Горькие яблоки - Оксана Олеговна Заугольная

— Дурни вы оба, — вздохнула Радка. — Хоть и могучие магики. Какие серьги? У меня даже уши не проколоты.

От неожиданности Мейнгрим вытянул руку и коснулся её мочки. Правда, тотчас отдернул, словно обжегся.

— И впрямь не проколоты, — растерянно произнес он и снова весь собрался. — А если проколем? Чьи наденешь?

Он снова отбросил ненужную вежливость, да и о каком этикете можно было думать, когда он стоял так близко, что Радка чувствовала его дыхание, и руку протяни — могла бы обнять жениха, если бы она рискнула поразить его еще больше.

— Ничего мы мне прокалывать не будем, — вместо этого остановила его Рада и оглядела огромную столовую. Просторная клетка всё равно клетка. — А если так хочешь что-то мне подарить, то подари портал на мой браслет до моря. Сможешь?

— Наверное, — вот, снова надулся, разобиделся. И чего она опять не так сказала? — Забыл спросить, платье какого цвета ты заказала?

— Белое, — вот теперь Радка удивилась. Все найденные, что возвращались в яблоневые сады заключать брак, надевали белое. И магики, и магессы. Они так чудесно смотрелись в белом цвету садов! И пусть для Радки это был не первый брак, мудрить она не собиралась. К тому же им удалось подобрать оттенок точь-в-точь к её волосам, и теперь она должна была смотреться волшебно, а не как в первый раз.

— Это прекрасно, — обрадовался Мейнгрим. И эта радость Раде совсем не понравилась. Что они снова от неё скрывают?

Под её тяжелым взглядом Мейнгрим сцепил пальцы в замок и немедленно сдался, принимаясь объяснять:

— Свадьба — это еще и объединение родов, семей. И уже на свадебной церемонии становится понятно, кто принадлежит какому роду. Так как у тебя рода нет, ты должна надеть или белое или синее. Теоретически ты могла бы надеть золотое, но, боюсь, это было бы последним платьем, которое ты надела.

— А синее? — Радка уже поняла, в чем дело, но остановиться не могла.

— Ты станешь моей женой перед людьми и магией, у нас будет брачный контракт, и я буду мастером твоего сына, но…

Он отвел взгляд.

— Но в семью я не войду, — закончила за него Радка. Ей стало противно. И почему она послушалась Ирену и не пошла сразу спать?

Мейнгрим кивнул.

— Так, а Фабусь? — Рада отвлеклась от собственных бед, сын был важнее. Прошло то время, когда она думала лишь о себе.

— Госпожа, даже если бы я мог сделать его наследником, я бы не стал, — покачал головой Мейнгрим. — Он ярко выраженный золотой магик уже сейчас. Он же владеет перемещениями в пространстве, верно? Это испокон веков умение золотых.

Радка поморщилась. Золотым её сын был не нужен из-за незаконного рождения, синие не брали из-за его магии. Чепуха какая-то.

— А как ты собирался его учить, если у вас разная магия? — она попыталась поймать жениха на несоответствии, но тот только хмыкнул пренебрежительно, мол, куда тебе в магическом мироустройстве разбираться!

— Не надо путать таланты с магией в целом, — соизволил пояснить он. — Рыбу никто не учит плавать, вот и твоего сына не нужно учить его магии. А вот общим умениям и боевым я его обучу, чтобы не случилось. Я же обещал.

— Хорошо, — вздохнула Радка. Обещания её успокаивали. Она уже пошла было к двери, как поняла, что у неё остался еще один вопрос.

— А наш общий ребенок? — спросила она и пояснила, видя непонимание на лице жениха. — Если… то есть, когда у нас родится ребенок. Он будет наследником синих магиков или нет?

Судя по ужасу на лице Мейнгрима, такая мысль даже не приходила ему в голову. И даже давние пояснения Рады по поводу не фиктивности их будущего брака он пропустил мимо ушей, раз сейчас стоял с таким видом, словно она превратилась в дракона, никак не меньше.

— Ева не допустит этого, — наконец слабым голосом произнес он. — Значительная часть наследства нашего отца у неё лишь потому, что он лишил наследства меня, а других мужчин в нашей ветви не осталось. Её же сын — наследник Золотых…

Радка хмыкнула. Насколько она знала, похожий скорее на Еву, чем на Манфреда капризный мальчишка пока не проявлял никакой магии.

— А сам без сестры ты и шагу ступить не можешь? — спросила она грубо и, не давая жениху собраться с мыслями, мстительно добавила. — Тогда я понимаю, почему отец оставил наследником её.

Это был подлый удар, она это знала, но таким Мейнгрим её бесил и пугал. Она собиралась прятаться за спину этого магика вместе с сыном, и её не устраивало то, что она видела.

— Сам ты хотел бы своего сына? — продолжала она, всё больше злясь. — Похожего на тебя, чтобы звал папой, а не дядей или мастером?

— Ведьма, — прошипел Мейнгрим и исчез прямо с места.

Вот и поговорили.

Глава 20

День свадьбы подошел раньше, чем Радка окончательно привыкла к этой мысли. Работы было переделано море, она и не думала никогда, что свадебные хлопоты могут быть такими утомительными! Конечно, одно дело выходить замуж в селе за Хенрыка, и совсем другое — за магика из древнего клана.

Не желая дразнить магическую общественность, Радка наказала Ирене в день свадьбы поиграть с Фабусем дома. А вместо него шлейф платья должен был нести младший брат Венека, совсем крошечный для своих двенадцати лет. Что-то там случилось с ним в его родном яблоневом саду, а Венек слишком поздно узнал, чтобы излечить полностью. Это всё не слишком волновало Раду, как и то, откуда Патрыся взяла маленькую девочку, которая должна была осыпать дорожку перед молодоженами яблоневым цветом. И где-то ведь обещала достать эти самые лепестки, хотя драконы должны были лететь к колодцам еще через несколько дней, их свадьба была раньше срока.

Сама Патрыся уговорила взять её в подружки невесты, и, согласившись, Радка не прогадала. Патрыся пригласила дочь своего мастера, одногодку Оршулу. Самое смешное, что обе они, и ученица, и дочь магика могли надеть платья его цвета. Радка даже смеяться не могла, когда обнаружила, что её спутницы будут в лазурном. Это был отдельный цвет,