здесь раньше жил и работал Свен. Лекарь, которому она помогала, казалось, так давно, когда налетчики только-только ступили на землю Эстланда, когда Леиф, Вали и Бренна пришли в ее мир. Он погиб в море по пути домой.

Все друзья Вали погибли в море. Тот мужчина, которого Леиф называл своим другом, который, как она знала, был старшим сыном ярла, приказал своим людям убить их.

Вот они — люди, которых Леиф предпочел видеть своими друзьями. Переступив через Ольгу и ее любовь. И теперь она снова была одна в этом мире. Все из-за его выбора.

Ну, не совсем одна. Якоб потянулся и сел, смешной в своей растерянности: казалось, он не совсем понимает, где находится. Его растрепанная шевелюра свидетельствовала о беспокойной ночи, волосы стояли дыбом. Якоб передернулся и забрался обратно под одеяло.

— Доброе утро, kullake. Скоро будет овсянка и теплое молоко.

Мальчик что-то пробормотал и потер глаза.

Якобу было четырнадцать — столько же, сколько Калью. Ольга не планировала такого, но как-то вышло, что она взяла над мальчиком опеку. Не то чтобы она хотела заменить им своих братьев, нет. Но одинокий подросток заполнил часть зудящей пустоты внутри нее.

Ольга, Якоб, Яан, Ханс и Георг — вот и все, кто пережил ужас последнего года. Анна и Эха погибли в пути. Остальные были убиты либо налетчиками, либо солдатами, пришедшими после их отплытия.

Яан отправился вместе с Вали, вершить свою и его месть, а остальные остались в городе, среди людей, который не знали, что делать с ними дальше.

Сразу после прибытия им пришлось сражаться, когда Вали и остальные, еще слабые после путешествия, подняли людей на борьбу с захватчиками. Ольга многого не помнила — она болела и была слабой и растерянной (и все еще оставалась такой), — но Эйк захватил Карлсу в то время, пока Вали отсутствовал, и оставил в городе отряд своих людей. И они обращались с народом Карлсы жестоко.

А потом Вали узнал о том, что все его друзья, уплывшие с Эйком обратно, были убиты.

И хоть его щеки все еще были впалыми от голода, Вали сумел захватить длинный дом наместника ярла, ведя за собой своих людей. Ольга убедила Якоба не присоединяться к ним. Они вместе прятались на лодке. Он был молод и болел после того, как едва не утонул во время путешествия. Она не могла потерять еще кого-то в этом сумасшествии.

С нее хватит войны, крови и потерь. Хватит.

И теперь, когда Карлса снова стала той, что раньше, маленький отряд беженцев мог воспользоваться передышкой и попытаться вернуть себе силы. Их покормили и обогрели. Им дали приют. Люди относились к Вали как к герою и спасителю. Как к богу. И его друзья, даже чужаки, прибывшие с ним из-за моря, были приняты с почестями.

Они спланировали атаку на Гетланд, и вот уже Вали и с ним большой отряд сильных мужчин и женщин отплыл прочь.

Пока Вали не было, Ольга стала замечать на себе подозрительные взгляды горожан. Вали объявил, что она — целитель, он отдал ей старый дом Свена. Ольга видела в глазах людей, что они считают ее ведьмой, слышала, как люди говорили «вёльва».

Но в ее мире не существовало ведьм, по крайней мере, не в том смысле, который в это слово вкладывали здесь. Не было ясновидцев, не было тех, кто знал больше, чем другие. Просто надо было присмотреться поближе и открыть все свои чувства.

Пока за исцелением к Ольге не приходил никто, хоть в городе и не было другого целителя или повитухи. Возможно, пока было рано отчаиваться, но отчаяние теперь прочно поселилось в сердце Ольги, и она боялась, что останется навсегда зависимой от Вали и его милости.

Якоб поднялся и плюхнулся за стол, и она наложила в миску горячей овсянки и поставила перед мальчиком. Когда тот начал уплетать за обе щеки, она неосознанно протянула руку и провела пальцами по его волосам. Кудрявые, как и у Антона. И как у Микеля, того брата, которого она тоже потеряла.

— Ты плохо спал, — сказала она, наполняя свою миску и тоже усаживаясь за стол.

Якоб